Новости

Отчеты

Публикации

Исследования, экспертиза

Другое

Совещание ОБСЕ

по человеческому измерению

Варшава, 6-17 октября 2003 г.

­­­­­­­­­­­­­­­­­_______________________

Выступления и рекомендации Международной Хельсинкской Федерации по правам человека (МХФ)

Выдержки по странам-участницам ОБСЕ

 Центрально-азиатского региона

Международная Хельсинкская Федерация по правам человека (МХФ) является неправительственной организацией, которая стремится содействовать соблюдению условий Хельсинкского Заключительного Акта и его последующих документов по правам человека. Помимо оказания поддержки и обеспечения связи среди 41 Хельсинкских Комитетов и сотрудничающих организаций, МХФ поддерживает непосредственный контакт с активными правозащитниками в странах, где Хельсинкские Комитеты не существуют. МХФ выступает с критикой нарушений прав человека в независимости от политической системы государства, в котором эти  нарушения происходят. МХФ имеет консультативный статус при Организации Объединённых Наций и  Совете Европы.

МХФ имеет своих представителей и сотрудничающие комитеты в Албании, Австрии, Азербайджане, Беларуси, Боснии и Герцеговине, Болгарии, Канаде, Хорватии, Чешской республике, Дании, Финляндии, Франции, Грузии, Германии, Греции, Венгрии, Италии, Казахстане, Косово, Кыргызстане, Латвии, Литве, Македонии, Молдове, Черногории, Нидерландах, Норвегии, Польше, Румынии, России, Сербии, Словакии, Словении, Швеции, Швейцарии, Украине, Великобритании, Соединённых Штатах и Узбекистане. Другие сотрудничающие организации – Европейский Центр по Правам Цыган (Будапешт) и ассоциация «Права Человека без Границ» (Бельгия).

Президент:                                                       Людмила Алексеева

Вице-президент:                                               Ульрих Фишер

Исполнительный директор:                              Арон Роудс

Заместитель исполнительного

директора/Советник по правовым

вопросам                                                         Бриджит Дюфо

Помимо  Комитетов, являющихся членами МХФ и сотрудничающих организаций, свой вклад в подготовку настоящего отчёта внесли:

Бриджит Дюфо, Йохим Франк, Жанна Хлуднева, Илана Мух, Ламия Музурович, Энн-Софи Ниман, Арон Роудс, Петер Сведберг, Паула Чернэ-Лемпиайнэн и Николь Вотсон.

Главный редактор: Паула Чернэ-Лемпиайнэн

Международная Хельсинкская Федерация по правам человека

Викенбурггассе 14/7, А-1080 Вена, Австрия

Тел. (+43-1) 408 88 22, факс (+43-1) 408 88 22-50

E-mail: office@ihf-hr.org

Internet: http://www.ihf-hr.org

СОДЕРЖАНИЕ

Настоящая подборка выступлений и рекомендаций отражает расписание работы Совещания ОБСЕ по человеческому измерению 2003 года. МХФ обращает внимание на то, что  данные выступления не охватывают все приоритетные для неё проблемы. Дальнейшую информацию Вы найдёте на сайте www.ihf-hr.org.

Понедельник, 6 октября

Демократические институты:  Демократические выборы                                                      

Вторник, 7 октября

Основные свободы I:               Свобода выражения мнений, свободные СМИ и свобода информации                                                                                   

Правозащитники                                                                     

Свобода ассоциации и право на проведение мирных        собраний                                                                            

Основные свободы  II:             Свобода мысли, совести, религии и убеждений              

Четверг, 9 октября

Верховенство закона I:            Независимость судей и право на справедливое судебное разбирательство                                                               

                                                Анти-террористические меры                                                

                                                Туркменистан                                                                         

Верховенство закона II:           Смертная казнь                                                                      

                                                Предотвращение пыток, жестокого обращения и недозволенного поведения полицейских                                     

Пятница, 10 октября

Гуманитарные вопросы:          Торговля людьми                                                                   

                                                Перемещенные лица                                                               

Среда, 15 октября

Конкретно выбранная тема:    Национальные меньшинства                                                  

ДЕМОКРАТИЧЕСКИЕ ИНСТИТУТЫ:

­­­­­­­­­­­­­­(….)

Референдум 2 февраля 2003 г.[1] в Кыргызстане был проведён с многочисленными нарушениями, что ставит под сомнение законность результатов, оглашённых правительством. Нарушения, зафиксированные местными правозащитными НПО, содержали грубые несоответствия между данными независимых наблюдателей и официальной статистикой об уровне активности избирателей; неправомерное давление властей на избирателей (например, студентов университета) с целью заставить их голосовать за правительственные предложения, а также манипуляции с бюллетенями избирателей, не явившихся на избирательные пункты. Кроме того, некоторым избирателям не дали проголосовать, поскольку другие люди уже сделали это за них. Далее, местные власти неоднократно не допускали многочисленных международных наблюдателей для проведения мониторинга референдума. До и во время проведения референдума имели место случаи арестов и запугиваний  активистов гражданского общества. Несмотря на призывы правозащитных организаций, включая МХФ, о проведении  расследования этих фактов независимым органом, этого так и не произошло. Невозможность расследования засвидетельствованных нарушений  процедурных аспектов избирательного права ставит под сомнение законность референдума и несомненно  подрывает и без того слабую уверенность в приверженности правительства принципам демократии  и верховенства закона.[2]

(…..)

Страны-участницы ОБСЕ признали, что “периодичные, подлинные выборы являются основой представительного правительства; право участия в свободных и справедливых выборах является основополагающим правом человека, гарантированным нормами международного права; и для того, чтобы быть демократичным, избирательный процесс должен быть всеобщим, равным, справедливым, тайным, свободным, прозрачным, а его результаты достоверными”[3]

К сожалению, эти стандарты зачастую нарушаются в странах ОБСЕ и других регионах, и их несоблюдение  становится скорее правилом, нежели исключением.

МХФ призывает страны-участницы ОБСЕ  подтвердить свою приверженность свободным и справедливым выборам и продемонстрировать эту приверженность на практике.   Более того, МХФ призывает ОБСЕ как международную организацию занять жёсткую позицию против попыток проведения выборов или референдумов – таких, как недавний конституционный референдум в Чечне – при отсутствии условий для проведения честных выборов, которые отражали бы истинное волеизлияние граждан.

ОСНОВНЫЕ СВОБОДЫ I:

Несмотря на то, что сообщения о нарушении права на свободу выражения мнений приходят со всего региона ОБСЕ, ситуация в странах-участницах ОБСЕ Центрально-азиатского региона остаётся наиболее тревожной. Правительства стран  Центральной Азии усиливают репрессии против политической оппозиции и ужесточают меры в попытке заглушить независимые СМИ.

В Казахстане наряду с усилением критики коррумпированности режима стало возрастать давление на политическую оппозицию и прессу. Подавляющее большинство всех частных СМИ принадлежит членам президентской семьи или приближённым к ней финансовым группам. С января 2003 г. по сфабрикованному обвинению в изнасиловании арестован Сергей Дуванов, видный критик правительства. Суд над ним был отмечен нарушениями и неспособностью обосновать обвинение.[4] В начале сентября 2003 г. положение Дуванова в тюрьме вызывало опасения за его здоровье и личную безопасность.[5]

Кроме того, новый законопроект “О СМИ” содержит ряд недостатков, которые открывают путь для нарушения международных стандартов: кроме прочих, законопроект обеспечивает неприемлемые ограничения для свободы прессы, а его  положения по секретности законов,   конфиденциальности журналистов, цензуре и защищённости политиков не соответствуют международным стандартам.[6] В конце августа проект закона был передан на рассмотрение в правительство.  

В Кыргызстане остаётся в заключении активист оппозиции Феликс Кулов, после того, как 15 августа 2003 г. Верховный Суд оставил в силе его приговор к 10 годам тюремного заключения по обвинению в превышении должностных полномочий и финансовых махинациях. Дело по всем признакам имеет политическую подоплёку. Власти Кыргызстана исключили Кулова из списков кандидатов в президенты на октябрь 2000 г., и недавнее постановление Верховного Суда представляется направленным на исключение его из президентской гонки на выборах 2005 г.[7]

Будущее независимых СМИ Кыргызстана находится в серьёзной опасности по причине многочисленных судебных тяжб по обвинению в клевете за обличение в коррупции или других нарушениях, инициированных президентом и членами его семьи. Известная независимая газета Моя Столица была закрыта в июне после непрекращающейся серии исков, вызванных политическим и правительственным давлением. Штрафы разорили газету. Издателей и журналистов газеты неоднократно избивали; в их адрес поступали угрозы.[8]

В Таджикистане журналисты сталкиваются с огромными сложностями в получении информации от общественных институтов. Правительство по-прежнему остаётся монополистом печатной индустрии, что делает издание независимых газет попросту невозможным. Государственные издательства  регулярно подвергают цензуре статьи с критикой в адрес правительства. Кроме того, правительство продолжает в произвольном порядке отказывать в лицензиях на трансляцию независимым радио и телекомпаниям. Действующим независимым каналам не разрешается транслировать программы, произведённые другими источниками. В дополнении, власти продолжают безнаказанно запугивать и преследовать критически настроенных журналистов.[9]

В Туркменистане государству принадлежит абсолютная монополия на средства печати. Более того, президент назначает всех издателей газет и журналов и снабжает их директивами по приемлемой политике для того или иного издания. В результате печатные СМИ прежде всего являются средством государственной пропаганды. Три государственных телеканала транслируют по большей части программы, посвящённые народной музыке, деятельности президента и патриотической и идеологической пропаганде. [10]

В Узбекистане правительство контролирует основные печатные издания и имеет монополию на издательство и распространение газет.[11] Несмотря на то, что официальная цензура была отменена в 2002 г., на печатные издания оказывается серьёзное давление, а редакторов вызывают в офис президентский администрации за  “советом” по поводу того, что нужно издавать. Не прекращалась самоцензура из страха перед последствиями публикаций, и многие газеты были закрыты. Слишком критично настроенные журналисты и телеканалы подвергались запугиваниям и преследованиям; некоторые были уволены после написания критичного материала, например, на социальную тематику. [12] В первые месяцы 2003 г. массовые аресты независимых журналистов положили начало новой волне репрессий. В их числе  оказались Гайрат Мехлибоев, Тохтамурад Тошев, Эргаш Бободжонов и Олег Сарапулов. Предъявленные обвинения включали насаждение религиозной нетерпимости, попытки подрыва государственного строя, разглашение государственных секретов, клевета и участие в массовых беспорядках. [13]

Незадолго до этого, во время и после проведения ежегодной встречи Европейского банка  реконструкции и развития (ЕБРР) в Ташкенте  в мае, власти допрашивали, запугивали и притесняли правозащитников и лидеров оппозиции, которые выступали с критикой нарушений.[14]

В последнее время многие источники сообщают об усилении государственного контроля над Интернетом. Как стало известно, Служба Безопасности (СНБ) провела серию лекций об “опасности Интернета” для руководителей различных органов и ведомств, банков и СМИ. Последним было настоятельно рекомендовано не посещать сайты, содержащие “необъективную информацию об Узбекистане.” Кроме того, СНБ настоятельно рекомендовала ограничить доступ в сеть Интернет для сотрудников и начать регистрацию пользователей, причины выхода в сеть, посещаемые сайты и время, проведённое в режиме он-лайн. Несмотря на то, что точного списка запрещённых сайтов не существует,  посетители сайта Хизб ут-Тахрир, к примеру, могут быть арестованы и оштрафованы.[15]

МХФ призывает все правительства стран-участниц ОБСЕ воздержаться от любых действий, которые могут привести к ограничениям свободы выражения мнений, деятельности СМИ и доступа к информации. Особое внимание следует обратить на конфиденциальность источников журналистов, которая является залогом открытых и достоверных репортажей. В свете новых законов о диффамации и клевете, уже одобренных  или находящихся в процессе рассмотрения, мы хотим подчеркнуть, что международные принципы обязывают представителей власти, политиков и госслужащих выдерживать больше критики, чем обычные граждане. В дополнение, мы просим исключить тюремное заключение и другие уголовные санкции из законов о диффамации. В частности, мы призываем незамедлительно освободить журналистов, исследователей и политиков, которые попали в заключение за реализацию свобод, гарантированных международными актами, ратифицированными национальными правительствами. В любом спорном случае, им должен быть гарантирован независимый и беспристрастный пересмотр дела. 

ОСНОВНЫЕ СВОБОДЫ I:

­­­

Положение правозащитников оставляет желать лучшего во многих странах региона ОБСЕ. Избиения, санкционированные государством, а также произвольные аресты и вынесение обвинительных приговоров являются только некоторыми нарушениями прав человека, с которыми сталкиваются эти люди по роду своей деятельности.

Режим в Туркменистане делает всё для подавления развития гражданского общества.  Активистам-правозащитникам невозможно наладить эффективную работу. Используя объявленную попытку покушения на президента Ниязова в ноябре 2002 года как предлог, в конце 2002 года началась кампания против оппонентов режима, правозащитников и их родственников и друзей.  Огромное число людей было арестовано, подвержено пыткам и приговорено к длительным срокам тюремного заключения показательными судебными процессами в Советском стиле.[16] Одним из жертв этой кампании стал активист-эколог Фарид Тухбатуллин, которого обвинили в незаконном пересечении границы Узбекистана и сокрытии серьёзного преступления, под которым подразумевается якобы его осведомлённость о попытке покушения. Последнее обвинение связано с его участием во встрече МХФ и Мемориала в ноябре 2002 года, на которой правозащитники обсуждали ситуацию с правами человека в Туркменистане. Судебное заседание в Ашхабаде, которое длилось четыре часа и на котором не выступил ни единый свидетель, приговорило его к трём годам заключения.[17] Блпгодаря международному давлению, Тухбатуллин был освобождён 2 апреля, предварительно подписав признание в раскаянии о содеянном, которое было в тот же день опубликовано в туркменских газетах. На протяжении всего процесса он не признавал своей вины. [18] В сентябре Тухбатуллин прибыл в Австрию, где подал прошение о политическом убежище.

Сазак Бегмедов, 77-летний отец Таджигуль Бегмедовой, который выступает соучредителем недавно созданного Хельсинского Фонда Туркменистана в Болгарии,  был госпитализирован с сотрясением мозга после грубого обращения должностных лиц, депортировавших его в пустынный район на границе с Узбекистаном. Он был похищен 31 августа в Ашхабаде. На вопрос о причине насильственного ареста ему ответили, что приказ поступил от самого президента  в связи с “каким-то Туркменским комитетом.” Опасаясь возмездия властей, ни один врач не выдал медицинского освидетельствования травм, полученных во время транспортировки.[19]

В Узбекистане 13 августа 2003 г. состоялся суд над правозащитником Русланом Шариповым. Помимо прочего, его осудили по обвинению в гомосексуализме и сексуальных контактах с несовершеннолетним и приговорили к пяти с половиной годам тюремного заключения. Судебное разбирательство не соответствовало процессуальным стандартам, и, как сообщается, под давлением он был вынужден признать свою вину. Шарипов рассказал своей защите, что  ему пришлось сделать инкриминирующее заявление ради своей собственной безопасности, а также безопасности матери и защитников. 25 сентября аппеляционный суд подтвердил обвинения в гомосексуализме и сексе с несовершеннолетним, но исключил обвинение о вовлечении несовершеннолетних в “антиобщественные действия.“ Это сократило Шарипову срок до четырёх лет. Шарипов явился на заседание суда с ссадиной над затёкшим глазом; его очки были разбиты. Всё это свидетельствует о том, что он подвергался пыткам в заключении. В письме, тайно доставленном из тюрьмы в начале сентября, Шарипов рассказывает о том, что сотрудники милиции пытали его и угрожали  физической расправой его адвокатам, если он не освободит их от обязанности защищать себя. [20]

В подобном случае 28 августа после встречи с судьёй по поводу апелляции по делу Шарипова было совершено нападение на сотрудника Независимой Группы Правозащитников Сурата Икрамова, работающего в группе защиты Руслана Шарипова,. Ему накинули полиэтиленовый пакет на голову, связали руки и ноги, втолкнули в машину и вывезли на окраину Ташкента, где били до тех пор, пока он не потерял сознание. Последующая медицинская экспертиза вынесла заключение о сотрясении мозга и двух сломанных рёбрах. Икрамов также получал анонимные телефонные звонки ежедневно накануне нападения.[21]

17 сентября после посещения Ташкентского офиса Фридом Хаус были внезапно задержаны трое сотрудников Правозащитного Общества Узбекистана, которое является членом МХФ – Муймидинджон Курбанов, Эгамназар Шайманов и Аликул Саримсаков. Как сообщается, милиция объясняет арест статьёй с критикой в адрес министра внутренних дел Зокирджона Алматова, найденной среди личных вещей одного из мужчин.[22]

По информации правозащитников из Кыргызстана, глава Коалиции за Демократию и Гражданское Общество Эдил Байсалов был насильно госпитализирован на три дня. В результате он не смог выступить с запланированной речью на круглом столе 28 февраля 2003 г. по нарушениям, отмеченным в ходе проведения конституционного референдума.[23] Кроме того, продолжались притеснения членов Кыргызского комитета по правам человека (члена МХФ) (См. выступления по Свободе ассоциации). 

 (…..)

МХФ отмечает, что то, как правительства относятся к правозащитникам и каким образом реагируют их притеснения, является отражением их обязательств в области защиты и утверждения прав человека. МХФ призывает страны-участницы ОБСЕ к выполнению своих обязательств в рамках Принципов 13.5 и 21  Заключительного Венского Документа, которых они обязуются уважать право своих граждан вносить активный вклад в защиту и продвижение прав человека; гарантировать, что подобная деятельность не будет подвергаться ограничениям, за исключением предусмотренных законом и соответствующих обязательствам в рамках международного законодательства; позволить правозащитникам беспрепятственно выполнять свои задачи; привлекать к ответственности тех, кто тем или иным образом препятствует их деятельности, а также всеми способами поддерживать их работу.
ОСНОВНЫЕ СВОБОДЫ I:

Во многих странах-участницах ОБСЕ продолжаются угрозы и открытые нарушения свободы ассоциации и права на проведение мирных собраний.

В Туркменистане свободы ассоциации в принципе не существует. Отсутствует право на создание политических партий или групп гражданского общества. Новый проект закона “О гражданских организациях“ не приносит никаких улучшений: он не соответствует международным стандартам свободы ассоциаций и даже противоречит туркменскому законодательству. Более того, некоторые статьи закона сформулированы очень нечётко, что делает закон предметом манипуляций. В дополнение к другим проблемам, закон многократно апеллирует к термину “граждане,” что подразумевает, что не-граждане обладают меньшими правами или вовсе лишены их в отношении создания НПО или участия в его деятельности. Проект закона позволяет правительству вмешиваться и контролировать действия НПО, в особенности в отношении финансовых вопросов, а также обязывает представителей Министерства Юстиции посещать собрания НПО. Проект закона запрещает “вмешательство НПО в деятельность правительственных органов”. Эта широкая формулировка в сущности предполагает наложение серьёзных ограничений на свободу выражения мнений и свободу ассоциации. В соответствии с законопроектом, правительство может закрыть организацию после издания двух предупреждений по незначительным бюрократическим причинам. [24] 

(…..)

Кыргызские власти вновь предприняли попытку сместить председателя Кыргызского Комитета по Правам Человека, который является лидирующей правозащитной организацией в стране и членом МХФ с января 1999 г. В августе 2003 г. состоялось собрание группы в Бишкеке, на которой было объявлено о переизбрании основателя и председателя ККПЧ Рамазана Дырылдаева. Ни один из членов ККПЧ, включая одиннадцать членов правления, не присутствовал на собрании, что является нарушением Устава ККЧП в отношении организационных изменений внутри Комитета. 9 сентября заместитель Министра Юстиции Нурлан Алимбаев сообщил радиостанции “Азатык”, что под именем ККЧП в течение последующих дней будет зарегистрирована новая группа. Предпринимаемые усилия по сущности равносильны образованию фиктивного ККЧП, лояльного правительству Кыргызстана; шаг, который являет собой нарушение права свободы объединений, гарантированного международными нормами, а также Кыргызского законодательства. Эта акция стала последней в ряду серии попыток заставить замолчать настоящий ККПЧ в течение последних десяти лет. Эта кампания, по всем признакам поддерживаемая Кыргызскими властями, включала преследования членов ККЧП, налёты на офис, конфискацию имущества, а также изгнание Рамазана Дырылдаева в ссылку в Вену с июля 2000 г. до апреля 2002 г.[25]

(…..)

В Документе Копенгагенской конференции 1990 г. страны-участницы С/ОБСЕ обязуются  обеспечивать, чтобы отдельным лицам было разрешено осуществлять право на ассоциацию, включая право создавать, присоединяться и эффективно участвовать в деятельности неправительственных организаций (10.3). В том же документе страны-участницы подтверждают, что каждый человек имеет право на мирные собрания и демонстрации. Любые ограничения, которые могут быть установлены в отношении реазизации этих прав, предписываются законом и соответствуют международным стандартам (9.2). Позднее Стамбульская Хартия Европейской Безопасности 1999 г. заявляет, что НПО могут  играть чрезвычайно важную роль в содействии утверждению прав человека, демократии и верховенства закона. Они являются неотъемлемой составляющей сильного гражданского общества.  В этом документе страны-участницы обязуются расширять уже существующие у НПО возможности вносить свой полноценный вклад в дальнейшее развитие гражданского и обеспечения прав человека и основных свобод  (пар.27). МХФ призывает страны-участницы ОБСЕ воздержаться от любых действий, которые препятствуют зарождению и становлению сильных гражданских обществ в соответствующих странах. Напротив, основание и деятельность НПО должны приветствоваться и быть поддержаны за ту ключевую роль, которую они играют в утверждении и защите обязательств ОБСЕ.

ОСНОВНЫЕ СВОБОДЫ, СЕССИЯ II:

­­­­­­­­­­­­

Во многих странах ОБСЕ ситуация с религиозными свободами и терпимостью идёт вразрез с обязательствами, принятыми правительствами этих государств. МХФ хотела бы привлечь внимание к ряду стран, ситуация в которых вызывает наибольшие опасения.

(…..)

Режим президента Ниязова систематически подавляет  инакомыслие в Туркменистане. Режим признаёт лишь две деноминации, суннитский ислам и православное христианство, и преследует тех, кто исповедует другие религии. Власти регулярно устраивают расправы над собраниями, которые проводят незарегистрированные объединения, а также запугивают, арестовывают, штрафуют и оскорбляют их участников. Хозяев квартир, которые устраивают подобные собрания, выселяют, и десятки участников уже были высланы в ссылку в отдалённые районы Туркменистана, либо, если они иностранцы, выдворены за её пределы. Среди тех, кто находится под особо пристальным прицелом, Свидетели Иеговы, Баптисты, Пятидесятники, Адвентисты, Харе Кришна и Бахаи.[27] Только с начала мая по июнь 2003 г. было зарегистрировано десять случаев притеснений религиозных меньшинств. Во всех этих случаях милиция врывалась в дома, где проводились собрания, и производила арест присутствующих.[28] В одном случае мишенью стало общество глухонемых баптистов, каждого из которых оштрафовали на сумму, равную приблизительно €50, что является их среднемесячным доходом.[29]

В то время, пока в стране отсутствует закон об альтернативной гражданской службе, правительство продолжает бросать за решётку молодых людей, принадлежащих к религиозным меньшинствам, за отказ служить в армии по религиозным убеждениям. За последние годы несколько религиозных активистов были посажены в тюрьмы по сфабрикованным уголовным обвинениям. На момент июня 2003 г. четверо членов общины Свидетели Иеговы попали в заключение за религиозные убеждения; двое из них отказывались по тем же причинам от военной службы.[30]

После 11 сентября Узбекское правительство стало предпринимать попытки заглушить международную критику в адрес безжалостной кампании против независимых мусульман как части программы мер по “войне с терроризмом.” Под этим предлогом правительство продолжало произвольно арестовывать, подвергать пыткам и выносить приговоры независимым мусульманам к длительным срокам заключения или даже к смертной казни на судебных процессах, проводимых с многочисленными нарушениями международных стандартов справедливого судебного разбирательства. Заключенные-мусульмане подвергаются особо жестокому обращению, в результате чего многие из них умирают в заключении. В апреле 2003 г. Верховный Суд отклонил слушание дела Искандера Худоберганова, независимого мусульманина, который был приговорён к смертной казни по обвинению в “религиозном экстремизме” и “анти-государственной деятельности” в ноябре 2002 г. Как сообщается, суд состоялся крайне несправедливый, а сам Худоберганов подвергался пыткам во время следствия. Его апелляция была недавно отклонена Президиумом Верховного Суда, но остаётся надежда, что президент Узбекистана  всё ещё может объявить помилование. Тем не менее, семья заключённого и его адвокаты не были проинформированы, когда президент вынесет решение. В случае отклонения апелляции президентом, приговор Худоберганова может быть незамедлительно приведён в исполнение.[31] Международная Амнистия считает, что три других человека были казнены по подобным обвинениям в мае, в то время как их дела рассматривались в Комитете по правам человека ООН.[32]

Более того, Узбекские власти продолжают преследовать немусульманские меньшинства. Известны случаи физических избиений членов немусульманских религиозных объединений. Например в мае 2003 г., четверо членов общины Свидетели Иеговы были арестованы и избиты представителями милиции за религиозную проповедь на улице в городе Каган.[33] Несмотря на то, что по подсчётам местных и международных аналистов  в тюрьмах Узбекистана находится около 7,000 человек, осужденных по причинам своих взглядов и религиозных убеждений, Правозащитное общество Узбекистана (член МХФ) убеждено, что эта цифра значительно выше.

Свобода мысли, совести, религии и убеждений  являются основой Хельсинкских обязательств. Уже в Заключительном  Хельсинкском Акте 1975 года, страны ОБСЕ обязались “уважать свободу граждан на исповедание, в индивидуальном или групповом порядке, религий и убеждений, в соответствии с требованиями своей совести.”[34] Это обязательство было впоследствии поддержано во многих документах ОБСЕ.[35] В Заключительном Венском документе 1989 года  страны-участницы ОБСЕ в частности обязуются “принимать эффективные меры по предотвращению и ликвидации дискриминации лиц или объединений на почве религии или убеждений” и ”способствовать климату взаимной терпимости и уважения между верующими различных объединений, а также между верующими и неверующими.”[36]

МХФ призывает правительства Болгарии, Беларуси, Грузии, Туркменистана и Узбекистана, а также все правительства других стран-участниц ОБСЕ обеспечить свободу граждан на исповедание религий, в индивидуальном или групповом порядке. В особенности, мы призываем  правительство Беларуси воздержаться от действий, напоминающих насильственную идеологическую обработку молодёжи. 

Более того, МХФ призывает страны ОБСЕ воздержаться от излишних ограничений в отношении деятельности групп религиозных меньшинств; принимать эффективные меры по установлению понимания и толерантности в отношении таких групп, а также своевременно расследовать и возбуждать уголовные дела по случаям дискриминации или насилия, совершённого против представители  религиозного меньшинства из-за его/её убеждений.

ВЕРХОВЕНСТВО ЗАКОНА I:

­­­­­­­­­­­­­­­

Независимость судей и право на справедливое судебное разбирательство являются гарантиями верховенства закона в любом обществе. В то время как эти права продолжали нарушаться  в особенности судебными системами стран бывшего соцлагеря, которые рассматривали изменения в законодательствах и на практике, эти нарушения части проходили с поправкой на “войну с терроризмом”, которую ведут демократические страны-участницы ОБСЕ.

В Туркменистане[37] власти использовали объявленную попытку покушения на президента в ноябре 2002 г. как предлог для начала массовых арестов политических оппонентов. Хотя новая волна репрессий носит беспрецедентный характер, тем не менее она служит отражением той суровой политики, о которой правозащитные группы Туркменистана сообщают уже в течение нескольких лет. По официальным данным, 67 человек были арестованы по обвинению в причастности к попытке покушения на февраль 2003 г., хотя многие считают, что это число в действительности значительно выше.  59 человек были осуждены на закрытых процессах, 8 получили пожизненное заключение – трое из них отсутствовали на суде – и 51 человек были приговорены к 5-25 годам лишения свободы.

Известно, что судебные процессы в Туркменистане не соответствуют стандартам справедливого судебного разбирательства. Подозреваемые в ноябрьском инциденте не могли сами выбрать адвоката, а некоторые из защитников, назначенных правительством, публично выражали недовольство перспективой защищать своих клиентов. Как сообщается, многие из задержанных подвергались пыткам и жестокому обращению в заключении с целью вынудить признание или  заставить человека обвинить других. Среди задержанных были и члены семей туркменской оппозиции в изгнании. Членам семей не позволялось навещать арестованных родственников и не предоставлялось никакой информации о состоянии их здоровья и местонахождении. Многим родным угрожали арестом и выселением из дому, а также жестокими преследованиями и пристальным надзором Службы безопасности. 

В прошлом туркменские власти уже применяли пытки против диссидентов  и приговаривали их к длительным срокам тюремного заключения. Среди них – Мухаметкули Аймурадов, осуждённый в 1995 г. по многим статьям, включая "попытку терроризма", и приговорённый несправедливым судом  к 12 годам лишения свободы. В декабре 1998 г. к его сроку добавили ещё 18 лет в связи с якобы имевшей место попыткой побега из тюрьмы.

(…..)

В Узбекистане судебные разбирательства проходят с грубыми нарушениями надлежащих стандартов справедливого правосудия. Обвиняемые в большинстве случаев считаются виновными, и судьи принимают во внимание признания, полученные под давлением, и это зачастую служит единственным основанием для вынесения приговора. В особенности, судьи особенно предвзято относятся  к членам политической и религиозной оппозиции, а также к правозащитникам. Адвокаты с неохотой берутся защищать жертв нарушений прав человека, так как это может повлечь их исключение из адвокатских ассоциаций. Решения судов в пользу подсудимых часто не исполняются.[38]

(…..)

Копенгагенская встреча конференции по человеческому измерению С/ОБСЕ в 1990 г. заложила серию надлежащих процессуальных стандартов, также гарантированных Международным Пактом о гражданских и политических правах (МПГПП). Среди прочих, эти стандарты включают право на равную защиту закона (5.9.), незамедлительный доступ к суду (5.15), справедливое и открытое слушание компетентным, независимым и беспристрастным судом, созданным на основании закона (5.16), а также на право считаться невиновным, пока виновность не будет доказана согласно закону (5.19). Эти права были подтверждены и другими документами ОБСЕ.

МХФ призывает страны-участницы ОБСЕ принять незамедлительные меры по приведению законодательств в своих странах в соответствие с принятыми ими стандартами, и обеспечить внедрение этих законов в практику.

Далее, МХФ желает подчеркнуть, что ни под каким предлогом  страны-участницы ОБСЕ не должны принимать меры, которые ущемляют неприкосновенные права. Все чрезвычайные меры, принятые в контексте борьбы с терроризмом, должны предусматриваться законодательством и являться неотъемлемой частью демократического общества. Эти меры должны быть пропорциональны, должны толковаться строго в пользу прав по существу и быть предметом периодического пересмотра для обеспечения строгой необходимости их дальнейшего применения. В любых обстоятельствах государства должны руководствоваться принципами прав человека,  предписанных международным законодательством (См. также рекомендации МХФ по анти-террористическим мерам).

ВЕРХОВЕНСТВО ЗАКОНА I:

­

Как было отмечено в отчете МХФ, опубликованном в апреле этого года и озаглавленном «Анти-террористические меры, безопасность и права человека, изменения в Европе, Центральной Азии и Северной Америке после 11 сентября»[39], атаки на США 11 сентября 2001 года повергли мир в шок, и привели к возникновению обостренного чувства страха и беззащитности во многих странах региона ОБСЕ. Спустя два года после атак их последствия все еще ощущаются по всему миру, и вероятно они будут оказывать еще длительное влияние. Это особенно касается вопросов защиты прав человека. Эрозия гражданских и политических прав в странах региона ОБСЕ является одним из самых серьезных последствий атмосферы, возникшей после событий 11 сентября.

В ответ на трагедию, страны – члены ОБСЕ,  как индивидуально, так и совместно,  немедленно обратили внимание на пересмотр вопросов безопасности. За несколько месяцев, прошедших с момента трагедии, страны, среди прочего, повысили полномочия правоохранительных институтов и институтов разведки, включая возможность проводить дознание и задержание лиц, прослушивать частные разговоры и проводить обыски в частных домах и личной собственности без обычных процессуальных гарантий. Также были ужесточены проверки на границах, что затрудняло доступ на территорию государств. Были приняты новые, ограничительные меры по иммиграции и предоставлению убежища, которые могут ограничить доступ истинных беженцев, а также были введены различные регистрационные и анкетные схемы, которые очевидно направлены на определенные группы  только в силу их расовой, национальной или религиозной принадлежности. Некоторые из этих мер необходимы и уместны, однако многие из них представляются несоответствующими созданной угрозе или целям усиления национальной безопасности. Ряд этих мер нарушает основные права человека, которые страны-члены ОБСЕ обязались отстаивать, включая те права, которые являются неотъемлемыми даже в чрезвычайных положениях.

В связи с этим МХФ разработала ниже ряд рекомендаций для ОБСЕ как организации, а также  для стран-членов ОБСЕ, относительно защиты прав человека в контексте борьбы с терроризмом:

МХФ призывает Совет Министров ОБСЕ подтвердить указания по анти-террористическим мерам и правам человека, принятыми комитетом Министров Совета Европы, и активнее защищать положения этих указаний среди стран-членов ОБСЕ. МХФ также призывает Совет Министров провести мониторинг анти-террористических мер, принятых странами-членами по региону ОБСЕ в плане обеспечения их соответствия верховенству закона и правам человека.

В частности, МХФ обеспокоена, что роль БДИПЧ как «органа сбора информации в состоянии чрезвычайного положения» в контексте обязательств Московского документ представлена неадекватно, учитывая современную ситуацию региона ОБСЕ. МХФ призывает ОБСЕ в связи с этим усилить роль, которую БДИПЧ играет в плане мониторинга и информирования общественности по мерам, которые страны-члены принимают в контексте борьбы с терроризмом, и в какой мере они соответствуют или не соответствуют обязательствам ОБСЕ. БДИПЧ должно быть обеспечено соответствующими ресурсами для выполнения своей задачи.

Отчеты БДИПЧ по соответствию стандартам должны рассматриваться Постоянным Советом регулярно, с определением конкретных рекомендаций, которые государства должны учесть для улучшения этого соответствия.

БДИПЧ должно собирать информацию по наиболее успешным примерам, когда страны-члены смогли решить свои задачи по безопасности без ограничения прав человека и гражданских свобод, и сделать её доступной для всех стран-участниц.

В дополнение МХФ призывает ОБСЕ обеспечить рассмотрение странами-членами  существенных рекомендаций, представленных ниже:  

 ни под каким предлогом страны-участницы не должны принимать меры, которые ограничивают неотъемлемые права.

• Все чрезвычайные меры, принятые в контексте борьбы с терроризмом, должны быть  предусмотрены законом, который должен строго соблюдаться в демократическом обществе. Такие меры должны быть пропорциональны, должны толковаться строго в пользу прав по существу и быть предметом периодического пересмотра для обеспечения строгой необходимости их дальнейшего применения.  Во всех случаях государство должно руководствоваться принципами прав человека, содержащимися в международном законодательстве.

Принцип законности

• Все уголовные законы, включая  принятые для борьбы с «террористическими актами» и «террористическими группировками», должны быть как можно более точны, недвусмысленны и четко выражены относительно запрещенной деятельности. Должны быть предприняты шаги для обеспечения того, чтобы эти законы не использовались  произвольно или дискриминационно с нарушением таких гарантированных прав как право на объединения, мирные собрания, выражение или свободу совести и вероисповедания.     

• Закон должен исключить «вину в соучастии» тех, кто мог разделять точку зрения или быть связанным с людьми, обвиненными в участии в террористической деятельности. 

• Юридическая инстанция должна одобрить все санкции, предусмотренные за террористическую деятельность, и те лица, которые подверглись санкциям, должны иметь эффективные средства защиты в зале суда. 
  
  
• Необходим регулярный контроль и парламентское рассмотрение применения определений терроризма независимо от того, включено ли в соответствующее законодательство условие прекращения действия этого определения или ограничения периода его применения. Если есть признак, что определение может быть применено произвольно, оно должно быть пересмотрено.  

Отсутствие дискриминации и защита от расизма

• Страны должны обеспечить полное соответствие принципу равенства перед законом  любой меры,  принимаемой для борьбы с терроризмом, которая  не должна являться   дискриминационной по религиозной, национальной или этнической принадлежности.  Страны должны немедленно изменять, отменять или аннулировать  любые законы и практику, которые имеют эффект создания или закрепления дискриминации на этих основаниях.     
  
  
• Страны должны предпринимать эффективные меры для защиты индивидуумов или групп лиц, которые могли быть объектом дискриминации, враждебности или насилия в связи с их религиозной, национальной или этнической принадлежностью, в том числе гарантирующими эффективное рассмотрение, судебное преследование и наказание таких нарушений.  
  
  
• Страны должны предпринять эффективные меры для установления терпимости среди своих граждан, и своими действиями последовательно различать тех отдельных лиц, которые занимаются терроризмом от имени определенных религиозных или других групп, и широкого большинства мирных представителей таких групп. 

Задержания/Обеспечение соответствующего  судебного разбирательства

• Страны должны обеспечить, чтобы все заключенные  имели право оспаривать правовую основу их задержания перед независимым трибуналом (habeas corpus). 
  
  
• Страны должны обеспечить немедленный доступ каждого заключенного к адвокату.

• Страны должны обеспечить, чтобы каждый заключенный был осужден и привлечен к суду в приемлемые сроки или освобожден.

• Предпочтение должно отдаваться открытым слушаниям и судебным рассмотрениям. Решения проводить закрытые слушания и судебные разбирательства должны приниматься  на индивидуальной основе судьей, ответственным за процесс, что может являться предметом апелляции.

Пытки и жестокое обращение

• Страны должны подтвердить, что пытки запрещены при любых обстоятельствах, и что  все страны имеют обязательство не только воздерживаться от применения пыток или жестокого, бесчеловечного и унижающего человеческое достоинство обращения, но также препятствовать  случаям такого рода злоупотреблений. Страны-члены ОБСЕ должны предпринять шаги, чтобы напомнить всем правоохранительным структурам в соответствующих странах, что применение пыток или жестокого, бесчеловечного и унижающего человеческое достоинство  обращения или наказания, даже для борьбы с терроризмом, строго запрещено и будет преследоваться по всей строгости закона.

Получение убежища

• Все меры по предоставлению убежища должны основываться на предпосылке, что каждый имеет право искать и иметь в других странах убежище от преследования. Принцип не-возврата должен строго соблюдаться. 
  
  
• Страны должны воздерживаться от мер, которые чрезмерно затрудняют доступ к процессу получения убежища. В частности, страны должны обеспечить, чтобы меры, принятые для борьбы с нелегальной иммиграцией, не ухудшали защиту беженцев.  
  
  
• Всем претендентам на получение убежища, без дискриминации на основе религии, национальности или статуса, должно быть предоставлено право на индивидуальное и тщательное рассмотрение их просьбы об убежище. Это рассмотрение должно иметь место в рамках честной процедуры, что гарантирует такие основные процессуальные права, как право на консультацию с адвокатом, право быть услышанным, право на апелляцию.

Экстрадиция, изгнание и депортация

• Любое решение экстрадировать, изгнать или депортировать иностранца может быть принято лишь после всестороннего рассмотрения в свете международных стандартов прав человека. Решение  не должно выполняться немедленно, и это лицо должно иметь право на апелляцию перед тем, как его насильно вынуждают покинуть страну.
  
  
• МХФ призывает к строгому запрещению экстрадиции или высылки другим способом в страну лица, где он или она рискует подвергнуться пыткам или жестокому, бесчеловечному и унижающему человеческое достоинство обращению или наказанию, если только отсылающее правительство согласно строго следить за судьбой лица изгнанного или экстрадированного ЕСЛИ ДАЖЕ принимающее правительство даст формальные заверения, что лицо не подвергнется ненадлежащему обращению по возвращению на его территорию. Если пытки или жестокое, бесчеловечное или унижающее человеческое достоинство обращение или наказание являются  присущей этой стране проблемой, такие двухсторонние договора не предлагают лицу достаточной защиты против недозволенного обращения.

Меры по замораживанию средств

• Критерии по включению в список Комитета по санкциям ООН, ЕС и другие списки лиц и организаций, обозначенные к замораживанию средств, должны быть доступны общественности.

• Любое решение по замораживанию средств лица или организации в национальном законодательстве должно являться предметом юридического рассмотрения. По возможности адвокату такого лица и организации должен быть предоставлен доступ к информации, на основе которой было сделано решение о замораживании средств.  
  
  
• В целях защиты репутации лиц, занесенных в список и групп, их имена должны быть конфиденциальны до того момента, как они смогут иметь возможность оспорить решение. Канадская система может быть представлена как образец.    
  
  
• Список лиц и организаций, подлежащих замораживанию средств, должен быть предметом периодического пересмотра, и должна существовать презумпция против повторного включения имени в список при отсутствии неопровержимых доказательств или сведений.  

• Право на обращение с просьбой о размораживании средств по гуманитарной причине, существующей в некоторых национальных законодательствах, должно быть распространено на все страны-участницы, которые замораживают фонды.

Свобода выражения мнений  и средств массовой  информации

• СМИ должны иметь полноценный доступ к источникам информации, включая правительственных служащих, заключенных и зоны конфликта. 

• Населению и СМИ должен быть предоставлен доступ в залы суда. Любое исключение должно рассматриваться на индивидуальной основе конкретным судьей и должно быть строго обосновано.
  
  
• Работа журналистов и новостных агентств должна быть совершенно исключена как из под общего надзора, так  и отслеживания  электронных данных.
• Конфиденциальность источников информации журналистов должна уважаться всегда.
  
  
• Страны должны воздерживаться от применения давления, прямо или опосредованно,  на СМИ с целью сдерживания освещения ими событий или  воздержания от критики правительственных усилий борьбы с терроризмом.  
  
  

 Частная жизнь

• Наблюдение и обыски частной собственности  должны производиться только по решению суда, принимаемым в каждом конкретном случае.

• Должно быть запрещено хранение электронных данных сверх периода, требуемого для  периода оплаты. Провайдеры Интернет-сервиса  могут быть вынуждены сохранять электронные данные только по отношению к определенным расследованиям, а не на общей основе. 
  
  
• Личные данные, собранные в результате анти-террористических операций через наблюдение, а также сбор данных и сохранении информационных потоков не должны быть использованы для общих целей правоохраны или для других целей.
  
  
• Инициатива по сбору компьютерной информации и просмотру должна тщательно соответствовать международным стандартам и национальным законам по защите данных для обеспечения полного соответствия как до так и во время пользования.

Центральная Азия

• Страны-члены должны использовать сотрудничество с республиками Центральной Азии по вопросам борьбы с терроризмом как возможность возложить ответственность на их правительства за злоупотребления основными политическими и гражданскими правами, которые происходят под предлогом повышения национальной стабильности и безопасности.

• Страны-члены и международные организации должны эффективно связывать экономическую и прочую помощь Центрально-азиатским странам с вопросами соблюдения прав человека. Это может быть сделано путем определения минимальных требований улучшения, которые правительства должны достигнуть в различных областях по волнующим вопросам, чтобы иметь возможность продолжать получать помощь. Требования должны включать задачи, направленные на обеспечение функционирования независимых СМИ, возможности свободной деятельности политической оппозиции, существования действительного гражданского общества, возможности гражданам свободно выражать свои религиозные убеждения, господство верховенства закона.   

• (…..)

Безнаказанность

Соблюдение норм международных прав человека беженцев не должно приводить к безнаказанности. Страны, которые обеспокоены возможной безнаказанностью подозреваемых в терроризме, должны:

• Возбуждать судебные дела против таких лиц на основе собственных законодательств или передавать их в другие страны, где против них могут быть возбуждены судебные дела в соответствии с должными процессуальными стандартами, но к ним не будут применять пыток, жестокого обращения или высшую меру наказания.

• Что касается тяжких преступлений, которые были совершены после 1 июля 2002 года, страна также может апеллировать к Международному Уголовному Суду, если она не в состоянии провести расследование или возбудить судебное дело самостоятельно. Для этого все страны должны подписать и ратифицировать Статут МУС и принять все необходимые законодательства для его внедрения, чтобы иметь возможность такой апелляции. 

ВЕРХОВЕНСТВО ЗАКОНА I:

Среди проблем, относящихся к теме верховенства закона и справедливого суда внутри региона ОБСЕ, не может быть не поднят вопрос тревожного состояния прав человека в Туркменистане. Хотя страны ОБСЕ проинформированы о грубых нарушениях, которые произошли в стране в последние годы, в частности из недавнего всеобъемлющего отчета специального Докладчика ОБСЕ по Туркменистану, ни один из волнующих вопросов не был должным образом рассмотрен правительством Туркменистана. МХФ обеспокоена недостатком внимания к   этому докладу, который указал на вопиющую практику, принятую вслед за так называемой попыткой покушения на туркменского президента. Мы хотели бы использовать эту возможность напомнить участникам совещания ОБСЕ о происшедших возмутительных нарушениях, которые все еще продолжаются в Туркменистане, и о вызывающих беспокойство последних событиях.

Некоторые факты заслуживают повторения. Вслед за так называемой попыткой покушения на президента Ниязова, прокатилась волна арестов.  Согласно официальной информации, 67 человек было арестовано к февралю 2003 г. Настоящее число, однако, представляется значительно больше. Есть также многочисленные отчеты, свидетельствующие, что задержанные подвергались жестокому обращению и пыткам.[40]

По меньшей мере, 59 человек были впоследствии привлечены к суду при серьезном нарушении международных стандартов справедливого разбирательства. Эти судебные рассмотрения проводились за закрытыми дверями и обычно продолжались всего нескольких дней. С самого начала разбирательства  обвиняемые считались виновными, и им не было позволено иметь  адвоката по собственному выбору. Как  сообщалось, некоторые назначенные государством адвокаты выражали чувство отвращения при мысли о защите их клиентов. Восемь лиц были приговорены к пожизненному заключению, остальные получили сроки тюремного заключения от 5 до 25 лет.

В ряде случаев «признания» подозреваемых транслировались широкой аудитории телезрителей, после чего собравшаяся аудитория  их публично осуждала.

29 декабря, Верховный Суд обвинил мужчин, подозреваемых в  заговоре попытки покушения, и приговорил их к максимальным 25 годам тюрьмы. На следующий день, однако, высший законодательный орган страны увеличил срок тюремного заключения до пожизненного.[41]  Борис Шихмурадов, осужденный за то, что являлся одним из организаторов попытки покушения, был арестован 25 декабря в Ашхабаде. Спустя три дня по телевидению было  показано его «признание» в участие в попытке покушения. Во время его речи, которая совершенно ясно была ему продиктована, он, среди прочего, осудил оппозиционное движение как группу «бандитов» и назвал президента Ниязова «подарком туркменскому народу». Многие наблюдатели заметили, что он говорил слабым и дрожащим голосом, как будто он был под влиянием наркотиков и был подвергнут избиениям. [42]

На фоне явного нарушения права на справедливый суд и вмешательства Народного Совета (Халк Маслахаты) в деятельность органов судопроизводства и их решения оказалось, что новые конституционные поправки, принятые в августе, превзошли самые худшие ожидания. Эти конституционные изменения, которые находятся в глубочайшем противоречии с  основными международными стандартами по разделению властей, прошли в основном незамеченными. При отсутствии общественных дебатов, Народный Совет принял изменения к конституции, сделав себя новой властной структурой, которая может быть представлена как высший бессменный орган, которому подчиняются законодательная, исполнительная и юридическая власти.

Изменения лишили туркменский парламент, состоящий из 50 членов, даже той небольшой формальной власти, которую он имел ранее. [43]  До настоящего момента Совет, состоящий из 2507 человек,  собирался один раз в год; теперь он будет находиться в постоянной сессии как «постоянно действующий верховный орган народного правительства, обладающий силой верховной государственной власти и правительства». Совет состоит из президента, членов парламента, председателя Верховного Совета, генерального прокурора, членов правительства, представителей различных уровней региональной и местной администрации, руководителей партий и общественных организаций, также и членов Совета Старейшин.[44]  Народный Совет возглавляет президент Ниязов.

Эти поправки являются последними в серии  юридических изменений, которые постепенно исказили демократические принципы первой туркменской конституции, принятой в 1992 году после того, как страна получила независимость. Эти изменения служат и послужат еще в большей мере звеном, через которое положение с правами человека в Туркменистане деградируют от плохого к еще худшему.

В Документе Копенгагенского совещания конференции по человеческому измерению СБСЕ 1990 года участники стран заявили, что к числу элементов справедливости, которые существенно необходимы для полного выражения достоинства, присущего человеческой личности, и равных и неотъемлемых прав всех людей относятся следующие: (часть 5) (….) представительная по своему характеру форма правления, при которой исполнительная власть подотчетна избранным законодательным органам или избирателям (5.2) В нарушение этих принципов и учитывая, что народ Туркменистана не имел возможности участвовать в свободных и честных выборах, недавние изменения в высшем руководстве страны кажутся явным нарушением международных принципов, относящихся к разделению властей и демократии. Более того, национальное законодательство, регулирующее выборы, демократические институты и верховенство закона должны находится в согласии с международными стандартами.

В связи с вышеназванными причинами, Хельсинкская Инициатива Туркменистана и МХФ предлагают ОБСЕ назначить правового эксперта для изучения конституции Туркменистана и других недавно принятых законодательных актов с целью установления их соответствия международно признанным правовым стандартам. Результаты такого изучения и предложения по усовершенствованию должны быть представлены как можно скорее властям Туркменистана.

Отсутствие реакции международных организаций на принятие поправок туркменской конституции может быть расценено властями как сигнал молчаливого согласия. Соответственно, есть опасения, что дальнейшие репрессивные меры могут быть формально оправданы на основе измененной конституции. 

Мы призываем ОБСЕ продолжить оказывать должное внимание народу Туркменистана и предпринять все возможные меры с целью положить конец беспрецедентным репрессиям политических оппонентов и целых семей, включая стариков, женщин и детей, которые происходят с ноября 2002 года.

ВЕРХОВЕНСТВО ЗАКОНА II:

Смертная казнь (четверг, 9 октябрь 2003 г.)                                                            

Практика применения смертной казни в странах-членах ОБСЕ находятся в глубоком противоречии с обязательствами, принятыми на второй конференции по Человеческому Измерению СБСЕ, которые ставят целью запрещение смертной казни, что было отражено во втором факультативном протоколе к Международному Пакту о Гражданских и Политических правах (МПГПП). Тем не менее, несколько стран ОБСЕ сохраняют смертную казнь в своем законодательстве, несмотря на серьезную озабоченность, связанную с казнью невиновных людей, неуважения стандартов справедливого суда, распространенное расовое предубеждение  и отсутствие весомых доказательств того, что смертная казнь действительно сдерживает преступность.

Положения применения смертной казни для рядовых преступлений еще можно найти в уголовных кодексах Беларуси, Казахстана, Кыргызстана, Таджикистана, США и Узбекистана.

 (…..)

В Узбекистане казнь рассматривается как государственная тайна, в противоречие с обязательством страны, принятым в рамках статьи 17.8 Копенгагенского документа 1990 года, который обязывает стран-участниц ОБСЕ  «предоставлять общественности информацию относительно применения смертной казни». В результате такой практики, семьям заключенных иногда сообщают о казни спустя несколько месяцев после ее совершения. В дополнение, им не сообщают о месте совершения казни или месте захоронения их родственников.[45]  Особо беспокоят сообщения о казни душевнобольных людей. Например, в июне 2003 года был казнен Музаффар Мирзаев, хотя он, по сообщениям, страдал душевной болезнью. Это произошло  вопреки обращению Комитета ООН по Правам Человека за два месяца до совершения казни с просьбой отложить исполнение наказания[46]. Действующий председатель ОБСЕ обратился ко всем соответствующим странам с призывом ввести мораторий на применение смертной казни и о ратификации договора ООН против пыток.[47]

Применение высшей меры наказания также рассматривается как государственная тайна в Таджикистане, что  чрезвычайно осложняет сбор достоверной статистики. Согласно доступной информации за последние 12 месяцев около 240 человек были приговорены к высшей мере наказания, и 100 приговоров были приведены в исполнение.[48]  Использование смертной казни как формы наказания является еще более удручающей с учетом того факта, что международные стандарты по проведению справедливого суда не уважаются в стране.

 (…..)

МХФ решительно возражает против продолжающегося применения смертной казни как жестокого, негуманного,  унижающего человеческое достоинство и непоправимого наказания, и призывает все страны предпринять меры по всеобщему их запрещению согласно международным  стандартам по правам человека.

МХФ особенно обеспокоена тем, что риск судебной ошибки может привести к казни невиновного человека, особенно в свете  убедительных доказательств расовой предубежденности, неэффективности смертной казни как средства сдерживания преступлений и серьезных опасений во многих случаях относительно стандартов справедливого суда, что ведет к осуждению к высшей мере наказания;  всё это ставит под вопрос  возможность применения смертной казни. Казнь несовершеннолетних и душевнобольных является особо негуманной и нарушает международные обязательства по правам человека.

ВЕРХОВЕНСТВО ЗАКОНА II:

­­

Пытки, жестокое обращение и недозволенное поведение полицейских продолжает оставаться наиболее распространенным нарушением прав человека региона ОБСЕ.  Тогда как большинство сведений о злоупотреблениях поступают от стран-участниц Центральной Азии, Турции и Кавказского региона, информация о недозволенном поведении, зачастую с оттенком расовых или дискриминационных полутонов, присуща почти всем странам-членам ОБСЕ. Безнаказанность виновных в злоупотреблениях является серьезной проблемой и способствует всем формам нарушений прав человека.[49]

Пытки и жестокое обращение составляют большую часть нарушений прав человека, оставляя неизгладимые душевные и физические раны на лицах им подвергшимся. Ситуация в странах ОБСЕ в Центральной Азии вызывает особое беспокойство. В частности, лица, обвиняемые в принадлежности к такой незаконной организации как Хиз-бут-Тахрир, часто являются объектами произвольных задержаний или злоупотреблений при содержании под стражей.

В Узбекистане пытки широко используются в учреждениях содержания под стражей для получения признаний, и суды часто выносят суровые приговоры, включая высшую меру наказания, лишь на основе таких признаний. Хьюман Райтс Вотч  задокументировала десять смертей при содержании под стражей, связанных с пытками за последние 18 месяцев.[50] В своем отчете о поездке в Узбекистан в марте 2003 года Специальный Докладчик комитета ООН по пыткам Тео Ван Бовен сообщил о многочисленных случаях применения пыток с целью получения признания и самооговору.  Миссия также пришла к выводу, что жалобы на жестокое обращение очень редко расследуются, что суды, расследуя такие жалобы, не принимают во внимание такие доказательства, как медицинские отчеты или записи регистратуры, свидетельствуя в пользу полицейских, которые подозреваются в злоупотреблениях. Специальный Докладчик комиссии ООН не смог нанести соответствующий визит в лагерь Джаслык, тюрьму, которая общеизвестна жестоким обращением, пытками и чрезвычайно плохими условиями содержания.[51]

По сообщениям, по крайней мере четыре из двенадцати лиц, дела которых находятся  в судебном рассмотрении на момент написания отчета за связь с Хиз-Бут-Тахрир подвергались пыткам и жестокому обращению. 28 июля 2003 года один из обвиняемых дал показания, что его избивали в месте задержания в районном департаменте МВД Шайкантур, и сказал, что он подписал в результате признание в самооговоре. По сообщениям, судья проигнорировал заявление о пытках, которое было сделано во время судебных слушаний.[52]

В другом случае, Чингиз Сулейманов, который был арестован 8 мая 2003 года за участие в драке в январе, сказал судье, что полицейский его избивал и ударял его головой о стену в полицейском участке. Как сообщается, в ответ прозвучало заявление судьи, что «полицейские не бьют». 25 июня Сулейманов был осужден на пять лет тюрьмы. После вынесения приговора он был доставлен в полицейский участок Ахангарана, где он был избит вновь в  наказание за рассказ в зале суда о том, что его пытали.[53]

Реальное или вымышленное сотрудничество с Хиз-бут-Тахрир очевидно имеет одинаковые последствия также в других странах Центральной Азии. Например, 13 членов организации были арестованы в апреле в Кыргызстане, когда они распространяли листовки, и  после ареста содержались в изоляторе. Члены их семей не были извещены об их местонахождении. Существуют опасения, что к ним  также были применены пытки или жестокое обращение.[54]

В Туркменистане органы безопасности широко практикуют пытки для получения признаний и для обличения других. Власти использовали вымышленное покушение на жизнь президента Ниязова 25 ноября 2002 года как предлог для широкомасштабных репрессий против диссидентов, их родственников и друзей. Один из многих случаев связан с Аманмухамедом Ыклымовым, о котором сначала сообщили, что он потерял зрение на левый глаз и слух в левом ухе, его левая рука был сломана и он мог едва двигаться. Были заявления, что ему надевали на голову пластиковый мешок и не давали дышать, а также подвешивали за руки. Его также заставляли надевать противогаз, через дыхательную трубку которого не поступал воздух. По сообщениям суд проигнорировал заявления Ыклымова, что он подвергался пыткам в месте задержания. По сообщениям он умер в заключении в марте от последствий пыток.[55]

В Казахстане коллегия Верховного Суда 18 декабря 2002 года подтвердила смертный приговор 27-летнему Михаилу Вершинину, 26-летнему Евгению Турочкину и 35-летнему Сергею Копаю. Все они были приговорены к смертной казни в сентябре 2001 года за совершение убийства. Существуют серьезные подозрения, что трое мужчин были подвергнуты пыткам для получения признания в совершении преступления, за которое они были осуждены.[56]

Заслуживает позитивной оценки случай, когда в Теректинском районном суде Западно- казахстанской области двое полицейских были приговорены к двум годам условно за применение пыток к подозреваемым. Год назад сотрудники полиции избили дубинками четверых мужчин и надели на голову одному из них пластиковый мешок для получения признания. Это судебное решение было результатом первого судебного рассмотрения в Казахстане, связанного с обвинением в применении пыток, включенного в Казахский уголовный кодекс.[57]  Приветствуя этот приговор, МХФ отмечает, что эта мера наказания далеко не соответствует тяжести преступления, и атмосфера безнаказанности  требует принятия дополнительных мер.

(…..)

МХФ хотела бы подчеркнуть формальные обязательства стран ОБСЕ по предотвращению пыток и жестокого обращении, а также по признанию других международных мер, направленных на эту цель. Это включает в себя требование по обеспечению надлежащего расследования подозрений в применении пыток. Безнаказанность чиновников, злоупотребляющих своим положением,  является фундаментальной проблемой, которая требует немедленного рассмотрения.

Вследствие  террористических актов 11 сентября 2001 года произошло общее понижение  стандартов по правам человека в регионе ОБСЕ. Осуждая все формы террористической деятельности, МХФ подчеркивает, что основные права и свободы всех людей не должны ущемляться под предлогом борьбы с терроризмом.

МХФ хотела бы также подчеркнуть важность практических мер, принятых правительствами как первоочередные меры против пыток. Они включают в себя: соответствующее обучение служащих правоохранительных и пенитенциарных органов; немедленное и тщательное расследование сообщений о пытках; меры наказания против всех лиц, участвующих в пытках; запрет на содержание в изоляторе; неприятие судами к рассмотрению признаний, полученных под пытками; публичные заявления властей с решительным осуждением пыток и плохого обращения. МХФ призывает все правительственные органы к скорейшему принятию таких мер для повсеместного прекращения плохого  обращения  с подозреваемыми  лицами.

ГУМАНИТАРНЫЕ ВОПРОСЫ И ДРУГИЕ ОБЯЗАТЕЛЬСТВА:

Торговля людьми является тяжелым нарушением прав человека, и непринятие действий против этого является нарушением обязательств стран-членов ОБСЕ. Правительственные, неправительственные   и международные организации одинаково хорошо осведомлены об истинных причинах и о многогранном подходе, что требуется для борьбы над этой суровой реальностью, с которой сталкиваются сотни тысяч женщин и детей каждый год. Широко известно, что социальное и экономическое неравенство обеспечивает благодатную почву для расцвета торговли людьми. Не секрет, что бедность, неравенство полов, безработица, дискриминация на рынке труда, коррупция и неуважение прав человека вместе обеспечивают продолжение движения по этому замкнутому кругу. Широко известно, что изменения в законодательстве и политическая воля являются значительным препятствием в борьбе над этим преступлением. Однако, несмотря на это знание и на неоднократные призывы в рамках ОБСЕ к согласованным действиям, борьба против торговли людьми затрудняется факторами политического безразличия, вовлеченности государств и правоохранительных органов в порочный круг торговли людьми, а также непонимания последствий системного неравноправия полов и социально приемлемого насилия над женщинами.

(…..)

Согласно отчету Международной Организации по Миграции (МОМ), озаглавленному «Обманутые мигранты из Таджикистана: изучение торговли женщинами и детьми»,  несмотря на вводящие в заблуждение предложения трудоустройства, фиктивные брачные агентства и другие методы, обычно использующие объявления в прессе или на местах,  почти все респонденты опроса, ставшие  жертвами торговли людьми, были направлены в ловушку друзьями, знакомыми или даже родственниками, выступающими в качестве рекрутеров.  Одна 23-летняя женщина из Таджикистана сказала: «Моя знакомая обещала мне хорошую работу в магазине. Вместо этого я была вынуждена обслуживать 15-20 мужчин  за ночь в борделе в Дубае и платить ей треть моего заработка. Я больше никому не верю.»[58]

МХФ обеспокоена тем, что многие страны, осуждая торговлю женщинами и девочками как нарушение прав человека и заявляя о шагах по борьбе с ней, на деле не принимают всерьез эту проблему. МХФ вновь подчеркивает, что непоколебимая политическая воля, эффективные средства выполнения, всеобъемлющие меры помощи жертвам и всеобщее принятие обязательства по прекращению коррупции и безнаказанности являются критическими, если мы хотим достигнуть прогресса в наших совместных усилиях. Для поддержания действенности и эффективности борьбы с торговлей людьми МХФ призывает страны-члены ОБСЕ уважать план действий ОБСЕ по борьбе с торговлей людьми и в частности:

·         Ратифицировать и выполнять соглашения протокола ООН по предотвращению, запрещению и наказанию торговли людьми, особенно женщинами и детьми, дополняющий Конвенцию ООН по борьбе с международной организованной преступностью. В частности, страны-члены ОБСЕ должны признать, что протокол не ограничивается торговлей для целей сексуальной эксплуатации; он также применяется к принудительным работам  и услугам, рабству или действий, схожих с ним; каторжному труду и удалению органов. 

·         Поддерживать усиление информационной деятельности и обеспечивать ее проведение в широком смысле гендерного равенства.

·         Предпринимать шаги по рассмотрению ключевых причин торговли людьми, в частности, подчиненного положения женщины в обществе и отсутствия возможностей трудоустройства.

·         Обеспечить адекватный механизм защиты свидетелей, в частности по обеспечению конфиденциальности лиц, подвергшихся торговле, а также таких мер, как обеспечение соответствующими жилищными условиями, оказания помощи и предоставление информации на  языке, понятном жертве, предоставление медицинской, психологической и материальной помощи, предоставление трудоустройства, обучения и образования в соответствии со статьей 6 протокола ООН. 

·         Усилить региональное и международное сотрудничество в области борьбы с торговлей людьми.

·         приумножить усилия  борьбы с торговлей людьми в странах назначения.

ГУМАНИТАРНЫЕ ВОПРОСЫ И ДРУГИЕ ОБЯЗАТЕЛЬСТВА:

­

По разным оценкам в Европе находятся 3,2 миллиона внутренне перемещенных лиц [59] -- людей, которые были вынуждены покинуть свои дома из-за правительственных, повстанческих или военных действий. Многие из них проживают в нечеловеческих условиях с призрачными перспективами возвращения к своим домам и благополучному будущему. Для облегчения их участи требуются активные правительственные действия.

Судьба многих людей, которые были  5 августа 2000 года насильно перемещены из горных районов Сурхандарьи (вдоль Таджико-Узбекской границы) в Узбекистане,  продолжает оставаться источником серьезного беспокойства. Официально они были перемещены без предварительного уведомления со стороны военных для предотвращения операций Исламского Движения Узбекистана (ИДУ), и им не было позволено взять с собой личные вещи. В дополнение к угрозе от ИДУ власти также заявляли о необходимости предоставить этим людям лучшее обучение и медицинское обслуживание. На практике, однако,  перемещения являлись формой коллективного наказания целых деревень по подозрению некоторых жителей в симпатиях и помощи ИДУ. Независимые наблюдатели оценивают число перемещенных лиц между 2,500 и 4,000. Большинство их них являются этническими таджиками. Власти заявили, что в результате этой операции было всего перемещено 1,333 человека.[60]

По случаю последующего переселения по крайней мере 73 образованных человека были приговорены в июне 2001 года в Ташкенте к срокам тюремного заключения от трех до восемнадцати лет за терроризм и антиконституционную деятельность, за «установление связей» с ИДУ и связанные с этим действиями. Судебные разбирательства проводились с существенными нарушения стандартов должной процедуры.[61]  По результатам амнистии в декабре 2002 года тридцать семь из них были амнистированы и освобождены.[62]

По состоянию 2003 года примерно 3, 500 человек остаются перемещенными, проживая в разоренных населенных пунктах, которые были наспех построены правительством для их размещения. Согласно нечастым сообщениям, они получают от властей недостаточную помощь и живут в крайней бедности,  не имея источника доходов. В некоторых местах – особенно в районе Шерабад – сообщалось о недостатке питьевой воды и продуктов питания.

Правительство Узбекистана не позволило этим людям вернуться к своим жилищам несмотря на то, что угроза вооруженных вторжений исламистских групп в страну в целом миновала.[63]

МХФ призывает правительство Узбекистана прекратить любые действия по выдворению людей из их жилищ; компенсировать потерю собственности и страдания тех  лиц, которые были уже перемещены, а также принять все возможные меры к тому, чтобы те, кто хочет вернуться к своим домам, могли сделать это.

 (…..)

КОНКРЕТНО ВЫБРАННАЯ ТЕМА:

Уровень приверженности правительства соблюдению основных прав человека зачастую лучше всего отражается в их обращении с меньшинствами. В Копенгагене в 1990 году страны-участницы гарантировали что, «лица, принадлежащие к национальным меньшинствам, имеют право полностью и эффективно осуществлять свои права человека и основные свободы без какой-либо дискриминации и в условиях полного равенства перед законом. Государства-участники примут, в случае необходимости, специальные меры с целью гарантировать лицам, принадлежащим к национальным меньшинствам, полное равенство с другими гражданами в осуществлении прав человека и основных свобод и пользовании ими.”[64]  На практике, однако, странам-членам предстоит еще долгий путь до полного исполнения этого обещания

(…..)

22 апреля 2003 года президент Туркменистана Ниязов издал декрет, дающий российским гражданам с двойным гражданством в Туркменистане срок в 2 месяца (до 22 июня 2003 года), чтобы выбрать, какое гражданство они хотели бы сохранить. В августе  декрет был превращен в конституционное положение .[65]

По московским оценкам, новое законодательство прямо затрагивает 100,000-150,000 россиян, живущих в Туркменистане, в то время как туркменские власти расценивают это число  только как 47,000.[66]

Туркменские власти все чаще рассматривали двойное гражданство в качестве угрозы, т.к. в предполагаемой попытке покушения на жизнь Ниязова в ноябре предположительно участвовало несколько лиц с двойным гражданством.[67]

Российские средства массовой информации сообщили в июне, что члены этнического русского меньшинства Туркменистана уезжали в панике с приближением указанного срока. По Туркменским законам не-граждане не имеют прав собственности и им не гарантируется право на обучение. Покидать страну стало труднее после возрожденного введения выездных виз в советском стиле, которые были частью «политики завинчивания гаек» после предполагаемой попытки покушения в ноябре.[68]  Женщинам до 35 лет запрещена выдача выездной визы, и членом одной семьи не разрешается одновременно покидать страну.[69] В дополнение, иностранцы должны заплатить огромную сумму государству, если они хотят заключить брак с жителем Туркменистана.[70]

МХФ обеспокоена тем, что рекомендации, сделанные Эммануэлем Дэко, докладчиком ОБСЕ по Туркменистану, не только остались на бумаге, но по сути дела, в некоторых областях, таких как, среди прочего, национальные меньшинства и свобода передвижения – были предприняты шаги по дальнейшему ограничению этих прав и свобод.

В своем докладе профессор Деко рекомендовал, что «Туркменистан должен немедленно прекратить насильственное перемещение жителей, в особенности лиц, принадлежащих к национальным меньшинствам. Он также должен гарантировать свободу передвижения внутри страны и свободу покидать страну всем гражданам Туркменистана, а также иностранцам, и в особенности способствовать приграничным контактам».

Это новое конституционное положение является только одним примером шагов, предпринятых после объявленной попытки покушения 25 ноября, направленных на притеснение туркменских граждан иностранного происхождения, а также имеющих привилегированные контакты с внешним миром.

МХФ призывает Верховного Комиссара по делам национальных меньшинств обратить внимание на этот вопрос.

 (…..)