Служба новостей Форума 18,

Осло, Норвегия

htttp://www.forum18.org

6 апреля 2004 года

Азербайджан: Религиозная цензура становится строже?

Феликс Корли, Служба новостей Форума 18

Цензура религиозной литературы становится «строже», заявил глава Азербайджанского Баптистского Союза. Илья Зенченко заявил, что хотя государственный комитет по работе с религиозными организациями, ответственный за обязательную предварительную цензуру всей религиозной литературы, публикуемой в Азербайджане и ввозимой в страну, разрешил поставки литературы из России, становится все сложнее получить разрешение под каждую партию. «Нам даже приходится запрашивать разрешение на одну книгу, посланную нам по почте», заявил он 6 апреля. Другие религиозные общины, включая  кришнаитов и бахаев, разделяют обеспокоенность баптистов, но заявляют, что ситуация не улучшается и не ухудшается.

«Формально цензура была запрещена в Азербайджане президентским указом в августе 1998 года, но она до сих пор существует», заявил из Баку 6 апреля Эльдар Зейналов, директор Азербайджанского центра по правам человека. «Подобная предварительная цензура должна быть запрещена».

Он настаивает, что Рафик Алиев, председатель государственного комитета, не должен играть роль цензора. «Если Рафик Алиев жил бы в Мекке во времена пророка Мухаммеда, он бы не разрешил ему выпускать его книги, так как  взгляды пророка рассматривались бы как ересь». Зейналов считает, что Министерство Национальной Безопасности должно нести ответственность за проверку религиозной/политической литературы на предмет ее «опасности», но только после ее издания.

Зейналов особенно протестует против настоятельного требования государственного комитета, чтобы религиозные общины приобретали ровно столько литературы, сколько соответствует числу их членов.

Ильгар Ибрагимоглу, имам мечети Джума в Баку, ведущий член Девамма и филиала Международной Ассоциации Религиозной свободы в Баку, также осудил цензуру религиозной литературы. «К сожалению, такая цензура до сих пор существует», заявил он. «Государственный комитет часто использует термин «опасная литература», но этот термин нигде не был истолкован. Меня обвинили в этом на судебном процессе. Это пережиток советского мышления». Он привел многочисленные случаи, когда у людей, прибывших в Азербайджан после заграничных командировок, конфисковали религиозные книги. Ибрагимоглу сейчас борется против условного приговора, вынесенного за его деятельность по защите прав человека.

Корреспонденты Службы Новостей Форума 18 не смогли связаться с Джейханом Мамедовым, главой департамента по «экспертизе» при государственном комитете,  ответственным за  проведение проверки всей религиозной литературы, чтобы выяснить, почему  религиозная цензура до сих пор существует.

Пастор Зенченко подробно рассказал о длительных попытках его церкви получить 50 тысяч экземпляров Нового Завета на азербайджанском языке, напечатанного в России семь лет назад. 25 декабря 2003 Рафик Алиев написал ему, что дает свое разрешение на ввоз только 2 тысяч экземпляров. «Это был очень плохой подарок к Рождеству», рассказал Зенченко. В январе он написал Алиеву письмо, в котором повторно запрашивал  разрешение на ввоз всех книг и интересовался, почему Алиев ограничивает количество книг, которое может получить Церковь, если Новый завет не запрещен в Азербайджане. 20 марта государственный комитет в конце концов разрешил ввезти 10 тысяч экземпляров. «Они должны еще пройти таможенную проверку», заявил он. «Уже на протяжении 7 лет мы пытаемся получить все книги. И мы хотим получить оставшуюся часть».

Зенченко жаловался на конфискацию на таможне партии из 25 христианских книг из Петербурга, изданных на русском языке. Эта посылка предназначалась десяти баптистским пасторам в Азербайджане. «Предполагалось, что книги войдут в домашнюю библиотеку каждого пастора», объяснил Зенченко. Он также заявил, что хотя книги были посланы еще в январе, таможня информировала получателей о получении книг только  20 марта. Сейчас вопрос о получении книг рассматривается в государственном комитете.

«Существует тотальная цензура религиозной литературы», заявил Зенченко. «Все религиозные общины сталкиваются с этой проблемой». Он объяснил, что перед изданием какой-либо религиозной литературы и для получения на таможне привезенных с собой книг или книг, пришедших по почте, обязательно требуется разрешение государственного комитета. «Таможенная служба сообщила мне, что они получили письмо от Рафика Алиева, запрещающее ввоз  религиозной литературы без их разрешения, но я сам никогда не видел этого письма».

23 марта Зенченко написал Алиеву жалобу на государственный комитет по цензуре, который неоднократно нарушал закон о религии, гарантирующий право каждому «свободно исповедовать и распространять свои убеждения». Он особенно протестовал против настоятельного требования государственного комитета, чтобы баптисты «распространяли  Священное писание только среди членов их общины». «Это не только не соответствует законам демократического Азербайджана, но и противоречит логике и предназначению данных книг».

Пастор Яхья Завричко, глава Азербайджанской Церкви Адвентистов, привел много примеров о препятствиях для религиозной литературы.

«Последние полтора года мы не могли ввозить и печатать никаких новых книг, и, наконец, государственный комитет  разрешил нам забрать часть  литературы, полученной в 1996 году», сообщил Бабек Аллахвердиев из общины кришнаитов. «Они заявили нам, что поскольку мы уже получили 9 тысяч книг, этого хватит нам на несколько лет». Аллахвердиев заявил, что община до сих пор не может получить оставшиеся 25 тысяч книг и буклетов из присланной им партии. «Нам говорили, что они все еще находятся на товарном складе, но мы не уверены в этом. Некоторые издания могли быть повреждены». Он сказал, что департамент экспертизы государственного комитета особенно возражал против одного из буклетов, и тот был запрещен.

Аллахвердиев объяснил, что любая книга, которую хотела бы ввезти община кришнаитов, требует специального разрешения государственного комитета. Комитет должен дать письменное подтверждение, что книга «не опасна» для государства. Это письмо община должна вручить таможенным службам перед получением партии литературы. «Мы не можем просто пойти и получить книги», заметил Аллахвердиев.

Он также жаловался, что если член общины возвращается на родину из заграницы, без угрозы конфискации можно провозить не более двух-трех книг. «Например, если у вас 30 экземпляров десяти различных книг, то вы будете задержаны», заявил он.

Аллахвердиев считает эту систему контроля неправильной. «Естественно, это цензура. Что такое «экспертиза» религиозных книг, как не цензура?». «Мы хотим свободного доступа к религиозной литературе, как во всех демократических странах», заявил он.

Рамазан Аскаров, секретарь общины бахаев в Баку, был более сдержан, отказываясь обсуждать тему о пользе или вреде обязательной предварительной цензуры религиозной литературы. «У этого вопроса много нюансов», заявил он корреспонденту Форума 18.

«Когда бы мы ни обратились за разрешением к департаменту экспертизы, они дают его», заявил он, «хотя иногда они сокращают запрашиваемое нами количество книг. Я не знаю почему». Он сказал, что в этом году им дали разрешение издать в Баку малым тиражом только 2 книги на азербайджанском языке. «Одна из книг - молитвенник и нам разрешили опубликовать тысячу экземпляров». Он сказал также, что они получили разрешение ввести партию  частной литературы в количестве 100 или 200 экземпляров из России.

 «По закону мы должны ставить в известность только государственный комитет», заметил Аскаров, «хотя они говорят, что для этого требуется разрешение. И если нам не дадут разрешение, у нас будут проблемы при прохождении таможни». Он заявил, что члены общины могут без проблем получить религиозные книги, высланные по почте. «Мы беспрепятственно можем получить 10 или 20 книг, даже без посещения государственного комитета».

Зейналов указал на другую проблему: трудности, с которыми сталкиваются некоторые заключенные, имея  у себя религиозную литературу, хотя формально нет никакого ограничения на книги религиозного содержания среди 10 книг, разрешенных для заключенных. «Я был свидетелем случаев, когда заключенным запрещали читать  исламские книги, хотя сами книги не являются запрещенными», заявил он. Но Зейналов подчеркнул, что это часто используется для  наказания определенных заключенных, а не как всеобщий запрет на религиозную литературу в тюрьмах.

Перевод с английского выполнен Алматинским Хельсинкским Комитетом