ЕЖЕГОДНЫЙ ДОКЛАД О СИТУАЦИИ С ПРАВАМИ ЧЕЛОВЕКА ЗА 2005 ГОД
Выпущен Бюро по вопросам демократии, прав человека и труда
8 марта 2006 года
КАЗАХСТАН
(Русский перевод доклада выпущен посольством США в Казахстане, однако оригинал на английском языке остается единственным официальным документом)
Республика Казахстан с населением приблизительно 15 млн. имеет многопартийную парламентскую систему, в которой преобладает партия Президента Назарбаева «Отан». 4-го декабря Президент Назарбаев был переизбран на третий семилетний срок в результате выборов, критиковавшихся наблюдателями за несоответствие целому ряду международных стандартов. В соответствии с Конституцией, власть сосредоточена у президента, что позволяет ему контролировать областные и местные органы власти и оказывать существенное влияние на законодательную и судебную ветви власти, кроме этого внесение изменений или поправок в конституцию также требует согласия президента. Гражданские власти в целом эффективно контролируют силы безопасности, хотя сотрудники сил безопасности совершали нарушения прав человека.
Показатели деятельности органов государственного управления в области прав человека оставались на низком уровне. Законодательные акты, принятые в этом году, серьезно ослабили законодательную защиту прав человека и расширили полномочия исполнительной власти по регулированию и контролю за гражданским обществом. В частности, принятый в феврале закон об экстремизме, дополнения, внесенные в закон о выборах в апреле, и дополнения в законодательство о национальной безопасности, принятые в июле, ущемляют политические права, свободу печати, свободу совести и другие права человека. Сообщения поступали о следующих проблемах в области соблюдения прав человека:
· жесткие ограничения на права граждан менять свое правительство;
· случаи неуставных отношений в армии, приведшие к смерти;
· нарушение прав и плохое обращение с задержанными и заключенными;
· нездоровые условия тюремного содержания;
· коррупция в правоохранительных и судебных органах и правовой системе;
· произвольные аресты и содержание под стражей, в особенности оппонентов власти;
· нарушение государством прав граждан на неприкосновенность частой жизни;
· селективное возбуждение уголовных и гражданских дел по обвинению в клевете, для наказания политических противников;
· самоцензура в СМИ;
· притеснение оппозиционных газет;
· ограничение свободы объединений и собраний;
· сужение законодательной защиты свободы вероисповедания;
· дискриминация и насилие против женщин, в том числе бытовое насилие;
· дискриминация инвалидов;
· торговля людьми;
· ограничение прав работников, низкий уровень охраны труда в тяжелой промышленности и детский труд в сельской местности.
Правительство достигло существенных успехов в борьбе с торговлей людьми и сокращения случаев «дедовщины» и правонарушений в армии. Министерство юстиции возглавляло межправительственную рабочую группу по борьбе с торговлей людьми, которая разработала комплекс поправок к действующему законодательству, которые, по состоянию на конец, года ожидали утверждения парламентом и президентом. Министерство обороны, во взаимодействии с международными партнерами, инициировало ряд мер по реформированию системы сержантского состава армии, которые привели к повышению профессиональной ответственности и выучки сержантов, получающих теперь повышения в звании с учетом достижений по различным направлениям, включая защиту прав человека солдат срочной службы, находящихся под их командованием.
УВАЖЕНИЕ ПРАВ ЧЕЛОВЕКА
РАЗДЕЛ 1. Соблюдение права на неприкосновенность личности, включая право на свободу от:
а. произвольного или незаконного лишения жизни
Сообщений о том, что власти или её представители совершили какие-либо убийства по политическим мотивам, не поступало, хотя несколько солдат срочной службы погибли в результате неуставных отношений или жестокого обращения.
«Дедовщина» в армии являлась серьезной проблемой, ставшей причиной не только смерти от жестокого обращения, но и самоубийств, совершенных несколькими солдатами срочной службы (см. Раздел 1.c.). Государственные органы провели расследование предполагаемых случаев неуставных отношений среди солдат срочной службы и подвергли уголовному преследованию военнослужащих, виновных в этих правонарушениях.
Государство предприняло шаги для разрешения проблемы привычных взаимоотношений, способствующих совершению правонарушений в отношении военнослужащих, в программе мер по реформированию сержантского корпуса и переходу к полностью добровольной армии. Ранее сержантские звания присваивались военнослужащим главным образом по прохождению ими определенного срока службы, а не за их заслуги. Реформы наделяют сержантов дополнительными обязанностями выявлять и предотвращать жестокое обращение с солдатами срочной службы, обеспечивают дополнительную подготовку, включая инструктаж по вопросам прав человека. В настоящее время 70% личного состава армии служат добровольно, в то время как в 2000 году их количество составляло 10%.
9-го апреля военнослужащий срочной службы Самат Капезов получил в результате неуставных отношений телесные повреждения, приведшие к смерти. По состоянию на конец года власти вели расследование сообщений о прямой виновности в этом преступлении старослужащего Абылаира Оспанова и преступной халатности командования части к данному преступлению.
Главная военная прокуратура зарегистрировала в течение года 164 случая неуставных отношений и 26 случаев самоубийств в армии. Для сравнения, по данным государственных органов в 2003 г. почти 100 солдат срочной службы покончили с собой.
5-го мая Павлодарский военный суд признал виновным в неуставных отношениях военнослужащего и приговорил его к 2 годам лишения свободы. Этот солдат, имя которого не было названо, систематически издевался над другими солдатами своего подразделения, что в ноябре 2004 г. довело его сослуживца Мадияра Аргынбекова до самоубийства. Командиры подразделения получили незначительные дисциплинарные взыскания за неспособность предотвратить или выявить неуставные отношения.
В августе 2004 г. восемь солдат были осуждены за неуставные отношения, приведшие к самоубийству военнослужащего срочной службы Ерболата Бримжанова. Один из осужденных был приговорен к одному году лишения свободы; семь других получили от 5 до 10 лет лишения свободы.
В сентябре 2003 г. был признан виновным и осужден на 10 лет лишения свободы «старослужащий» воинской части за факты дедовщины в отношении Данияра Нагайбаева.
12-го ноября бывший государственный чиновник Заманбек Нуркадилов скончался в собственном доме от трех огнестрельных ранений. Официальное следствие государственных органов установило, что причиной смерти стало самоубийство. Несколько лидеров оппозиции взяли под сомнение официальную версию и подвергли критике власти, не предпринявшие тщательного расследования.
b. Исчезновения
Сообщений об исчезновении людей по политическим мотивам не поступало.
c. Пытки или другое жестокое, бесчеловечное или унизительное обращение или наказание
Законом такая практика запрещена, однако полиция и администрация тюрем иногда прибегали к пыткам, избиениям и другим формам жестокого обращения с содержащимися в заключении, зачастую для получения признательных показаний. В своем ежегодном докладе Комиссии по правам человека государство признавало, что пытки и другие незаконные методы следствия по-прежнему применяются некоторыми сотрудниками правоохранительных органов. Правозащитники и наблюдатели международных правозащитных организаций отмечали, что в практике ведения следствия и предъявления обвинения признанию обвиняемым своей вины уделяется чрезмерная роль, преобладающая над сбором других видов улик в составлении обвинительного заключения.
Государственные органы сообщают, что в течение этого года было возбуждено 47 уголовных дел против сотрудников правоохранительных органов по фактам физического насилия. В течение этого года было зарегистрировано 11 случаев смерти, в том числе 6 самоубийств лиц, находившихся в 222 изоляторах временного содержания. Национальным центром по правам человека сообщалось о 169 жалобах граждан, поступивших за первую половину года, значительную часть которых составляли заявления о фактах насилия со стороны правоохранительных органов.
10-го января полиция Мангыстау арестовала Нуржана Жексемалиева и Женисбека Рахмамедова по обвинению в краже. Правозащитники получили сообщения о том, что молодых людей били во время допроса.
В июле два сотрудника полиции в г. Петропавловске были осуждены на четыре года лишения свободы условно за избиение в сентябре 2004 г. Виктора Девяткина. Полиция пришла к дому Девяткина в поисках его сына, которого не было дома. Когда Девяткин отказался впустить полицейских, они ворвались в дом, выволокли хозяина на улицу и доставили в отделение полиции, где его били в течение нескольких часов, а затем отпустили.
В июле в прессе появились сообщения о деле Казбека Рамазанова, преподавателя, арестованного в 2000 г. по подозрению в убийстве исчезнувшей ранее умственно неполноценной ученицы. Находясь под стражей в полиции, Рамазанов под пыткой сознался в убийстве. Исчезнувшая учащаяся впоследствии была найдена живой, и Рамазанов был реабилитирован. Рамазанов подал жалобу на своих мучителей, которые были осуждены в прошлом году.
По состоянию на конец года не было возбуждено уголовного дела (и не предвиделось) в отношении заместителя районного прокурора и двух других мужчин, которые в 2003 году жестоко избили в кафе 14-летнюю девушку. По утверждению родителей потерпевшей, заместитель районного прокурора оказал давление на свидетелей происшествия, что заставило их отказаться от дачи показаний.
Имеются неподтвержденные сведения о том, что несколько задержанных женщин подвергались сексуальным домогательствам или изнасилованию со стороны сотрудников правоохранительных органов.
Некоторые военнослужащие продолжали подвергать солдат срочной службы физическим и устным оскорблениям, несмотря на реформы сержантского корпуса, направленные на борьбу с такими характерными схемами поведения, которые приводили к неуставным отношениям. Сообщения поступали о случаях смерти и самоубийства, связанных с неуставными отношениями, которые иногда приводили к следствию и заканчивались осуждением военнослужащих (см. 1.a.). Дополнительно к введению нового курса обучения в области прав человека и дополнительной ответственности сержантского состава, государство продолжило программу обучения военных на всех уровнях по социальным и правовым вопросам, включая обязательную подготовку, направленную на искоренение «дедовщины».
Условия содержания в исправительных учреждениях и местах предварительного заключения
Условия содержания в местах лишения свободы оставались тяжелыми и их состояние не соответствовало международным медико-санитарным стандартам. Жестокое обращение имело место как в местах предварительного заключения, так и в местах лишения свободы. Государством были предприняты определенные шаги к устранению привычных ситуаций, систематически способствующих применению насилия в отношении заключенных; однако в течение этого года ни один из работников пенитенциарной системы не был подвергнут уголовному преследованию за жестокое обращение с заключенными. В декабре 2004 г. законодательным актом была учреждена система комиссий по общественному контролю за соблюдением прав человека в пенитенциарных учреждениях; эти органы было зарегистрированы как независимые неправительственные организации (НПО). В состав комиссий включались специалисты государственных и неправительственных организаций, а также ученые. Работая с независимыми специалистами, государство внедрило сеть тюремных психологов для оказания помощи как заключенным, так и сотрудникам тюремной администрации, для снижения напряжения, способствующего привычному применению насилия. Кроме этого, Общественный наблюдательный совет, учрежденный в марте 2004 г., провел внутренние расследования по заявлениям о жестоком обращении и доложил об их результатах лично Министру юстиции. НПО и международные наблюдатели отмечали сокращение случаев жестокого обращения после возвращения в середине года в министерство юстиции ряда уважаемых руководителей, участвовавших ранее в успешных мерах по реформированию пенитенциарной системы. Правительство также привело к руководству министерством юстиции новых людей с поручением привести пенитенциарную систему в соответствие с международно-признанными нормами. Хотя правительство предпринимало определенные меры для модернизации старых и строительства новых пенитенциарных учреждений, здания многих мест лишения свободы по-прежнему оставались устаревшими, а их санитарно-гигиенические условия были ниже стандартных требований.
Государство возбудило 18 уголовных дел по фактам коррупции работников пенитенциарных учреждений; 13 дел были направлены в суд, по пяти из них были осуждены 6 человек.
В январе активисты-правозащитники и оппозиционная партия ДВК сообщили о произволе администрации колонии-поселения Шидерты, наказавшей Галымжана Жакиянова и отказавшей ему в необходимом медицинском обслуживании.
Государственные органы сообщали о 43 самоубийствах, совершенных заключенными в течение года. Продолжались случаи членовредительства среди заключенных в знак протеста против условий содержания. В целом власти на факты членовредительства заключенных никак не реагировали.
Хотя Казахстанское международное бюро по правам человека и соблюдению законности (КМБПЧ) и международные организации в течение года регулярно посещали пенитенциарные учреждения, содержащие мужской, женский и несовершеннолетний контингенты заключенных, они сообщали, что иногда получали отказ в посещении без четкого объяснения причин; такие же жалобы поступали и от других наблюдателей-правозащитников и журналистов, особенно в отношении дел с политической подоплекой. В одном случае начальство колонии-поселения отказалось, вопреки закону, разрешить встречу заключенного с иностранным дипломатом. Местные правозащитные НПО сообщали, что власти обычно им отказывали в посещении изоляторов временного содержания.
d. Произвольный арест или задержание
По закону произвольный арест и задержание запрещены, однако проблемы с этим явлениями сохранялись.
Роль аппарата полиции и органов безопасности
Министерство внутренних дел (МВД) руководит государственными полицейскими силами, которые в первую очередь отвечают за общественную безопасность. Финансовая полиция обладает полномочиями проводить расследования по административным и уголовным делам. МВД и Агентство финансовой полиции подчиняются премьер-министру. Комитет национальной безопасности (КНБ) исполняет роль правоохранительного органа по охране границ, общественной безопасности и антитеррористической деятельности, а также руководит службой внешней разведки Барлау. Председатель КНБ подчиняется Президенту непосредственно.
В соответствии с данными социологических опросов о коррупции, общественная оценка уровня эффективности полиции была низкой, а уровня коррупции среди работников правоохранительных органов - высокой. Полицейские получали низкую заработную плату и, по широко распространенному мнению, были коррумпированы. В течение года по горячим линиям, открытым МВД для жалоб на деятельность полиции, было получено 2196 заявлений о коррупции и злоупотреблениях. 1092 из них были расследованы, и МВД подтвердило 976 нарушений. В результате расследований 497 полицейских были уволены, а 890 получили дисциплинарные взыскания (см. раздел 3).
Представители МВД, КНБ, генеральной прокуратуры и парламента участвовали в работе специальной комиссии, созданной в августе 2004 г. для расследования жалоб на правоохранительные органы (см раздел 1.c. и 3). К октябрю 2004 г. комиссией было расследовано 34 жалобы, и по 12 случаям должностные лица понесли наказания. Другие 22 жалобы были признаны необоснованными. Хотя национальный центр по правам человека не ведет собственную статистику, по оценке Уполномоченного по правам человека почти половина этих заявлений касалась случаев коррупции и злоупотреблений в полиции.
МВД сотрудничало с НПО в организации обучающих семинаров по правам человека для полицейских на местном уровне. Кроме этого, государственные органы сотрудничали с международными организациями в предоставлении определенного количества обучающих программ по правоприменительной практике, нацеленных на сокращение злоупотреблений за счет развития профессиональных навыков ведения следствия.
Арест и задержание
По закону для ареста и заключения под стражу требуется санкция суда или прокурора и государственные органы обычно соблюдали это положение на практике. Для ареста требовались санкции. Прокуроры имеют право санкционировать арест и содержание под стражей до суда, а также разрешать следственные действия, такие как обыск и арест имущества. Закон разрешает полиции задерживать человека на срок до 72 часов до предъявления обвинения. Правозащитники утверждают, что на практике власти часто превышали этот предельный срок.
Система освобождения под залог существует, но широко не применялась, большое количество обвиняемых до суда оставались в следственных изоляторах.
Лица, задержанные, арестованные или обвиняемые в совершении преступления, имеют право на помощь адвоката с момента задержания, ареста или обвинения; однако от полиции не требуется ни по закону, ни на практике информировать задерживаемых об их праве на адвоката. Правозащитники утверждают, что сотрудники правоохранительных органов либо разубеждали задержанных в необходимости встречи с адвокатом, либо получали показания в ходе предварительного допроса до прибытия адвоката и начала официального следствия. Законом устанавливается обязанность государства предоставить адвоката малоимущему подозреваемому или обвиняемому, если подозреваемый является несовершеннолетним, имеет физические или психические нарушения, или ему предъявляются обвинения в тяжком уголовном преступлении.
Власти арестовывали и задерживали несколько оппонентов и критиков властей, порой за незначительные правонарушения, такие как несанкционированные собрания, и селективно подвергали уголовному преследованию политических противников (см. разделы 1.e., 2.a., и 2.b.). Однако заявлений о длительном содержании под стражей за политические правонарушения не поступало.
12-го октября власти арестовали активиста оппозиции Толена Тохтасынова из движения «За справедливый Казахстан» за организацию незаконного митинга, который Тохтасынов назвал встречей членов партии. На следующий день административный суд признал Тохтасынова виновным и оштрафовал его на $376 (50 тысяч тенге).
Сообщалось о задержании полицией иностранцев без предъявления официальных обвинений, что иногда сопровождалось грубым обращением.
е. Отказ в справедливом судебном разбирательстве
Закон не обеспечивает в надлежащей мере независимого суда. Исполнительная ветвь власти ограничивает независимость судебной власти. Прокуроры исполняли квазисудебную роль и им разрешалось приостанавливать решения суда.
В судебной системе имеется три уровня: районный суд, областной суд и Верховный суд. Районные суды являются судами первой инстанции почти по всем уголовным делам. Областные суды слушают дела по более серьезным преступлениям, включая те, которые влекут за собой высшую меру наказания, а также могут вести дела сельских районов, где не имеется местных судов. Решения районных судов могут быть обжалованы в областных судах, а решения областных судов могут быть обжалованы в Верховном суде. Кроме этого еще имеются военные суды.
Конституционный совет выносит постановления по спорам в отношении выборов и референдумов, толкованиям конституции и определяет конституционность законов, принятых Парламентом. Граждане не имеют права напрямую обращаться в Конституционный совет.
Коррупция была явной на всех этапах и уровнях судебного процесса. Хотя судьи находились среди наиболее высокооплачиваемых государственных служащих, по утверждениям юристов и наблюдателей правозащитных организаций, судьи, прокуроры и другие чиновники подстрекали к даче взяток в обмен на благоприятные решения суда в большинстве уголовных дел (см. раздел 3).
Назначаемый Президентом Высший судебный совет предлагает кандидатуры членов Верховного суда Президенту, который в свою очередь рекомендует их к утверждению Сенатом. Совет дает рекомендации к назначению Президентом судей областного уровня и эти назначения осуществляются Президентом напрямую. Судьи судов нижнего уровня назначаются Президентом по рекомендации министерства юстиции и Квалификационной коллегии. Судьи назначаются пожизненно.
Судебные процедуры
Законом допускается суд присяжных, но суды присяжных на практике не существовали. По состоянию на конец года проект закона, устанавливающий систему суда присяжных, был принят Парламентом и ожидал утверждения президентом. Судебные разбирательства были открытыми, за исключением тех случаев, когда это могло вызвать разглашение государственных секретов или было необходимо для соблюдения тайны личной жизни или по частным семейным соображениям граждан. Однако в течение года было несколько сообщений о том, что журналистам было отказано в присутствии на открытых судебных заседаниях. Обвиняемые по уголовным делам имеют право на адвоката, а при отсутствии средств нанять адвоката, адвоката им должно предоставить государство. В соответствии с уголовно-процессуальным кодексом обвиняемый должен быть представлен адвокатом когда: он является несовершеннолетним, имеет физические или психические нарушения, не говорит на языке суда или ему угрожает 10 или более лет лишения свободы. Как сообщалось, на практике адвокаты участвовали только в половине уголовных процессов, отчасти из-за нехватки государственных средств для их оплаты. Закон также предусматривает за обвиняемым право присутствовать на слушаниях своего дела, быть выслушанным и вызывать свидетелей защиты. Обвиняемые пользуются презумпцией невиновности, они защищены от показаний против самих себя и имеют право обжаловать решение в суде более высокой инстанции. На практике эти права обычно реализовывались, однако поступали сообщения об отдельных случаях их нарушений. Проблемой было несоблюдение соответствующих процессуальных норм, особенно в политически мотивированных процессах и в делах, где предположительно оказывалось недопустимое политическое или финансовое влияние.
Оппозиционная партия Демократический выбор Казахстана (ДВК) была ликвидирована по решению суда, последовавшему за процессом, проходившим с процессуальными нерушениями. Суд принял решение по существу дела, оставив без ответа правовой вопрос о юрисдикции. По ходу слушания ДВК не было позволено вызывать для дачи показаний экспертов; более половины вопросов, заданных во время перекрестного допроса эксперта обвинения, и все кроме одного ходатайства ДВК были отклонены.
14-го декабря суд города Экибастуз утвердил рекомендацию администрации колонии, согласно которой бывший аким и лидер ДВК Галымжан Жакиянов получал досрочно-условное освобождение. 21-го декабря специальный прокурор опротестовал решение суда на том основании, что Жакиянов нарушал тюремный распорядок, а также с оговоркой, что судья не определил никаких условий для освобождения Жакиянова. По состоянию на конец года суд не принял постановления по заявленному протесту. Жакиянов, осужденный по обвинениям в злоупотреблении властью и коррупции в 2002 г. в результате судебного процесса, который по утверждениям международных наблюдателей был политически мотивирован и проходил с процессуальными нарушениями, содержался в колонии-поселении наименьшей строгости режима. Сторонники Жакиянова утверждали, что он находился под усиленным надзором персонала колонии и ему отказывали в лечении. Хотя Жакиянову несколько раз были разрешены свидания с членами семьи и с международными наблюдателями за соблюдением прав человека, правительство часто без юридических оснований не давало разрешения на такие посещения. В противоречии с Уголовно-исполнительным кодексом, который не устанавливает ограничений на количество посещений заключенных колонии-поселения, руководство колонии настаивало на том, чтобы все свидания Жакиянова проходили в тюремных помещениях, где за ними можно было наблюдать, а от его посетителей требовали разрешений на посещение колонии, выданных министерством юстиции. Иногда в разрешениях отказывалось международным наблюдателям соблюдения прав человека и иностранным дипломатам.
Юрисдикция военных судов распространялась на гражданских обвиняемых по уголовным делам, за которыми предполагались связи с военными, проходящими по уголовному делу.
Политические заключенные
Подтвержденных сообщений о политических заключенных не поступало, однако были сообщения о лицах, оказавшихся в заключении в результате политически мотивированного уголовного преследования по неполитическим правонарушениям.
f. Произвольное нарушение неприкосновенности частной и семейной жизни, жилища или корреспонденции
Законом такие действия запрещены, однако власти время от времени посягали на эти права.
Закон наделяет прокуроров широкими полномочиями ограничивать конституционные права граждан. КНБ, МВД, финансовая полиция и другие ведомства с санкции Генеральной прокуратуры могут нарушать тайну частной переписки и других видов связи и финансовых документов, а также нарушать неприкосновенность жилища. Суды могут заслушать протест на постановление прокурора, но не могут вынести немедленный запрет для прекращения нарушения. Уголовно-процессуальный кодекс допускает прослушивание и запись разговоров в интересах следствия без санкции прокурора только в экстренных случаях; дополнения, принятые в этом году, распространяют право прослушивания разговоров на перлюстрацию электронной почты и всех форм электронной связи.
Оппоненты власти и члены их семей продолжали сообщать, что государственные органы иногда отслеживали их передвижения и телефонные разговоры. Оппозиционное движение «За справедливый Казахстан» (ЗСК) подало судебный иск на полицию, утверждая, что 29 ноября сотрудница полиции незаконно вела видеосъемку входивших и выходивших из офиса ЗСК в Алматы. Иск был отклонен на том основании, что полицейский действовал не по официальному приказу, а по своей собственной инициативе.
РАЗДЕЛ 2. Уважение гражданских свобод, включая:
a. Свободу слова и печати
Закон обеспечивает свободу слова и печати, однако власти прибегали к разнообразным средствам, в том числе к возбуждению уголовных и административных дел, для контроля над средствами массовой информации и ограничения свободы выражения. Действия судебной власти против журналистов и органов печати, включая уголовные и гражданские иски о клевете, подаваемые в суд государственными чиновниками, способствовали утверждению самоцензуры. Возможности оппозиционных газет распространять информацию ухудшились с изъятием властями нескольких выпусков накануне их распространения и в ряде случаев с отказом типографий предоставлять услуги печати. В трех случаях оппозиционным изданиям было отказано в регистрации по причине того, что предложенные ими названия уже были зарегистрированы ранее или слишком напоминали наименования, охраняемые авторским правом.
Власти ограничивали возможности граждан критиковать руководство страны, а местные начальники пытались ограничить критику своей деятельности местными изданиями. Законом предусматривается защита чести и достоинства президента, закон запрещает оскорбление президента и других высокопоставленных должностных лиц. Эти положения сузили масштабы политических выступлений в отношении президентских выборов 4-го декабря, в которых Назарбаев участвовал как кандидат на переизбрание.
Власти продолжали квалифицировать распространение брошюр участниками движения Хизб ут-Тахрир (ХТ) как подстрекательство в политических и террористических целях, выходящее за пределы охраняемой конституцией свободы слова. В течение года полиция арестовала 22 человека за распространение материалов ХТ.
По оценкам международных наблюдателей уровень предвзятости СМИ в отношении президентских выборов напоминал мощный крен в поддержку администрации, сопровождавший выборы в Мажилис в сентябре 2004 г. Законодательство о выборах обязывает СМИ освещать в равной мере позиции всех партий и всех кандидатов в период официальной избирательной кампании.
В ряде случаев, предшествовавших президентским выборам 4-го декабря, правоохранительные органы изымали тиражи оппозиционных газет. Широкое распространение в СМИ имели сообщения пристрастного содержания в пользу действующего Президента, однако государственные средства массовой информации обычно выполняли свои законные обязательства по предоставлению бесплатного эфира кандидатам, а Центральная избирательная комиссия (ЦИК) реагировала на жалобы оппозиционных и независимых кандидатов.
По государственной статистике 23% из 2110 органов массовой информации являлись государственными. Многие вещательные СМИ, считающиеся независимыми, в том числе самые крупные, принадлежали холдинговым компаниям, контролируемым, как считается, членами семьи и близким кругом друзей президента. 1021 газета и 429 журналов являлись частными. Из 1325 зарегистрированных газет, распространяемых по всей стране, непосредственно государство выпускало одну газету на русском и одну - на казахском языке. Многие газеты, принадлежащие частным лицам, получали государственные дотации. Власти контролировали почти все телерадиовещательные объекты. В стране действуют 144 телевизионных и 40 радио станций. По мнению наблюдателей за средствами массовой информации из семи телеканалов, транслирующихся по всей стране, шесть полностью или частично принадлежали государству; один номинально являлся независимым. Несколько передающих частот принадлежали областным властям и большинство из них использовали независимые вещательные компании.
Все средства массовой информации подлежат регистрации в Министерстве культуры, информации и спорта, хотя веб-сайты освобождены от выполнения этого требования. На практике СМИ, связанным с оппозиционными политическими партиями или движениями, в регистрации часто отказывалось, однако оппозиционным газетам в течение года удавалось продолжать издаваться, в некоторых случаях со значительными пропусками.
Закон ограничивает ретрансляцию программ иностранного производства до 20% от общего эфирного времени. Это положение затрудняет деятельность более мелких местных телекомпаний, не располагающими ресурсами для создания своих собственных программ, однако ни к одному каналу санкции на основе этого положения применены не были.
24-го августа, отвечая на вопросы телезрителей в прямом эфире, Президент Назарбаев призвал граждан не читать оппозиционные газеты. Назарбаев публично заявил, что определенные ограничения для прессы необходимы ввиду недостатка профессионализма среди журналистского корпуса страны.
Проблемами оставались притеснение и насилие в отношении журналистов. НПО в поддержку прессы Адил соз сообщало о 706 случаях притеснения и насилия в отношении журналистов, имевших место в течение первых 11 месяцев этого года.
В апреле Ирина Пертрушева, главный редактор оппозиционной газеты Республика.Деловое обозрение, была задержана на двое суток российскими властями на основании ордера, выданного казахстанскими государственными органами, по обвинению в уклонении от уплаты налогов. После широкого освещения инцидента в прессе Петрушева была освобождена по постановлению московского прокурора о незаконности задержания.
27-го августа помощник главного редактора независимой областной еженедельной газеты «Алтын гасыр» был жестоко избит четырьмя неизвестными в селе в Атыраусской области. 13-го сентября четверо неизвестных напали на Азамата Доспанова, также связанного с газетой Алтын гасыр, и нанесли ему тяжелую травму головы. По состоянию на конец года личности нападавших установлены не были и уголовных дел не было возбуждено ни по одному случаю.
7-го сентября Виктор Рогалев, работник аппарата нижней палаты парламента, преградил дорогу репортеру независимого еженедельника Время, когда она пыталась взять интервью у депутатов парламента. Утверждается, что Рогалев схватил репортера за руку и оттащил ее к выходу, угрожая лишить ее аккредитации.
Независимый журналист и правозащитник Сергей Дуванов в этом году возобновил работу после условно-досрочного освобождения из заключения в августе 2004 г., которое он отбывал по обвинению, как предполагается, продиктованному политическими мотивами (см. раздел 3).
10-го октября Казис Тогузбаев из оппозиционного еженедельника Азат был арестован во время освещения конференции оппозиционного движения Народная партия Алга. За участие в несанкционированном шествии ему присудили пять суток ареста. В свиданиях ему было отказано.
19-го октября Сая Исса из газеты «Свобода слова», Олеся Гассанова и Алмас Нурдос из портала новостей Stan.kz, Руслан Сапабеков из Жума-Таймс и Елдес Мырзахметов из Соз-Республика были арестованы в Алматы в тот же день, когда власти изъяли тираж Свободы слова. Во время краткосрочного содержания по стражей в общении с адвокатами им было отказано.
6-го ноября неизвестные нападавшие учинили погром в офисе газеты Регион плюс в г.Капчагай. Сотрудники газеты считали, что нападение было ответом на их репортерскую деятельность. По состоянию на конец года по инциденту велось следствие.
Во время выборов в Мажилис в 2004 г. члены одной из местных избирательных комиссий применили насилие к корреспондентам Тамаре Сухомлиновой и Гульжанат Исабаевой. По заявлению от имени журналистов в сентябре 2004 г. полиция взяла у Сухомлиновой показания, но, как она сообщала, на конец года решения по делу принято не было.
В декабре 2004 г. к трем с половиной годам лишения свободы был приговорен Канат Калжанов за небрежное вождение, повлекшее смерть Асхата Шарипжанова, корреспондента оппозиционной интернет-газеты Навигатор, который был сбит при переходе улицы в Алматы. Журналисты, правозащитники и деятели оппозиции сочли обстоятельства дела подозрительными и подвергли сомнению версию правоохранительных органов о гибели журналиста в результате несчастного случая.
Журналисты, освещающие темы организованной преступности и коррупции, сообщали о том, что в результате своей деятельности они становятся объектами притеснений и запугивания как со стороны государственных чиновников, так и частных деятелей.
По состоянию на конец года не было возбуждено уголовного дела по факту вандализма в августе 2004 г. в отношении независимой еженедельной газеты Южный экспресс в Таразе, возбуждения дела в будущем также не предвиделось.
Закон дает возможность властям ограничивать содержание прессы в соответствии с поправками, которые запрещают публикацию материалов, подрывающих национальную безопасность, пропагандирующих классовое, социальное, расовое, национальное или религиозное превосходство, жестокость и насилие. Владельцы, редакторы, распространители и журналисты могут быть привлечены к гражданской и уголовной ответственности за содержание публикации независимо от источника информации, если только она не поступила из официального источника. Власти использовали данное положение для ограничения свободы прессы. Новое законодательство запрещает публикацию любых заявлений, которые пропагандируют или прославляют “экстремизм” - термин, который международные юридические эксперты сочли недопустимо туманным.
В течение года почти все издания, пожелавшие прямо критиковать президента, подверглись запугиванию, часто в форме правоприменительных действий или гражданских исков. Хотя такие меры продолжали оказывать удручающий эффект на все СМИ, сообщения о критике политики государства в течение года продолжали поступать.
В соответствии с законом о государственных секретах сообщение любой информации о здоровье, финансах или частной жизни президента, а также экономической информации, такой как объемы запасов полезных ископаемых страны и сумма ее государственного долга иностранным кредиторам, является уголовным преступлением. Во избежание правовых проблем СМИ обычно практиковали самоцензуру в отношении информации о президенте и его семье.
Власти продолжали изымать тиражи газет, сообщавших о скандале 2003 года в связи с расследованием, предпринятым за рубежом, возможных незаконных выплат, которые, как предполагается, поступали от иностранных компаний высокопоставленным государственным чиновникам, включая Президента Назарбаева. Местные СМИ, сообщавшие об этом деле, окрестили его «Казахгейтом». 21 октября в закрытом заседании суд оштрафовал газету Жума таймс-Дата недели за статью «Казахгейт: история одного преступления».
Уголовное обвинение в клевете может быть инициировано частной стороной от имени государства, и лицо, подавшее такое заявление, может возбудить еще и гражданский иск по тому же самому заявленному им факту. Государственные чиновники использовали ограничительные положения закона в отношении клеветы и дискредитации, чтобы удержать СМИ от публикации нелестной информации. Как уголовный, так и гражданский кодексы содержат статьи, которые устанавливают широкую ответственность за клевету. Тот факт, что владельцы, редакторы, распространители, полиграфические предприятия и журналисты привлекались к ответственности за содержание сообщенной информации и несли бремя доказательства ее достоверности, способствовали самоцензуре на всех уровнях. Порой штрафы за клевету были непомерными и доводили до банкротства небольшие издания.
В феврале газета ДВК Соз была оштрафована и фактически закрыта из-за статьи о КНБ, опубликованной в сентябре 2004 г. Затем Соз недолгое время выходила вновь в виде вкладыша газеты Республика, но проблемы с ее печатью не прекратились даже после полной выплаты ущерба в пользу КНБ.
13 июня обвинения в клевете на медиа-холдинг Хабар были выдвинуты против лидера оппозиции и бывшего министра информации Алтынбека Сарсенбайулы, после его заявления о том, что компания принадлежит Дариге Назабаевой, дочери президента и лидеру партии Асар. Он был признан виновным и оштрафован на $7518 (один миллион тенге).
4-го мая власти закрыли оппозиционную газету Республика. Деловое обозрение за публикацию перепечатанного интервью с заместителем председателя российской думы Владимиром Жириновским, где он высказывал свои провокационные мнения о Казахстане. Этот случай ознаменовал пятое закрытия властями органа массовой информации, возглавляемого данной группой редакторов и журналистов. В июле 2004 г. Алматинский районный суд постановил еженедельной газете Ассанди Таймс, предшественнице Республики, уплатить $384615 (50 миллионов тенге) за материал, позорящий честь администрации президента. Приговор суда привел газету к банкротству. В дальнейшем газета появилась под названием Сеть.kz, Пятое измерение, а в конце года издавалась как Право. Экономика. Политика. Культура.
19-го октября полиция конфисковала 50 тысяч экземпляров независимой газеты Свобода слова, за «оскорбление достоинства президента», после публикации критической редакционной статьи, цитирующей пресс-конференцию президента с иностранными журналистами.
27-го октября дочь президента, депутат парламента Дарига Назарбаева публично пригрозила, что подаст в суд на любого репортера или средство массовой информации, порочащие репутацию ее отца, ее семьи или страны.
В конце 2004 г. репортер газеты Время Григорий Мельников был признан виновным в оскорблении чести и достоинства Берика Билялова, бывшего руководителя областной службы криминальной полиции, и оштрафован на $225 (30 тысяч тенге KZT). Мельников заявил, что тот пытался спровоцировать его арест в отместку за негативный репортаж. Хотя встречный иск Мельникова против Билялова был отклонен, Билялов был понижен в звании. Второй иск о клевете, поданный Биляловым против Мельникова, по состоянию на конец года находился в производстве. Отдельное дело о клевете, возбужденное в 2004 г. другим сотрудником полиции против Мельникова, было прекращено по инициативе истца.
Власти внесли изменения в закон о СМИ в пакете поправок к законодательству по вопросам национальной безопасности, принятых в июле месяце, включая норму, запрещающую иностранцам занимать пост главного редактора в средствах массовой информации.
Власти продолжали влиять на большинство полиграфических и распространяющих прессу предприятий и субсидировать периодические издания, включая многие предположительно независимые издания. Кроме того, многие издательства принадлежали государству. Некоторые журналисты утверждали, что типографиям угрожали КНБ или налоговая полиция, если они печатали оппозиционные издания. Обеспокоенность возможностью возбуждения гражданских или уголовных дел оказывала влияние на деятельность типографий.
26-го сентября частная типография «Время», главным акционером которой является независимый еженедельник Время, расторгла свой контракт, отказавшись печатать семь газет - Эпоха, Свобода слова, Жума-Таймс, Апта.kz, Азат, Правда и Соз, без публичных объяснений. Редакторы этих газет утверждали, что на «Время» было оказано давление с тем, чтобы заставить расторгнуть контракты. Редакторы газет сообщали, что и другие типографии отказались предоставлять им полиграфические услуги, хотя, после того как редакторы провели акцию протеста, издательство «Дауир» взялось печатать пять газет.
20-го октября полиция окружила типографию «Дауир» и изъяла весь тираж газеты Жума-Таймс-Дата недели. Местное НПО в поддержку прессы Адил Соз сообщало о 60 зарегистрированных случаях изъятий оппозиционных газет. Наблюдатели сообщали о многочисленных случаях арестов тиражей газет и перебоев с их распространением в течение октября месяца; конфискации обычно инициировала полиция, однако в одном случае четверо вооруженных людей в штатском задержали индивидуальных распространителей газет Жума-Таймс – Дата недели, Эпоха и агитационных материалов ЗСК. Кроме этого, изъятиям подвергались тиражи газет Правда, Апта.kz и Свобода слова.
Закон квалифицирует веб-сайты, расположенные в стране, как органы СМИ. На протяжении года содержание веб-сайтов становилось предметом исков о клевете и уголовных обвинений. Независимые веб-издания сообщали о том, что власти периодически блокировали прямой доступ клиентов двух крупнейших в стране интернет-провайдеров - Казтелеком и Нурсат к ряду веб-сайтов оппозиции, включая Evrasia, Navigator, и Kub, хотя доступ к ним сохранялся через анонимные прокси-серверы.
13-го октября Казахский центр сетевой информации, являющийся менеджером по поддержке местных доменных имен, отменил регистрацию Navi.kz, в связи с предполагаемыми нарушениями авторских прав, что вынудило оппозиционный сайт изменить свой адрес на navikz.net. 14-го октября алматинский суд запретил любое использование слов Navigator и Navi в качестве доменных имен, как на кириллице, так и на латинице. Этот веб-сайт первоначально появился как Navigator.kz. В конце года веб-сайт функционировал на прокси-сервере под наименованием Mizinov.net.
Власти обычно не ограничивали академические свободы, хотя преподаватели высших учебных заведений, подобно журналистам, не могли нарушать определенных ограничений, таких как на критику президента и его семьи.
b. Свобода мирных собраний и объединений
Свобода собраний
Закон предусматривает определенную свободу собраний, однако использование этого права на практике сопровождалось значительными ограничениями, а для срыва мирных демонстраций полиция применяла силу. Несанкционированные собрания, шествия, демонстрации, незаконное пикетирование и забастовки, которые нарушают социальную и политическую стабильность, по закону квалифицируются как угроза национальной безопасности.
Принятая в апреле поправка к закону о выборах запрещает любые связанные с выборами демонстрации в период, следующий за выборами и до публикации ЦИКом их итогов. Принятый в феврале Закон об экстремизме запрещает «экстремизм» во время митингов и демонстраций. Закон не дает четкого определения понятию «экстремизм».
Согласно этому закону организации должны обращаться к местным властям за разрешением на проведение демонстрации или общественного митинга минимум за 10 дней вперед, или такое мероприятие считается нелегальным. Оппозиция и наблюдатели правозащитных организаций отмечали, что сложные процедуры и 10-дневный срок уведомления затрудняют организацию общественных митингов и демонстраций и сообщали об отклонении местными властями большинства заявок на проведение демонстраций. Организаторы несанкционированных митингов, в том числе митингов политических партий, часто подвергались задержанию на короткий срок и штрафам (см. раздел 3). Порой оппозиционные партии прибегали к проведению несанкционированных митингов, в результате чего их члены подвергались наказаниям.
19-го января местные власти отказали активистам партий Ак жол, Коммунистической партии Казахстана (КПК) и ДВК в разрешении провести митинг в Алматы «в поддержку борьбы с экстремизмом и терроризмом».
В марте местные власти по административным причинам ответили отказом на заявление партии Ак жол о проведении демонстрации в поддержку свободы слова в Алматы.
В августе спецназ попытался остановить проведение несанкционированного, однако, как сообщалось, мирного шествия приблизительно 100 жителей Алматы к акимату (офису мэра), протестующих против принудительного отчуждения государством частных домов и, как утверждалось, недостаточной компенсации их стоимости владельцам. Сообщалось, что полиция избила несколько участников и задержала 15 человек за участие в марше.
10-го октября Казиз Тогузбаеув из оппозиционного еженедельника Азат был задержан во время освещения конференции оппозиционного движения Народная партия Алга и приговорен к аресту на пять суток за участие в несанкционированном шествии (см. раздел 2.a.).
Свобода объединений
Закон обеспечивает неограниченную свободу объединений; тем не менее на практике имели место существенные ограничения реализации этого права. Любая общественная организация, образованная гражданами, включая религиозные группы, подлежит регистрации в МЮ и его управлениях в каждой области, где организация ведет свою деятельность. Участие в незарегистрированной общественной организации может повлечь административную или уголовную ответственность в виде штрафов, роспуска, испытательного срока или лишения свободы. Запрещение незарегистрированных организаций часто становилось предлогом для вмешательства властей в их деятельность. Организация, в том числе религиозная группа, чтобы быть зарегистрированной на местном уровне, должна насчитывать 10 членов и иметь отделения в более чем в половине областей страны для регистрации на республиканском уровне. Политические партии и профессиональные союзы считаются членскими организациями, но для их регистрации имелись особые требования. Закон требует, чтобы в партии состояло не менее 50 тысяч членов, в том числе по одной тысяче членов в каждой области, и запрещает создавать партии по национальному, половому или религиозному принципу (см. раздел 3).
Поправки к закону о политических партиях наложили новые ограничения на формирование политической партии (см. раздел 3). В августе Конституционный совет признал неконституционным предложенный закон о НПО, который должен был установить обременительные требования о перерегистрации и отчетности НПО и определить ограничения для иностранного финансирования (см. раздел 4).
Закон запрещает участие в политических партиях и профсоюзах для военнослужащих, работников национальной безопасности, правоохранительных органов и судей.
В течение года с новых организаций взимался регистрационный сбор. Многие организации для ускорения прохождения бюрократической процедуры регистрации были вынуждены нанимать юристов и других консультантов, что существенно увеличивало стоимость регистрации.
Хотя первоначальные отзывы об упрощенной процедуре регистрации, введенной в сентябре 2004 г., были положительными, поправки к регистрационным требованиям для политических, религиозных организаций и других юридических лиц, внесенные в течение года, привели к росту сообщений о задержках и отказах в регистрации по административным причинам.
4-го октября полиция вторглась в офис молодежной группы Кахар по подозрению в антиправительственной деятельности и получении незаконного финансирования из-за рубежа. После трехчасового обыска полиция никого не арестовала и не конфисковала никакого имущества.
Принятый в феврале закон об экстремизме перевел в разряд преступлений членство в некоторых запрещенных организациях. По состоянию на конец года единственной организацией, запрещенной в соответствии с этим законом, была исламисткая политическая организация ХТ. В течение года несколько членов этой организации были осуждены по обвинениям, включающим экстремизм и терроризм. Несмотря на заявления о своей приверженности ненасильственным методам, ХТ пропагандировала ненависть и превозносила акты терроризма. Литература этой партии, злобной антисемитской и антизападной направленности, призывала к свержению светских правительств, в том числе в Центральной Азии, и созданию на их месте всемирного исламского государства, именуемого Халифатом.
c. Свобода вероисповедания
Закон обеспечивает свободу вероисповедания и власти обычно соблюдали реализацию этого права, однако, местные органы власти иногда пытались ограничить религиозную практику некоторых нетрадиционных религий. Вмешательство должностных лиц более высокого уровня и судов часто останавливало такие попытки. В июле были приняты поправки к закону о религии, которые ограничили правовую защиту свободы вероисповедания. Поправки разъяснили необходимость регистрации религиозных групп в республиканских государственных органах и местных органах в тех областях, где они имеют свои общины. Миссионеры должны проходить регистрацию ежегодно. В целом, особенно в сельской местности, население относится к нетрадиционным религиям настороженно, однако сообщений о том, чтобы это выразилось в государственном или общественном преследовании, почти не поступало.
Законодательство определяет страну как светское государство. Власти приглашали лидеров двух крупнейших конфессий, ислама и русского православия, к совместному участию в ряде государственных мероприятий. Лидеры других конфессий также иногда участвовали в некоторых государственных мероприятиях. От религиозных организаций требуется регистрация для получения статуса юридического лица и возможности действовать в этом качестве для приобретения или аренды недвижимости, найма работников или осуществления иных правовых действий.
Члены Совета церквей евангельских христиан-баптистов сообщали, что они подвергались притеснениям со стороны правоохранительных органов за отсутствие регистрации. Совет проводит политику необращения в официальные органы и неприятия регистрации в странах бывшего Советского Союза (по религиозным причинам). В течение этого года, также как и предыдущие годы, государство не принимало мер для обеспечения выполнения распоряжений суда о прохождении регистрации или уплате штрафов в отношении общин, связанных с Советом.
Сообщалось, что в мае суд г. Зайсан оштрафовал руководителя баптистов Игоря Исакова на $129.50 (17478 тенге) за отказ зарегистрировать свою религиозную общину. В конце 2004 г. Алексей Бука в Карагандинской области был оштрафован на $47.65 (6433 тенге) за принадлежность к незарегистрированной религиозной группе; дело было пересмотрено по апелляции в марте.
Хотя Духовное управление мусульман Казахстана (ДУМК) – объединение мечетей и духовенства, номинально независимо и не имеет официального статуса, поступали сообщения о том, что власти пытались заставить независимые мечети и мусульманское духовенство войти в эту группу. ДУМК отозвало судебный иск против соперничающей группы – Союза мусульман Казахстана, в отношении критики лидера ДУМК, главного муфтия страны.
Последователи Свидетелей Иеговы обычно имели возможность свободно и беспрепятственно осуществлять свою религиозную практик, однако они сообщали об отдельных проблемах с местными чиновниками. Хотя местные группы Свидетелей Иеговы официально зарегистрированы на республиканском уровне и в 12 областях, Религиозный центр Свидетелей Иеговы безуспешно пытался зарегистрироваться в Атырауской области с 2001 г. 5-го августа Религиозный центр Свидетелей Иеговы подал свое последнее из серии заявлений о регистрации, которое было возвращено якобы ввиду расхождений между русской и казахской версиями устава группы. Центр заявлял, что чиновники в Алматы и других местах иногда препятствовал группе арендовать стадионы и другие крупные государственные и частные объекты для проведения религиозных собраний.
Хотя группа Харе Кришна сообщала о прекращении местными властями практики изнурительных административных проверок своей коммуны, движение Харе Кришна продолжало оставаться объектом судебных исков о праве собственности на землю, используемую коммуной. Хотя в начале года два судебных процесса по поводу этой земли вынесли благоприятные постановления, Карасайский районный акимат подал два новых иска в апреле и мае, с целью отменить приобретение земельного участка группой Харе Кришна в 1999 г. и конфисковать все 106 акров. Невзирая на очевидное отсутствие у акимата юридического основания и истечение трехлетнего срока давности, предусмотренного по закону для исков о сделках с недвижимостью, община Харе Кришна проиграла летом оба процесса. По состоянию на конец года апелляция Общества сознания Кришны по этому делу находилась на рассмотрении Верховного суда. По мнению общины, судебные иски в отношении их земли были продиктованы стремлением отнять ценную недвижимую собственность, а не намерением подавить выражение религиозных чувств.
Наблюдатели считали, что сотрудники органов безопасности неофициально отслеживали некоторые религиозные мероприятия, в частности проповеди мусульманских имамов, хотя сообщений, о том, что такой мониторинг принимал формы вмешательства или притеснений, не поступало.
Поправки к закону о религии сделали обязательной ежегодную регистрацию для миссионеров. Миссионеры также должны иметь официальный вызов от религиозного объединения, зарегистрированного в Республике Казахстан. В соответствии с процедурой регистрации миссионеры обязаны представить в МЮ копии всех материалов, используемых в религиозной деятельности. Иностранные миссионеры сообщали о росте числа отказов на открытие виз в течение этого года.
Притеснения и дискриминация в обществе
Еврейская община, численность которой оценивается на уровне менее одного процента от населения страны, имеет синагоги в нескольких крупных городах, включая Алматы, Астану и Павлодар. Сообщений об антисемитских акциях, кроме распространения антисемитской литературы запрещенной экстремистской исламистской политической организацией ХТ, не поступало. Раввины в Алматы сообщали об обычно положительных взаимоотношениях с другими религиозными общинами в стране.
Власти предпринимали меры для пропаганды религиозной терпимости в рядах своих служащих. В апреле 2004 г. Министерство внутренних дел пригласило главного раввина страны для проведения семинаров для сотрудников полиции о деликатном отношении к религиозным меньшинствам. НПО совместно с государственными органами проводили обучающие занятия для сотрудников правоохранительных органов по вопросам соблюдения прав человека, включая информацию о религиозных правах, гарантированных законодательством.
Более подробно эта тема изложена в Докладе Государственного департамента США о свободе вероисповедания в 2005 г.
d. Свобода передвижения внутри страны, поездок за границу, эмиграции и репатриации
Эти права предусмотрены законом, но на практике в их отношении имелись некоторые регулятивные ограничения. Граждане и иностранцы, находящиеся в стране свыше пяти дней, должны были проходить регистрацию в органах юстиции и миграционной полиции. Регистрация в большей части страны обычно была рутинной процедурой, однако несколько иностранных граждан сообщали, что местные власти постоянно требовали взяток для проведения регистрации. От подозреваемых в ходе уголовного следствия часто требовалось давать подписку о невыезде с места своего постоянного проживания. В обычном порядке граждан без подозрения в совершении уголовных преступлений задерживали для выяснения личности(см. раздел 1.d.).
Хотя от граждан не требовалось получения виз на временный выезд за границу, сохранилось несколько случаев, когда выезд из страны может быть запрещен, включая ситуации, когда в отношении выезжающего возбуждено уголовное или гражданское дело, когда он не отбыл срок заключения или не прошел обязательную военную службу. В разрешении на выезд может быть отказано тем, кто в процедуре оформления выезда представил ложные данные; поездки военных, находящихся на действительной военной службе, также контролировались. В соответствии с Законом о национальной безопасности для лиц, имеющих доступ к государственным секретам, требуется получить разрешение на временный выезд из страны по месту их работы в государственном учреждении.
Закон не допускает изгнания граждан из страны и власти к таким действиям не прибегали.
Закон обеспечивает право на эмиграцию и право на репатриацию и власти на практике обычно соблюдали реализацию этих прав. Исключением является закон о национальной безопасности, согласно которому лицам, имевшим доступ к государственным секретам, выезд на постоянное место жительства за рубеж разрешается только через пять лет после их увольнения с государственной службы. Для эмиграции требовалась виза на постоянный выезд; получение этой визы требовало прохождение проверки причастности к совершению преступлений, существования непогашенных кредитов и получения заявлений иждивенцев, не возражающих против выдачи выездной визы.
Для посещения определенных приграничных с Китаем районов или городов в непосредственной близости к военным объектам от иностранцев требовалось получение предварительного разрешения. Власти продолжали объявлять определенные районы закрытыми для иностранцев ввиду их близости к военным базам или к центру космических полетов в Байконуре, однако иностранцы могли посещать эти объекты по предварительному разрешению МВД.
Власти проводили политику стимулирования и поддержки возвращения в Казахстан всех этнических казахов, проживающих за рубежом. Для иммиграции этнических казахов и их семей, которые бежали из страны в сталинские времена и желали вернуться, власти предоставили особые условия. Возвращающиеся в принципе имеют право на гражданство и многие другие привилегии. Для других, в том числе этнических казахов, не считающихся беженцами сталинского режима, для разрешения вернуться требовалось подавать заявление. Для всех областей были установлены квоты на принятие репатриантов; за исключением Алматы и южных регионов, граничащих с Узбекистаном, эти квоты остались неосвоенными.
Защита беженцев
Закон предусматривает предоставление убежища или статуса беженца в соответствии с Конвенцией ООН от 1951 г. «О статусе беженцев» и дополнительным протоколом 1967 г., однако власти не создали систему, которая предоставила бы защиту беженцам. Отсутствие законодательства, позволяющего в полной мере реализовать конвенцию, оставляет неясными многие аспекты статуса беженца, например имеет ли беженец право работать. На практике власти обычно предоставляли некоторую защиту против насильственной выдачи – возвращения беженца в страну, где он опасается преследования. Однако в ноябре девять беженцев были насильственно возвращены в Узбекистан при обстоятельствах, которые ни узбекские, ни казахстанские власти публично не разъяснили; у четырех из них были документы Управления Верховного комиссара ООН по делам беженцев(УВКБ) о том, что они просят убежища. Власти предоставили им статус беженцев, но не убежище.
Власти обычно регистрировали ищущих убежища лиц и определяли их статус через консультации с УВКБ. Политическое убежище может предоставить только Президент, чего он в течение этого года не делал. В некоторых случаях нуждающимся в убежище и беженцам было разрешено оставаться в стране, пока УВКБ не найдет готовую их принять третью страну. Хотя власти регистрировали беженцев, уже находящихся в стране, но не принимали никаких беженцев на переселение. Кроме этого, власти предоставляли временную защиту некоторым лицам, в том числе некоторым афганским беженцам, которые не могли быть квалифицированы как беженцы по конвенции 1951 г. и протоколу 1967 г.
Власти сотрудничали с УВКБ и другими гуманитарными организациями в оказании помощи беженцам и лицам, ищущим убежища. Власти обычно предоставляли доступ сотрудникам УВКБ к задержанным иностранцам для установления их соответствия статусу беженца. Власти обычно проявляли терпимость в обращении с находящимися в стране беженцами, за исключением нескольких граждан бывших советских республик. Часто власти не разрешали регистрировать беженцев без паспортов и тех, кто проник в страну нелегально.
Агентство по миграции продолжало работать совместно с УВКБ и местным НПО - «Правовая защита беженцев в Казахстане» заявлений на получение статуса беженца. В соответствии с Минской конвенцией о миграции в СНГ, власти не признавали чеченцев беженцами. Во взаимодействии с УВКБ и чеченскими организациями власти предоставляли бессрочный, но временный вид на жительство чеченцам до того времени, когда они смогут вернуться домой в безопасные условиях. Даже при том, что существовала процедура временной регистрации чеченцев, постоянно поступали сообщения о том, что чеченцы не имели такого как остальные доступа к регистрации и часто прибегали к даче взяток местным чиновникам для получения регистрации.
В июле власти позволили УВКБ организовать переселение в третью страну Лутфулло Шамсутдинова, правозащитника, бежавшего в мае из соседнего Узбекистана после жестокого подавления протестов в Андижане.
В ноябре девять узбекских граждан, проживавших на юге страны, были насильственно возвращены в Узбекистан. Родственники этих людей сообщили, что они ранее покинули Узбекистан из опасения преследования за их принадлежность к определенной мечети. Заявления четырех из них на получение статуса беженцев и переселения находились на рассмотрении УБКБ. По состоянию на конец года семьи не имели сведений, подтверждающих их положение и местонахождение.
Правительство имело договоренность с Китаем о недопущении присутствия этнических сепаратистов одной страны на территории другой страны. Среди правозащитников сохранялась обеспокоенность относительно влияния данной договоренности на судьбу уйгуров из Китая в этой стране, хотя сообщений о насильственном возвращении уйгуров в Китай в течение этого года не поступало. Власти не рассматривали заявления уйгуров на предоставление убежища.
РАЗДЕЛ 3. Соблюдение политических прав: Право граждан на смену правительства
Закон предусматривает демократическую форму правления на основе всеобщего избирательного права для граждан старше 18 лет. На практике власти сурово ограничивали право граждан менять свое правительство.
Конституция сосредотачивает власть в руках президента, наделяя его значительными рычагами контроля над законодательной и судебной ветвями власти, а также органами местного управления. Президент назначает и снимает с должности большинство высших чиновников правительства, включая Премьер-министра, кабинет министров, Генерального прокурора, Председателя КНБ, Председателя и членов ЦИКа, которые следят за проведением президентских и парламентских выборов. Парламент никогда не отклонял предложенные Президентом назначения. Внесение изменений или поправок в Конституцию фактически требует согласия Президента.
Новое законодательство еще больше ослабило независимость гражданских институтов.
Выборы и политическое участие
4-го декабря страна провела президентские выборы. Несмотря на некоторые улучшения, выборы не соответствовали международным стандартам свободных и честных выборов во многих областях.
Организация по безопасности и сотрудничеству в Европе (ОБСЕ) в своем предварительном заявлении отметила несколько областей, где были достигнуты улучшения по сравнению с проведением предыдущих президентских выборов. Для участия в выборах были зарегистрированы пять кандидатов, включая действующего Президента, одного независимого и двух кандидатов от оппозиции. ЦИК действовала с большей открытостью, собираясь на открытых заседаниях и принимая меры для исправления недостатков в процедуре голосования, отмечавшихся на предыдущих выборах. Первые дебаты кандидатов в президенты транслировались в прямом эфире для широкой аудитории, хотя действующий Президент Нурсултан Назарбаев в них не участвовал. Невзирая на широко распространенную предвзятость в содержании прессы в пользу действующего кандидата, государственные СМИ в общем выполняли предусмотренные законом обязательства и предоставляли кандидатам бесплатное эфирное время, а ЦИК реагировала на жалобы независимых кандидатов и кандидатов от оппозиции на отказ в доступе к средствам массовой информации. Большинство членов избирательных комиссий низового уровня были соответствующим образом подготовлены и экипированы к проведению голосования, хотя в составе этих комиссий оппозиционные партии были представлены недостаточно.
Несмотря на эти улучшения, ОБСЕ установила, что президентские выборы 4-го декабря не соответствовали ряду международных стандартов. ОБСЕ отметила серьезные ограничения на политические обращения, запрещавшие определенную критику Президента, неравный доступ к средствам массовой информации для оппозиционных и независимых кандидатов. ОБСЕ также обратила внимание на ограничения на проведение митингов вне помещений, отведение мест, не подходящих для их проведения; недостаточный доступ к местам размещения рекламы, что ограничивало возможности кандидатов свободно вести избирательную кампанию. Поступали многократные сообщения о том, что предвыборные мероприятия оппозиции срывались организованными акциями протеста, по сообщениям, иногда доходившими до насилия. В предварительном заявлении ОБСЕ отмечались явные улучшения системы электронного голосования по сравнению с ее внедрением в 2004 г., но при этом критиковалось отсутствие механизма контроля или проверки результатов выборов.
Несколько изменений в законодательстве в течение года ограничили возможность оппонентов свободно вести избирательную кампанию против действующего Президента Нурсултана Назарбаева.
В апреле Парламент принял дополнения к закону о выборах, которые ограничили свободу собраний и свободу объединений, запретив проведение относящихся к выборам демонстраций и митингов в период после выборов до публикации ЦИКом итогов голосования (см. раздел 2.b.). Другая поправка ввела ограничение для политических блоков, от которых требуется иметь координационный совет, который действует в соответствии с письменным межпартийным соглашением; совет обязан вести письменные протоколы своих решений. Поправки к закону о политических партиях, принятые в июле, требуют присутствия минимум тысячи делегатов от каждой области страны на учредительном съезде партии и запрещают политическим партия иметь названия, которые напоминают названия ликвидированных политических партий. В течение года власти применили оба эти положения, когда члены распущенной партии ДВК попытались зарегистрироваться как Алга! ДВК, и в отношении их конференции для учреждения новой партии Алга.
19-го августа были проведены выборы депутатов на 16 мест в Сенате, избираемых путем косвенного голосования местных законодательных органов (маслихатов). Сенатору Зауреш Батталовой, последнему открыто оппозиционному депутату Парламента, было отказано в регистрации по административным причинам. В сентябре 2004 г. были проведены прямые выборы депутатов на все места нижней палаты Парламента. В своей оценке миссия ОБСЕ по наблюдению за выборами установила, что хотя выборы демонстрировали улучшения по сравнению с предыдущими парламентскими выборами, их процедура не соответствовала международным стандартам и ряд аспектов нового закона о выборах 2004 г. не был реализован эффективным и беспристрастным образом. По мнению некоторых местных наблюдателей нарушения на этих выборах были хуже, чем на предыдущих выборах, приводя такие нарушения выборного законодательства, как манипуляции со списками избирателей, многократное голосование одного избирателя на нескольких участках, проблемы с подсчетом голосов и вмешательство местных властей. Однако по мнению других местных групп наблюдателей эти нарушения, казалось, не повлияли на итоги выборов.
Международные и местные наблюдатели за президентскими выборами в декабре и выборами в нижнюю палату Парламента в 2004 г. сообщали, что предвзятость прессы в пользу пропрезидентских партий была наиболее очевидна в передачах самых крупных телевизионных каналов. Семья Назарбаева, владела, как сообщают, контрольными пакетами или значительной частью акций в каналах, которые отводили высокий процент теленовостей для освещения пропрезидентских партий. Правовые ограничения на критику или оскорбление достоинства Президента не позволили другим кандидатам в период президентских выборов обсудить в полной мере достижения их соперника (см. раздел 2.a.). В нескольких случаях газеты были оштрафованы за нарушение этих положений в предвыборный период.
Настроения в прессе в предвыборный период характеризовались выраженной благосклонностью к действующему Президенту, а оппозиционные издания подвергались притеснениям за свое освещение избирательной кампании. Тиражи газет Свобода Слова и Жума-Таймс – Дата недели в нескольких случаях изымались, как сообщалось, правоохранительными органами (см. раздел 2.a).
В августе четыре районных акима (должность, приблизительно соответствующая руководителю исполнительной власти округа) были выбраны местными представительными органами, которые, в свою очередь, избираются гражданами путем прямого голосования. До этого акимы всех уровней назначались либо Президентом, либо вышестоящим акимом.
Отдельные граждане и зарегистрированные партии могли выставить своих кандидатов и участвовать в выборах при условии соответствия определенным критериям. Например кандидаты в президенты должны были представить информацию о доходах, пройти тест на знание казахского языка и подать листы, подписанные 85 тысячами человек. На пост Президента могут избираться независимые кандидаты.
Политические партии должны регистрировать личные данные своих членов, включая дату и место рождения, адрес и место работы. Такое условие отбивает у многих граждан желание вступать в политические партии. Имелись достоверные утверждения о том, что лица, поступающие на государственную службу, подвергались давлению с целью заставить их вступить в пропрезидентскую партию Отан.
В течение года действовало 11 зарегистрированных политических партий, в том числе оппозиционные партии Ак Жол и КПК. Власти отказались регистрировать оппозиционные партии Алга и Настоящий Ак жол. Кроме этого, к выборам было зарегистрировано два блока: Народная коалиция Казахстана (НКК), поддерживающая переизбрание Назарбаева, и ЗСК – оппозиционный блок, включающий членов партий Алга, Настоящий Ак жол и КПК.
Власти ограничили деятельность политической оппозиции. В январе оппозиционная партия ДВК была распущена судом на основании заявления 2004 года с призывом к общественному неповиновению в знак протеста против выборов 2004 года в нижнюю палату Парламента. Власти охарактеризовали это заявление как подрывающее безопасность государства и разжигающее социальную ненависть. Власти отклонили попытки зарегистрировать оппозиционные партии Алга и Настоящий Ак Жол; однако оппозиционный блок ЗСК был зарегистрирован 2-го августа.
В двух отдельных инцидентах, в Усть-Каменогорске 9-го апреля и в Шымкенте 2-го мая, члены блока ЗСК подверглись нападению со стороны неизвестных лиц во время митингов. Оппозиционные лидеры утверждали, что нападения были совершены по подстрекательству государственных чиновников. Президент публично призвал к официальному расследованию инцидентов. 8-го августа суд г. Шымкента приговорил к одному году лишения свободы условно местного жителя Армана Джумагалиева за участие в нападении. По состоянию на конец года об арестах по второму инциденту не сообщалось.
12-го октября власти подвергли аресту Толена Тохтасынова из ЗСК якобы за организацию несанкционированного митинга (см. раздел 1.d.). Несколько других лидеров ЗСК были оштрафованы Алматинским судом за участие в том же митинге.
11-го ноября четыре члена предвыборного штаба лидера ЗСК Туякбая были задержаны после показа фильма, который был ранее запрещен полицией как порочащий президента. Гульжан Ергалиеву, Татьяну Черняк, Т. Алетову и А. Масымходжаеву взяли под стражу, их видео оборудование и пленки были изъяты, а власти выдвинули против них административные обвинения.
Женщины занимали два из 39 мест в Сенате и 8 из 77 депутатских мест в нижней палате парламента. В составе Правительства было четыре женщины – Министры юстиции, образования и науки, охраны окружающей среды, труда и социальной защиты. Традиционные отношения порой препятствовали занятию женщинами высоких постов или выполнению активной роли в политической жизни (см. раздел 5), хотя юридических ограничений на участие женщин и представителей национальных меньшинств в политике не существовало. В составе Сената были неказахи, национальные меньшинства были представлены в нижней палате Парламента. В составе Правительства был один неказах, один неказах был заместителем Премьер-министра.
Коррупция в государственных органах и открытость
Коррупция оставалась серьезной проблемой и была особенно распространена в различных правоохранительных органах, местных администрациях и в судебной системе. Власти принимали некоторые меры для борьбы с коррупцией и признавали широкую коррумпированность полиции, сообщая, что 497 полицейских были уволены за коррупцию в течение года (см. раздел 1.d.). Оппозиционные лидеры обвиняли в безудержной коррупции президентскую администрацию.
Закон обязывает государство, общественные объединения, должностные лица и СМИ обеспечивать граждан информацией, которая влияет на их права и интересы, но на практике запросы граждан об информации своевременно не выполнялись.
Хотя Парламент становился все более открытым через обнародование нескольких проектов законов, некоторых парламентские дебатов и иногда протоколов голосования, большая часть деятельности Парламента оставалась вне поля зрения общественности. В течение года обсуждения в парламенте спорных правовых актов были закрытыми для общественности и средств массовой информации.
РАЗДЕЛ 4. Отношение власти к расследованию международными и неправительственными организациями предполагаемых нарушений прав человека
Ряд местных и международных правозащитных групп в общем действовали эффективно, относительно свободно, расследуя и публикуя свои выводы по случаям нарушения прав человека, однако власти ограничивали определенные виды деятельности большинства местных и международных правозащитных НПО. Международные правозащитные группы сообщали, что власти продолжали контролировать работу НПО, которые занимались деликатными темами, и отмечали случаи притеснения, включая приходы полиции, произвольные налоговые проверки и наблюдение за офисами и сотрудниками НПО.
КМБПЧ, Алматинский Хельсинский комитет, Республиканская сеть независимых наблюдателей, Конфедерация НПО и Адиль Соз являлись наиболее активными местными правозащитными неправительственными организациями. Сотрудники местных НПО часто подвергались притеснению и запугиванию со стороны власти. В середине августа был ограблен со взломом офис КМБПЧ. КМБПЧ сообщало, что были украдены компьютеры, содержащие финансовую информацию и данные о клиентах, в то время как новое электронное оборудование и другие ценные вещи остались нетронутыми. По факту кражи полиция начала расследование. На конец года никто по делу задержан не был и не ожидалось, что это произойдет и в будущем.
В марте власти начали проверку 33 НПО, получивших иностранные правительственные гранты. Эта проверка была проведена по официальному запросу депутата Парламента Ерасыла Абылкасымова, заявившего, что эти НПО финансировали политическую оппозицию. Активная проверка продолжалась несколько месяцев и затрудняла работу некоторых из этих НПО, в том числе занимающихся вопросами демократии. Следователи не обнаружили у этих НПО свидетельств недопустимой политической деятельности.
23-го августа Конституционный совет вынес постановление о неконституционности принятого Парламентом пакета спорных законодательных актов о НПО. Проект был инициирован группой депутатов с целью ограничения деятельности местных и международных НПО. 12-го сентября Президент Назарбаев заявил, что у него «нет возражений» к постановлению конституционного совета, чем фактически отклонил данные законодательные акты, однако при этом он сделал суровое предостережение против «иностранного вмешательства» через НПО, подрывающего национальную безопасность и стабильность.
Чаще, чем в предыдущие годы, власти прибегали к налоговым, иммиграционным и иным административным проверкам, чтобы выяснить, чем занимаются международные и местные НПО, действующие в стране. НПО расценили эти действия как попытку запугать и ограничить их деятельность в стране. В марте российский политолог, работающий в Алматинском офисе международного НПО, был задержан миграционной полицией по сомнительным обвинениям в нарушении иммиграционного режима. После заявления протеста дипломатических миссий этот человек был освобожден и вернулся в Россию.
В общем власти не препятствовали международным НПО и международным учреждениям, занимающимся правами человека, посещать страну и встречаться местными правозащитными группами, а также с государственными чиновниками. Однако в одном случае представителю Центра Солидарности АФТ-КПП из Бишкека было отказано во въезде на границе, несмотря на наличие действительной визы и ранее совершенные рабочие поездки в страну. По мнению наблюдателей причиной отказа стали меры взаимодействия с правоохранительными органами России, откуда этот представитель был выдворен ранее после нескольких лет работы там.
Президентская комиссия по правам человека, консультативный и совещательный орган в составе из 15 членов, включая представителей общественности, в большей степени занимается координацией ответов властей на вопросы соблюдения прав человека, а не расследует индивидуальные жалобы граждан, которыми занимается уполномоченный по правам человека (Омбудсман). Комиссия также следит за исполнением международных конвенций по правам человека.
Уполномоченный по правам человека (Омбудсман) расследует жалобы граждан о нарушении прав человека государственными органами, хотя он не имеет полномочий расследовать жалобы, связанные с Президентом, Парламентом, Правительством, Конституционным советом, Генеральной прокуратурой, ЦИКом или судами. Аппарат Омбудсмана имеет право обращаться в Парламент за решениями по жалобам граждан, сотрудничать с международными правозащитными организациями и НПО и участвовать в судебных процессах по делам о нарушениях прав человека.
В течение года Омбудсман периодически информировал прессу и публиковал регулярные отчеты о рассмотрении расследованных дел. Омбудсман получил в течение года 5159 жалоб, из 609 расследованных дел в 222 случаях аппарат омбудсмана сообщил о восстановлении нарушенных прав. Много жалоб было связано с решениями суда, на которые не распространяется юрисдикции Омбудсмана. По сообщениям Омбудсмана многие вопросы не могли быть решены в силу того, что комиссия действовала только как совещательный орган. Некоторые НПО считали, что Омбудсман находился под влиянием власти и умалял серьезность дел с нарушениями прав человека.
23-го мая Национальная комиссия по вопросам демократизации и гражданского общества опубликовала доклад с анализом 1500 жалоб о нарушениях прав человека и рекомендациями по правам человека для государственных органов. Основная масса жалоб касалась решений судов, действий правоохранительных органов и нарушений прав граждан в ходе проверок и расследований.
Комиссия, созданная в ноябре 2004 г. президентским указом, подчиняется напрямую Президенту, а ее председателем является секретарь совета безопасности. Комиссия регулярно заседала для рассмотрения таких вопросов, как децентрализация, судебная реформа, развитие гражданского общества и расширение полномочий Парламента. К участию в работе комиссии приглашались лидеры всех зарегистрированных партий, но лидеры оппозиционных партий это приглашение отклонили. Некоторые НПО и политические партии выражали сомнение в необходимости такой комиссии и предлагали взамен усилить и сделать более независимым от власти уже существующие механизмы, например институт Омбудсмана.
Местные правозащитники отмечали, что хотя власти выполняли определенную заслуживающую доверия работу по расследованию нарушений прав человек, аппарат Омбудсмана и Комиссия по правам человека были ограничены в своих возможностях остановить нарушения прав человека или наказать виновных в них. Некоторые правозащитники критиковали разрастание государственных комиссий, которые номинально занимаются вопросами соблюдения прав человека, но при этом ни одна из них не имеет полномочий самостоятельно возбудить уголовное дело о нарушении прав человека или коррупции.
РАЗДЕЛ 5. Дискриминация, притеснения в обществе и торговля людьми
Законом запрещается дискриминация по признаку расы, пола, ограниченных возможностей, языка или социального положения, однако правительство не обеспечивало эффективной реализации данного положения. Проблемами были насилие против женщин, торговля людьми и дискриминация людей с ограниченными возможностями, гомосексуалистов и лиц неказахской национальности в государственных органах.
Женщины
Проблемой оставалось насилие против женщин, в том числе бытовое насилие. Отдельного закона о бытовом насилии нет, но по таким преступлениям могут применяться статьи Уголовного Кодекса об ответственности за побои, умышленное нанесение телесных повреждений. Максимальное наказание за избиение супруга составляет 10 лет лишения свободы, также как за любое умышленное нанесение тяжких телесных повреждений.
Полиция рассмотрела свыше 20 тысяч заявлений о бытовом насилии и открыла 1973 уголовных дела в течение года. Кроме этого, по 10528 заявлениям были назначены административные наказания, включая штрафы.
В 2003 г. Национальная комиссия по делам женщин и семьи сообщила, что 64% женщин были жертвами насильственных преступлений. Согласно официальной статистике, публиковавшейся в течение года, почти половина женщин, проживающих в сельской местности, страдали от бытового насилия. Проблемой являлось нежелание сотрудников правоохранительных органов расследовать факты бытового насилия. По оценкам того же отчета полиция отказывала в рассмотрении одной трети заявлений о бытовом насилии, считая их семейными делами. Полиция вмешивалась только тогда, когда считала, что насилие угрожало жизни. Полиция отмечала, что жертвы бытового насилия часто просили их только поговорить с супругами. В тех случаях, когда жертвы решались настаивать на возбуждении уголовного дела о бытовом насилии или супружеском изнасиловании, полиция иногда пыталась убедить их этого не делать. Когда дела о бытовом насилии доходили до суда, обвинения чаще всего предъявлялись за побои, за что виновные в бытовом насилии могли быть приговорены к заключению в колонию с режимом облегченного содержания и минимальному объему общественных работ – от 120 до 180 часов. Приговоры за более серьезные случаи умышленного причинения вреда здоровью, включая побои, совершенные супругом, составляли от 3 месяцев до 3 лет лишения свободы, а максимальный срок за избиение с отягчающими обстоятельствами составлял 10 лет лишения свободы.
Наказание за изнасилование, включая супружеское изнасилование, составляет от 3 до 15 лет лишения свободы. Власти сообщали, что в течение года было возбуждено 1534 уголовных дела по изнасилованию, приведших к уголовному преследованию 1094 подозреваемых. По закону прокурор не может возбудить дело об изнасиловании при отсутствии отягчающих обстоятельств, таких как групповое изнасилование, если сама жертва не подает заявление. После подачи заявления уголовное расследование по делу уже не может быть отменено, если жертва отказывается от заявления или от помощи следствию. Целью данного положения является стремление защитить жертву от принуждения. Имеются эпизодические сообщения о нежелании полиции и суда предпринимать действия по делам об изнасиловании и супружеском изнасиловании.
Проституция законом не запрещена, хотя проституция по принуждению, проституция, связанная с организованной преступностью и действия, способствующие проституции, такие как содержание притона или организация преступной группы, занимающейся проституцией, являются противозаконными. В течение года государственные органы сообщали о 305 уголовных делах по преступлениям, связанным с проституцией. Проституция являлась серьезной проблемой. НПО сообщали, что преступные группы, занимавшиеся организацией проституции, часто включали местных работников правоохранительных органов.
Торговля женщинами оставалась проблемой (см. раздел 5, торговля людьми)
Проблемой оставалось сексуальное домогательство. Закон запрещает только некоторые формы сексуального домогательства, и, по мнению экспертов по правовым и гендерным вопросам, законодательство не было адекватно решению проблемы. Сообщения о случаях сексуального домогательства поступали, но ни по одному из этих случаев жертва не обеспечивалась защитой закона. Не было сообщений ни о каких уголовных делах.
Женщины пользовались всеми правами наравне с мужчинами, в том числе, согласно законодательству о семье, собственности и в судебной системе. Традиционная культурная практика порой ограничивала их роль в обществе и во владении и управлении бизнесом или собственностью. Женщины были недостаточно представлены на руководящих постах в государственных предприятиях, зато с избытком представлены на низкооплачиваемой и неквалифицированной работе. Согласно официальной статистике за 2004 г., зарплата женщин в среднем составляла 61.8% от зарплаты мужчины. Женщины пользовались неограниченным доступом к высшему образованию.
Дети
Власти несли обязательства по соблюдению прав детей, хотя бюджетные ограничения и иные приоритеты жестко сдерживали эффективность работы государственных органов в обеспечении благополучия детей. Разнообразные государственные органы отвечали за защиту прав детей. По закону все дети могут обращаться к правительству о защите своих прав и интересов. С 14-летнего возраста несовершеннолетние имеют право обращаться с заявлениями о своих интересах прямо в суд.
Образование до 17 лет или в объеме девяти классов является обязательным, обучение в начальной школе начитается обычно в возрасте 6 лет. Начальное и среднее образование были бесплатными и всеобщими. Закон предусматривает равный доступ к образованию как для мальчиков, так и для девочек. По данным Министерства образования школу посещали свыше 98% детей школьного возраста.
Закон предусматривает доступность государственного образования для детей беженцев и нелегальных иммигрантов. В некоторых случаях таким детям отказывали в возможности посещать школу или их родители не пытались их туда определить, опасаясь выявления и депортации.
Закон предусматривает предоставление медицинского обслуживания для всех детей независимо от пола и медицинское обслуживание предоставлялось на практике.
Сообщения о жестоком обращении с детьми поступали, однако характерной социальной модели такого явления не просматривался. В течение года Министерство внутренних дел забрало 1416 детей из семей, где они подвергались жестокому обращению, в 172 случаях родителей, жестоко обращавшихся со своими детьми, лишили родительских прав.
Детские браки были незаконными и государство обеспечивало выполнение этого запрета. Власти, НПО и правозащитники сообщали, что минимальный возраст вступления в брак обычно соблюдался. По закону для мужчин и женщин он составляет 18 лет. Однако отдел регистрации браков может по заявлению пары, их родителей или опекунов разрешить брак для лица не моложе 16 лет. Торговля девушками являлась проблемой (см. раздел Торговля людьми).
Детский труд являлся проблемой (см. раздел 6.d.).
Существовали государственные приюты для временного содержания бездомных несовершеннолетних до возвращения их родителям или более постоянного размещения.
Торговля людьми
Торговля людьми запрещена законом, но проблема с этим явлением сохранялась. Свидетельств о существовании постоянной причастности государственных чиновников к торговле людьми не было, хотя коррупция среди работников правоохранительных органах имела широкое распространение.
Хотя в законодательстве нет ни одного положения, которое бы конкретно запрещало торговлю людьми, ряд статей Уголовного кодекса предусматривает ответственность за некоторые формы торговли людьми. По закону преступлением является вербовка любого лица с целью сексуальной или иной эксплуатации, что также включает все формы торговли людьми. Торговля людьми с целью эксплуатации наказывается на срок до 2 лет лишения свободы, то же деяние в отношении несовершеннолетнего влечет лишение свободы на срок до 5 лет, а в случае вывоза завербованного лица за рубеж максимальное наказание возрастает до 8 лет лишения свободы. Купля-продажа несовершеннолетнего является преступлением, наказуемым лишением свободы на срок до 10 лет.
Международные эксперты сообщали о снижении по сравнению с предыдущими годами количества случаев с вывозом граждан за рубеж с целью сексуальной или трудовой эксплуатации и увеличении случаев трудового трафика внутри страны и ввоза людей в страну из-за рубежа. По мнению экспертов экономический рост страны, особенно по сравнению с соседними странами, непосредственным образом способствовал развитию двух этих тенденций.
В течение года межведомственная рабочая группа по предупреждению и борьбе с торговлей людьми регулярно заседала и подготовила комплекс поправок к Уголовному и Административному кодексу, направленных на заполнение законодательных пробелов в области борьбы с торговлей людьми. Среди поправок есть положения, облегчающие уголовное преследование за торговлю людьми. Поправки разрабатывались в консультациях с НПО и международными организациями. По состоянию на конец года поправки ожидали утверждения Парламентом.
Случаи преследования за торговлю людьми были редкими, несмотря на тот факт, что Координационный совет правоохранительных органов (под руководством Генерального прокурора) дает подробные инструкции прокурорам и сотрудникам правоохранительных органов по всей стране о том, как расследовать случаи торговли людьми и связанные с ними преступления в соответствии с определенными разделами Уголовного кодекса. Несмотря на рост числа расследований, случаи осуждения за торговлю людьми были редкими, в связи с несоответствием положений закона. Для доказательства факта вербовки с целью сексуальной эксплуатации обвинение должно было продемонстрировать, что жертва не знала, что она будет работать проституткой. Прокуроры более эффективно использовали статьи Уголовного кодекса, касающиеся нелегальной проституции и похищения, для предъявления обвинения подозреваемым в деяниях, могущих включать торговлю людьми.
МЮ сообщало, что семь уголовных дел в связи с торговлей людьми было возбуждено в течение первых семи месяцев этого года. В 2004 г. власти расследовали 27 дел, 14 из которых рассматривались в суде и по ним было осуждено 12 преступников, занимавшихся торговлей людьми. Однако только пять из этих 12 осужденных действительно отбывали срок заключения, остальные получили наказания условно. О нескольких случаях задержания и следствия по таким делам сообщалось в прессе.
Министерство юстиции координировало всю деятельность государственных органов, направленную на борьбу с торговлей людьми. В течение года межправительственная рабочая группа, возглавляемая Министром юстиции и включающая Министра внутренних дел, Председателя КНБ, Генерального прокурора, Министра иностранных дел, Министра образования и представителя Комиссии по делам семьи и женщин при Президенте, разработала второй двухлетний национальный план действий по борьбе с торговлей людьми на
Власти стремились к установлению сотрудничества с государственными структурами как стран назначения, куда переправлялись их граждане, так и стран-источников, откуда жертвы ввозились в Казахстан. Посольства за границей оказывали помощь жертвам трафика. В 2004 г. Министерство иностранных дел содействовало репатриации 36 граждан, в 2003 г. их число составило 24.
Казахстан был страной-источником, страной транзита и страной назначения незаконной торговли людьми. Торговля людьми внутри страны также представляла собой проблему. Достоверной статистики о ежегодном количестве жертв не было, но по оценкам НПО эта цифра составляла несколько тысяч. Многие НПО сообщали о росте показателей выявления жертв за последний год, что можно отнести к более широкой осведомленности о проблеме. По оценкам Международной организации по миграции (МОМ) тысячи граждан ежегодно становились объектами торговли, с тенденцией увеличения количества иностранцев, ввозимых в страну для трудовой эксплуатации. Людей вывозили в Объединенные Арабские Эмираты (ОАЭ), Турцию, Израиль, Южную Корею, Грецию, Кипр, Россию, Сирию и Западную Европу. Жертвы трафика вывозились из Киргизстана, Узбекистана, Таджикистана и Южной Азии.
Основным объектом торговли с целью сексуальной эксплуатации были молодые девушки в подростковом возрасте и 20 лет. По сведениям НПО большинство женщин было завербовано с обещаниями хорошей работы или замужества за границей. Туристические фирмы, агентства по трудоустройству и брачные агентства часто вербовали своих жертв по объявлениям, обещая высокооплачиваемую работу за границей. Предложения участвовать в международных конкурсах красоты также пускались в ход. Сообщалось, что новых жертв вербовали женщины, которые ранее сами стали жертвами трафика. Многие жертвы, по-видимому, знали или, по крайней мере, подозревали, что они будут работать проститутками, но не предполагали, что они будут работать в рабских условиях. Большинство таких лиц попадали в страну назначения по поддельным паспортам, изготовленным за границей, чаще всего в России и в Киргизской Республике.
Молодые люди – воспитанники детских домов, независимо от пола, и жители сельских и экономически депрессивных районов были наиболее подвержены опасности стать жертвами торговли. Относительное благосостояние страны с другой стороны действовало как фактор против граждан, которых в поисках работы провозили транзитом за границу. В течение года директор детского дома на юге страны был задержан при попытке продать для вывоза в ОАЭ девушек-подростков. Процесс по этому широко освещенному в прессе делу по состоянию на конец года не был завершен.
В страну с целью трудовой эксплуатации незаконно ввозили мужчин и женщин, также имелись некоторые свидетельства того, что из Узбекистана для использования на сельскохозяйственных и домашних работах незаконно ввозились и дети. Официальные органы обычно не подвергали дискриминации незаконных трудовых мигрантов и жертв торговли людьми (см. раздел 6.c.). Поступали достоверные сведения о поставках в Астану рабочих-строителей организованными группами торговцев людьми. Работодатели и соучастники торговли людьми обычно держали у себя паспорта ввезенных рабочих во время их пребывания в стране. Жертвы сообщали о том, что торговцы людьми, чтобы заставить их работать, использовали долговую зависимость, насилие или угрозу насилия.
По подозрениям НПО, организованная преступность вероятно была вовлечена во все формы торговли людьми.
Свидетельств о существовании налаженных схем участия представителей официальных органов в торговле людьми не поступало, хотя коррупция среди работников правоохранительных органов, включая миграционную и пограничную службы, была широко распространена и способствовала торговле людьми. В ряде случаев пограничники в аэропорту могли брать взятки за облегчение выезда женщин, вывозимых на продажу. В течение года власти расследовали деятельность двух высокопоставленных должностных лиц, предположительно помогавших преступным группам, занимавшимся торговлей людьми, однако ни один из них не получил наказания в виде лишения свободы. НПО, оказывавшее помощь одной из жертв по делу 2004 г. в Таразе, сообщало, что к ним поступали анонимные угрозы расправы, относящиеся к этому делу, от сообщников обвиняемого, который был связан с местными органами власти.
Жертвы торговли людьми из других стран часто подвергались штрафам и депортации за незаконный въезд в страну. В законодательстве нет специальных положений в отношении жертв торговли людьми, отличающих их от нелегальных мигрантов и установление иностранных жертв торговли людьми было наименее вероятно в случаях трафика рабочей силы. Однако НПО, работающие с иностранцами - жертвами торговли людьми, сообщали о сотрудничестве с властями и обеспечении административной поддержки при возвращении на родину установленных жертв торговли людьми.
Сообщалось, что в ноябре работники официальных органов окружили около Шымкента сотни нелегальных рабочих и вернули их в Узбекистан. По результатам опросов задержанных не было возбуждено уголовных дел по торговле людьми, невзирая на публичные заявления должностных лиц о том, что эти люди из Узбекистана работали в рабских условиях, типичных для торговли людьми с целью трудовой эксплуатации.
Государство предоставляло определенную материальную помощь и физическую защиту вывезенным женщинам, возвращавшимся в страну в очень стесненных обстоятельствах. НПО предоставляли правовую и материальную помощь и консультации через центры кризисной поддержки на основе меморандумов о взаимопонимании с властями. В некоторых случаях власти предоставляли НПО аренду по сниженным ставкам и другие виды поддержки.
МОМ совместно с 19 НПО по всей стране продолжали вести информационную кампанию об опасностях торговли людьми, для жертв торговли людьми действовали горячие линии. У МЮ также действовали отдельные горячие линии для жертв торговли людьми для сообщения о преступлениях и получения информации. Власти организовывали специальное обучение для сотрудников правоохранительных и других государственных органов с целью повышения возможностей распознавать, расследовать и вести уголовное преследование по случаям торговли людьми.
Генеральная прокуратура ввела обязательное лицензирование туристических агентств и проводила в течение года их инспектирование с целью выявления агентств, причастных к торговле людьми.
В течение года власти поощряли публикацию в прессе сообщений о предпринимаемых ими усилиях в борьбе с торговлей людьми. Государство продолжало выпускать в эфир телевизионные ролики, предоставляемые международными организациями на русском и казахском языках. Государственным и частным средствам массовой информации вменялось в обязанность предоставлять эфир для этих роликов.
Министерство образования сообщало, что план занятий всех средних школ и колледжей включал темы торговли людьми. По сведениям Министерства образования в большинстве университетов имелись информационно-аналитические центры, занимавшиеся вопросами повышения осведомленности о торговле людьми, наряду с другими темами.
Люди с ограниченными возможностями
Закон запрещает дискриминацию людей с ограниченными возможностями в трудоустройстве, образовании, доступе к медицинскому обслуживанию и получении других государственных услуг. Однако имелись сообщения о том, что дискриминация в этих областях была проблемой. Закон предусматривает обязательное обеспечение инвалидам доступа к зданиям, хотя государство не требовало выполнения этого условия.
Психически больные и умственно отсталые граждане могли быть помещены в государственные учреждения без их согласия и судебной проверки. На практике однако они помещались туда в молодом возрасте членами их семей. Административно-хозяйственное управление этими учреждениями было слабым, а финансирование – неадекватным. Сообщалось, что детские дома для детей с задержкой физического и умственного развития были переполнены и находились в антисанитарном состоянии, при нехватке работников для обеспечения необходимого ухода за детьми. По наблюдениям национального НПО КМБПЧ государство почти совсем не заботилось о лицах с ограниченными умственными способностями из-за отсутствия средств. В мартовском докладе Уполномоченного по правам человека о положении инвалидов отмечалось, что властям не удалось добиться соответствия международным стандартам и обеспечить выполнение законодательства.
Национальные/ расовые/ этнические меньшинства
Власти продолжали дискриминацию в пользу этнических казахов при назначении на высшие государственные должности (см. Раздел 3).
Казахский язык является официальным государственным языком, хотя организации и органы местного самоуправления могут официально использовать русский язык наравне с казахским. Большинство этнических русских считает, что русскому языку следует придать статус второго государственного языка. Законом о языках предполагалось усилить использование казахского языка без ущемления прав граждан на использование других языков. В действительности у государства не хватало средств, чтобы сделать обучение казахскому языку всеобщим.
Другие притеснения в обществе и дискриминация
Хотя не было ни сообщений в прессе, ни официальной статистики о дискриминации по признаку сексуальной ориентации, имелись сообщения о такой дискриминации. Представители международных организаций докладывали, что отношение общества к маргинальным группам, включая гомосексуалистов, сдерживало желание таких групп заявлять о себе и, следовательно, затрудняло их доступ к программам борьбы со СПИД/ВИЧ.
Закон запрещает дискриминацию против лиц - носителей ВИЧ и СПИД, однако наблюдатели сообщают, что традиционное порицание наркоманов и других групп риска продолжает воздействовать на общий доступ к информации, услугам, лечению и уходу.
РАЗДЕЛ 6. Права работников
a. Право на объединение
Законом предусмотрено право на свободу организации и создания союзов. На практике власти ограничивали осуществление этого права, что привело к тому, что большинство работников не могли объединяться или образовывать профессиональные союзы по своему выбору. Власти оказывали значительное влияние на организации профсоюзов и отдавали предпочтение связанным с государством профсоюзам по сравнению с независимыми. Самая крупная ассоциация профессиональных союзов – Федерация профсоюзов, наследница бывших государственных организаций трудящихся советской эпохи, остается и теперь связанной с государством на практике. Как минимум одна треть работников состояла в профсоюзах.
Для получения правового статуса профсоюз должен был подать заявление на регистрацию в МЮ. Процедура регистрации в значительной мере совпадала с процедурой, предусмотренной для других членских организаций (см. раздел 2.b.).
Закон запрещает деятельность иностранных профсоюзов и запрещает финансирование союзов иностранными юридическими или физическими лицами, иностранными государствами и международными организациями.
Работники по закону защищены от дискриминации, направленной против профсоюзов, но на практике имелись нарушения этого права. Членов некоторых профсоюзов увольняли, переводили на низкооплачиваемую работу или понижали в должности, подвергали угрозам и запугиванию. Лидеры профсоюзов сообщали, что некоторые работники, увольняемые якобы по другим причинам, на самом деле, увольнялись в связи со своей профсоюзной деятельностью. В течение года исков в суд на таком основании не подавалось.
b. Право на организацию и ведение коллективных переговоров
Закон защищает права профсоюзов проводить свою деятельность без вмешательства. В действительности были сообщения о давлении со стороны властей на представителей профсоюзов в трехсторонних переговорах. Закон разрешает вести переговоры и заключать коллективные договоры, союзы и ассоциации вели переговоры, достигали соглашений и заключали коллективные договоры на практике. Коллективные договоры были разрешены в той мере, пока они не снижали степени защиты работников, предусмотренной для них в индивидуальных контрактах или законодательно. Ассоциации профсоюзов значительно разнились в своих оценках того, какая доля входящих в них союзов пришла к соглашению и заключила коллективные договоры.
Требования профсоюзов, неприемлемые для администрации, могли быть переданы на рассмотрение трехсторонней комиссии, состоящей из представителей властей, ассоциаций работодателей и профсоюзов. Трехсторонняя комиссия отвечает за подготовку и подписание ежегодных коллективных договоров, регулирующих примерно 80% аспектов трудовых отношений. Трудовое законодательство предусматривает заключение индивидуального контракта между работодателями и каждым работником.
Закон предусматривает право на забастовку, но реализация этого права сопровождается многочисленными правовыми ограничениями. Государство определяло список предприятий, выполняющих функции жизнеобеспечения населения, забастовки на которых не были разрешены. В течение года несколько профсоюзов и отдельных работников прибегли к своему праву на забастовку, главным образом чтобы выразить протест против опасных условий труда и невыплаты зарплаты, а также потребовать погашения задолженности по зарплате. По закону работники могут пойти на забастовку, только если трудовой спор не был разрешен через существующие обязательные процедуры арбитража. Забастовщики должны в обязательном порядке уведомить работодателей за 15 дней до забастовки. Принятые в декабре 2004 г. поправки к кодексу о труде исключили ясно изложенное право работодателя распустить профсоюз и уволить работников за участие в незаконной забастовке.
Специальных экономических зон по обслуживанию экспорта не существовало.
с. Запрещение принудительного или обязательного труда
Закон запрещает принудительный или обязательный труд, в том числе детский, кроме как по приговору суда либо в условиях чрезвычайного или военного положения, однако были сообщения о том, что такая практика имела место (см. раздел 5).
В августе миграционная полиция депортировала до 700 граждан Узбекистана, выполнявших сельскохозяйственную работу в условиях, которые государственный чиновник охарактеризовал как «подобные рабским» (см. раздел 5).
d. Запрещение детского труда и минимальный возраст для трудоустройства
Власти эффективно применяли закон и проводили политику по защите детей от эксплуатации на рабочем месте. Минимальный возраст для найма на работу 16 лет. Дети в возрасте от 14 до 16 лет могут работать только с разрешения родителей, выполняя легкую работу, которая не причиняет вреда здоровью и не нарушает учебный процесс.
Детский труд использовался в обычном порядке в сельской местности, особенно в период уборки урожая, хотя проблем со злоупотреблением детским трудом как правило не было. Министерство труда отвечает за обеспечение выполнения законов о детском труде и за пресечение административных нарушений, наказываемых штрафами. МВД отвечает за расследование уголовных правонарушений. В 2004 г. Министерство труда сообщало о пяти уголовных делах с использованием детского труда в 2004 г.
Торговля детьми была проблемой (см. раздел 5).
e. Приемлемые условия труда
Минимальная заработная плата в стране составляла $ 69,17 (9200 тенге) и не обеспечивала достойного уровня жизни для работника и его семьи, однако в семьях рабочего класса как правило было более одного работника, а в городах большинство работников получало зарплату выше минимальной. По состоянию на ноябрь месяц средняя месячная зарплата составляла $274,40 (36495 тенге). Минимальная месячная зарплата была немного выше минимального прожиточного уровня в $40,53 (5390 тенге).
Закон устанавливает, что нормальная рабочая неделя не может превышать 40 часов, а тяжелая физическая или опасная работа не может превышать 36 часов в неделю. По закону сверхурочное время не может превышать 2 часов в календарный день или 1 часа тяжелой физической работы, сверхурочное время должно оплачиваться как минимум в полтора раза выше обычной ставки. Сверхурочная работа запрещена для опасных условий. Закон предусматривает, что продолжительность рабочего времени, выходные дни, праздники и ежегодный оплачиваемый отпуск оговариваются в трудовых соглашениях.
Министерство труда отвечает за соблюдение норм по минимальной зарплате, продолжительности рабочего дня и сверхурочных в соответствии с трудовым законодательством. Инспекторы Министерства труда проводили выборочные проверки работодателей с целью обеспечения выполнения всех законов и положений в пределах своей компетенции. Невзирая на такие выборочные проверки, как сообщали профсоюзные активисты, некоторые работодатели регулярно нарушали эти законы.
Закон предусматривает право на безопасные и санитарно-гигиенические условия труда. В действительности условия труда и безопасности в промышленности, сельском хозяйстве и строительстве часто оказывались ниже стандартных требований. Рабочие на фабриках обычно не имели защитной одежды, защитных очков касок, и работали в условиях плохой видимости и вентиляции.
Руководство предприятий в основном игнорировало требования законодательства в отношении охраны жизни и здоровья работников, исполнение которых не контролировалось Министерством труда должным образом. В августе министерство сообщало, что в его штате состояло свыше 400 инспекторов. Хотя частота проведения инспекций оставалась недостаточной для обеспечения полного соблюдения охраны труда и здоровья, количество штрафов, наказаний и предупреждений работодателей увеличилось. За первое полугодие Министерство труда сообщало о 1497 травмах на рабочем месте, из которых 153 оказались смертельными. По количеству несчастных случаев на производстве лидировала строительная отрасль, за ней шли горнодобывающая промышленность и металлургия. Только в одной Астане за первое полугодие на строительных площадках получили травмы 103 рабочих, 12 из них в результате травм скончались. С 1-го июля от некоторых работодателей стало требоваться проведение обязательного страхования своих работников.
По закону работодатель должен останавливать работу, если она угрожает жизни и здоровью работников и предупреждать работников о любых вредных или опасных условиях и о возможности любых профессиональных заболеваний. Хотя законом конкретно не предусмотрено за работником права покидать рабочее место, если ситуация угрожает его жизни и здоровью, без ущерба своему трудоустройству, считается, что это право подразумевается общими юридическими положениями о безопасности труда и невозможность работника отказаться от работы в опасных условиях на практике проблемой не являлась. Председатель Конституционного совета сообщил о 115234 нарушениях трудового законодательства в 2003 г.
Источник: http://www.usembassy.kz/documents/hrr-2005-kazakhstan-print-ru.html
Русский текст доклада, полученный по рассылке из Посольства США
в Казахстане, подвергнут минимальной редакционной правке
(опечатки, согласование падежей и времен, пунктуация).