Государственный Департамент США

Ежегодный доклад о ситуации с правами человека

в Казахстане за 2006 Год

Опубликовано Бюро По Вопросам Демократии, Прав Человека И Труда

6 Марта 2007 Года

(Русский перевод доклада выпущен посольством США в Казахстане, однако, оригинал на английском языке остается единственным официальным документом)

В Республике Казахстан с населением примерно в 15 миллионов человек существует многопартийная парламентская система, в которой доминирующее положение занимает партия «Отан» Президента Назарбаева. В декабре 2005 года Президент Назарбаев был переизбран на третий семилетний срок; наблюдатели критиковали проведенные выборы за несоответствие ряду международных норм. В соответствии с Конституцией, власть сосредоточена в руках президента, что позволяет ему контролировать её региональные и местные органы, а также оказывать существенное влияние на законодательные органы и судебную систему. Изменения или дополнения в Конституцию могут вноситься только с согласия президента. Контроль над Вооруженными Силами и органами безопасности осуществлялся президентом, хотя сотрудники органов безопасности в ряде случаев нарушали права человека.

Имеются сообщения о следующих проблемах с соблюдением прав человека: жесткие ограничения прав граждан на смену власти; случай незаконного лишения жизни; неуставные отношения в армии, повлекшие за собой гибель людей; нарушения прав задержанных и заключенных; неудовлетворительные условия содержания в тюрьмах; произвольный арест и содержание под стражей, в особенности лиц, оппозиционно настроенных по отношению к власти; отсутствие независимой судебной системы; усиливающиеся ограничения свободы слова, прессы, собраний и объединений; повсеместная коррупция, особенно в правоохранительных органах и судебной системе; ограничения в отношении деятельности неправительственных организаций (НПО); дискриминация и насилие в отношении женщин; торговля людьми; а также социальная дискриминация.

В течение года правительство активизировало усилия по борьбе с торговлей людьми, приняв комплекс поправок к действующему законодательству, направленных на расширение возможностей по проведению расследований в отношении торговцев, их преследованию в судебном порядке и осуждению, а также на увеличение объема ресурсов, выделяемых на обеспечение защиты жертв и превентивные меры. Правительство также отменило закон, запрещавший проведение связанных с выборами демонстраций в период с момента окончания голосования до опубликования результатов.

СОБЛЮДЕНИЕ ПРАВ ЧЕЛОВЕКА

Раздел 1. Соблюдение права на неприкосновенность личности, включая недопущение таких проявлений, как:

a. Произвольное или незаконное лишение жизни

13 февраля в отдаленном районе в окрестностях Алматы было обнаружено тело лидера оппозиции Алтынбека Сарсенбайулы с огнестрельными ранениями, также были обнаружены тела его телохранителя Бауыржана Байбосына и водителя Василия Журавлева. По результатам официального расследования, обвинения в похищении и убийстве были предъявлены 10 подозреваемым, в том числе пяти бойцам элитного спецподразделения Комитета национальной безопасности (КНБ). По просьбе правительства техническое содействие при проведении расследования было оказано правоохранительным ведомством иностранного государства. 31 августа областной суд в Талдыкоргане признал всех подсудимых виновными в соответствии с предъявленными обвинениями. Суд приговорил Рустама Ибрагимова, бывшего сотрудника Министерства внутренних дел, к смертной казни, но он будет продолжать находиться в заключении до тех пор, пока продолжает действовать мораторий на смертную казнь. Остальные подсудимые были приговорены к различным срокам лишения свободы от 3 до 20 лет. 8 декабря Верховный суд оставил вынесенные приговоры без изменений.

Лидеры оппозиции заявили, что это убийство было совершено по политическим мотивам, и подвергли резкой критике то, как был организован судебный процесс, и то, что для проведения судебных слушаний было выбрано отдаленное место. Имеющиеся улики явно указывали на причастность всех обвиняемых, но суд не стал рассматривать дополнительные версии и расследовать признаки причастности других сторон и высокопоставленных государственных чиновников к подстрекательству к этим убийствам или к их заказу. В своих показаниях, от которых он потом отказался, Ержан Утембаев, бывший руководитель аппарата сената, заявил, что он заказал убийство из мести за то, что Сарсенбайулы публично демонстрировал пренебрежительное отношение к нему.

Серьезную проблему представляли неуставные отношения в армии, ставшие причиной смерти, самоубийств и тяжких телесных повреждений (см. Раздел 1.c.). В этом году, по данным генеральной прокуратуры, за первые шесть месяцев в Вооруженных Силах произошло шесть самоубийств, по сравнению с 26 в 2005 году.

4 февраля во время несения караульной службы погиб военнослужащий срочной службы Аманжол Ахметов. По данным официального следствия, Ахметов по неизвестной причине оставил свой пост, выхватил автомат у другого солдата и застрелился. Родители Ахметова и Комитет солдатских матерей потребовали проведения дополнительного расследования и считают, что смерть Ахметова стала следствием неуставных отношений.

15 февраля младший сержант Адалыков был приговорен к шести годам лишения свободы по обвинению в гибели военнослужащего срочной службы Асылбека Абдыкова в ноябре 2005 года. Абдыков умер из-за нанесенного ему Адалыковым удара в горло. Старшие офицеры воинской части также получили дисциплинарные взыскания.

22 ноября солдаты из отряда пограничного контроля «Дархан» в Сарыагашском районе Южного Казахстана, по имеющимся сообщениям, в течение двух дней издевались над вновь прибывшими военнослужащими, избивая их и не разрешая им спать. Восемнадцать военнослужащих получили увечья, один солдат от полученных травм скончался. О происшествии сообщил начальник военно-следственного отдела Министерства внутренних дел (МВД) по местному гарнизону. По состоянию на конец года уголовное расследование еще не закончилось.

В ноябре 2005 года военный суд Акмолинского гарнизона приговорил старослужащего Абылая Оспанова к пяти годам тюремного заключения в связи с гибелью военнослужащего срочной службы Самата Капезова в апреле 2005 года. 14 февраля военный суд следующей инстанции пересмотрел приговор и увеличил срок заключения до шести с половиной лет в ответ на протест со стороны обвинения.

b. Исчезновения

Об исчезновениях по политическим мотивам сведений нет.

c. Пытки или иное жестокое, бесчеловечное или унижающее достоинство обращение или наказание

Конституция и законодательство запрещают такую практику, однако полицейские и работники тюрем иногда прибегали к пыткам, избиению и жестокому обращению с заключенными, зачастую для получения признательных показаний. В своем ежегодном докладе Комиссии по правам человека правительство признало, что некоторыми сотрудниками правоохранительных органов до сих пор применяются пытки и другие незаконные методы следствия. Правозащитники и наблюдатели от международных правозащитных организаций отмечали, что в практике ведения следствия и составления обвинительного заключения признанию обвиняемым своей вины отводится слишком большая роль, по сравнению со сбором других доказательных материалов.

В феврале судья Верховного суда Раиса Юрченко публично признала, что полиция применяет к подследственным методы психологического и физического давления, отметив при этом, что сотрудники правоохранительных органов искусно скрывают свои злоупотребления, а жертвы боятся заявлять о них.

По данным управления уполномоченного по правам человека, в течение года было получено 2613 жалоб от граждан, из которых 20 процентов касались злоупотреблений со стороны правоохранительных органов.

29 мая два сотрудника полиции задержали и избили подозреваемого в совершении кражи Ерболата Оспанова, после того как он якобы не смог заплатить взятку, чтобы с него сняли обвинения. Позже брат Оспанова заплатил взятку в размере 51 200 тенге (400 долларов), и Оспанова отпустили. Ерболат на следующий день написал жалобу в прокуратуру, но по состоянию на конец года никаких действий предпринято не было.

28 августа начальник Мугалжарского отделения полиции в Актюбинской области был приговорен к трем годам лишения свободы за произошедший в январе 2005 года эпизод, когда он и несколько его заместителей жестоко избили нескольких человек, подозреваемых в убийстве. Подозреваемых избивали в течение двух дней, чтобы добиться от них признательных показаний. Заместителей приговорили к двум с половиной годам тюремного заключения.

Имеются неподтвержденные сведения о том, что несколько женщин, задержанных сотрудниками правоохранительных органов, подвергались понуждению к сексуальной связи или изнасилованию. В январе НПО в Кокшетау подала жалобу на сотрудников полиции за сексуальное насилие в отношении несовершеннолетних задержанных, содержавшихся в Кокшетауском приемнике-распределителе. Местные органы власти начали уголовное расследование. Троих подозреваемых уволили, хотя обвинение в изнасиловании было предъявлено только одному из троих – Ерлану Карабекову. 12 октября Кокшетауский городской суд снял с Карабекова обвинения в изнасиловании, но приговорил его к четырем годам лишения свободы за злоупотребление полномочиями. После апелляции срок был сокращен до двух лет.

По сообщениям МВД, количество преступлений, связанных с неуставными отношениями и злоупотреблением полномочиями в армии, в течение года сократилось на 14 процентов, хотя неуставные отношения в армии по-прежнему остаются серьезной проблемой.

Некоторые военнослужащие продолжали подвергать солдат срочной службы физическим и словесным оскорблениям, несмотря на реформы сержантского корпуса, направленные на борьбу со сложившимися схемами отношений, которые приводили к «дедовщине». Поступали сообщения о случаях смерти и самоубийств военнослужащих в связи с неуставными отношениями, по которым в некоторых случаях возбуждались расследования и в конечном итоге выносились обвинительные заключения в отношении военнослужащих. Государство проводило расследования по фактам неуставных отношений и привлекало к судебной ответственности солдат, которые практиковали «дедовщину»; за первые шесть месяцев года были осуждены шесть солдат. Правительство предприняло шаги по искоренению случаев издевательства над солдатами путем увеличения численности сержантов-контрактников и постепенного перехода к системе воинской службы, которая во многом будет основываться на добровольном комплектовании. Правительство также приняло новую программу обучения в области прав человека и дополнительной ответственности сержантского состава, а также продолжило реализацию программы обучения военнослужащих на всех уровнях, включая обязательную подготовку по вопросам предотвращения неуставных отношений. Министерство обороны (МО) сообщило, что оно ужесточает дисциплину для решений проблем «дедовщины» и других правонарушений, а также проводит специальные проверки и требует систематических отчетов от старших офицеров по поводу ситуации во вверенных им частях. По данным МО, в результате этих мер, количество преступлений, совершаемых военнослужащими, сократилось на 28 процентов по сравнению с предыдущим годом, в том числе на 48 процентов сократилось количество должностных преступлений, и на 61 процент количество случаев самовольного оставления места службы.

31 июля двадцатилетний Ерлан Каденов, сержант одной из воинских частей, дислоцированной в Шымкенте, обратился к врачу с жалобами на головокружение и тошноту. З августа он был госпитализирован, и ему была сделана срочная операция по поводу повреждения внутренних органов. Представители военной прокуратуры подозревают, что это связано с «дедовщиной»; по состоянию на конец года ими велось следствие по этому делу.

2 июля в СМИ прошло сообщение о случае «дедовщины» в одной из воинских частей в Алматы. С Нурланом Жандагуловым, отцом одного из военнослужащих-срочников, как сообщается, категорически отказались разговаривать, когда он обратился к командиру воинской части. Однако МО отреагировало на обращение Жандагулова, и военная прокуратура арестовала за нарушения двух солдат. Несколько старших офицеров также получили дисциплинарные взыскания, а солдат более позднего призыва изолировали от старослужащих.

Условия содержания в исправительных учреждениях и следственных изоляторах

Хотя правительство реформировало систему исправительных учреждений и предоставило более широкий доступ, условия содержания в исправительных учреждениях по-прежнему оставались тяжелыми, и их состояние не соответствовало международным санитарно-гигиеническим нормам. Имели место случаи жестокого обращения в изоляторах временного содержания (ИВС), в следственных изоляторах и тюрьмах. Правительство предприняло некоторые шаги для исправления имеющихся в системе недостатков, которые способствовали жестокому обращению с заключенными. К числу этих мер относится продолжение работы областных общественных наблюдательных комиссий и расширение доступа этим комиссиям, обучение сотрудников тюрем, семинары для полицейских МВД; однако в течение года ни один сотрудник пенитенциарной системы не был привлечен к судебной ответственности.

За первые восемь месяцев года государственные органы проведено 13 уголовных расследований в отношении сотрудников исправительных учреждений по фактам коррупции. По результатам этих расследований 12 человек были осуждены и 1 оправдан.

Совет по общественному контролю, созданный в 2004 году, проводил внутренние расследования по сообщениям о злоупотреблениях и докладывал результаты непосредственно министру юстиции. По сообщениям НПО, областные общественные наблюдательные комиссии, созданные в 2005 году в соответствии с законодательством, активно вели мониторинг соблюдения прав человека в тюрьмах. Этим комиссиям, в состав которых входят представители государственных организаций, НПО и ученые-эксперты, как правило, предоставляют доступ в исправительные учреждения, так же как и Международному комитету Красного Креста (МККК). Однако ИВС, находящиеся в ведении МВД, по-прежнему остаются закрытыми для независимых наблюдателей.

НПО и международные наблюдатели сообщали о хорошем уровне сотрудничества с руководством Министерства юстиции (Минюст) и признавали заслуги Минюста в принятии некоторых активных мер для улучшения условий содержания в исправительных учреждениях. Улучшился уровень медицинского обслуживания, особенно в части борьбы с туберкулезом. Однако наблюдатели отмечали, что по сравнению с предыдущим годом темпы реформ замедлились.

Несмотря на то, что правительство предприняло некоторые шаги по ремонту существующих помещений и строительству новых, здания многих исправительных учреждений - по-прежнему старые, и санитарно-гигиенические условия не соответствуют нормам. В феврале Генеральная прокуратура распорядилась закрыть один из корпусов Семипалатинского следственного изолятора, поскольку он не соответствовал санитарным нормам и представлял собой угрозу здоровью и жизни заключенных. 25 мая Генеральная прокуратура выступила с заявлением, в котором подвергла критике Минюст за то, что не предпринимаются меры для решения проблем с переполненностью камер, ремонтом канализационных сетей и неудовлетворительным санитарным состоянием тюрем.

По имеющимся сообщениям, в течение года в следственных изоляторах погиб 31 задержанный, в том числе пять человек в результате самоубийств. Правительство сообщило о 268 случаях смерти в местах заключения, включая 26 самоубийств.

Продолжали иметь место случаи членовредительства среди заключенных в знак протеста против условий содержания. 31 марта заключенные исправительной колонии, расположенной в поселке Заречный Алматинской области, устроили акцию неповиновения, протестуя против тяжелых условий, плохого обращения и конфискации личных вещей. По свидетельствам активистов правозащитного движения, колония изначально предназначалась для содержания осужденных работников правоохранительных органов. Однако незадолго до акции неповиновения в состав контингента были включены уголовники, что привело к росту напряженности и ужесточению контроля. Двадцать четыре заключенных совершили акт членовредительства, нанеся себе раны в области живота, а трое заключенных получили ранения, когда охрана колонии восстанавливала порядок. Местные НПО получили разрешение посетить учреждение и побеседовать с заключенными после происшедшего. По сообщению одного активиста из общественного объединения «Комитет по мониторингу уголовной реформы и правам человека», реакция сотрудников колонии на акцию неповиновения была в целом оправданной. Несколько сотрудников администрации колонии получили дисциплинарные взыскания за неспособность урегулировать ситуацию с акцией протеста. После случившегося сотрудники колонии перевели уголовников из колонии, чтобы снять напряженность и остроту проблем.

d. Произвольные аресты или задержания

Конституция и законодательство запрещают произвольные аресты и заключение под стражу, но в этой области по-прежнему отмечались проблемы.

Роль полиции и органов безопасности

МВД осуществляет руководство полицейской службой страны, которая главным образом отвечает за внутреннюю безопасность, в том числе за расследование и предотвращение преступлений и административных правонарушений, а также за поддержание общественного порядка и безопасности. Агентство по борьбе с экономическими и коррупционными преступлениями (финансовая полиция) имеет полномочия по проведению административных и уголовных расследований. МВД подчиняется премьер-министру. Комитет национальной безопасности (КНБ) играет роль правоохранительного органа по охране границ, обеспечению внутренней безопасности, борьбе с терроризмом, а также проведению расследований в отношении незаконных или незарегистрированных групп, таких как группы экстремистов, военные формирования, политические партии, религиозные организации и профсоюзы, и предотвращению их образования. В ведении КНБ также находится служба внешней разведки «Барлау». Финансовая полиция и КНБ подчиняются непосредственно президенту.

Согласно данным опросов по проблеме коррупции, общественность придерживается невысокого мнения об эффективности полиции, а уровень распространения коррупции среди сотрудников правоохранительных органов считается высоким. При невысоких должностных окладах в полиции, в обществе широко распространено мнение о коррумпированности полицейских. По словам секретаря Совета безопасности Берика Имашева, в течение года сотрудниками полиции было совершено 182 коррупционных преступления, однако лишь 70 сотрудников были уволены по обвинению в коррупции.

В течение года власти использовали телефоны «горячей линии» МВД, по которым можно было сообщить о коррупции и злоупотреблениях в полиции; данных о количестве расследований по жалобам не имеется. Пытаясь устранить одну из первопричин коррупции, МВД в течение года повысило должностные оклады в полиции на 32 процента.

Под руководством Генерального прокурора функционирует созданный в девяностых годах совет по координации деятельности правоохранительных органов, в состав которого входят главы других правоохранительных ведомств. Совет, в частности, рассматривает претензии по поводу работы правоохранительных органов.

МВД сотрудничало с НПО в деле проведения учебных семинаров по правам человека для полицейских на местном уровне. Государственные ведомства в сотрудничестве с международными организациями в ограниченных масштабах обеспечивали обучение сотрудников правоохранительных органов в рамках программ, направленных на сокращение злоупотреблений за счет развития навыков ведения следствия.

Арест и задержание

В соответствии законом, для ареста и заключения под стражу требуется санкция суда или прокурора, однако, по сообщению Генерального прокурора, проблема незаконного заключения под стражу продолжала существовать. Для ареста требуется ордер. Прокуроры имеют право санкционировать арест или содержание под стражей до суда, а также проведение таких следственных действий, как обыски и изъятия. Законодательство разрешает полиции содержать задержанных под стражей в течение 72 часов до предъявления обвинения. Наблюдатели за соблюдением прав человека утверждали, что на практике власти часто превышают этот предельный срок. Система освобождения под залог существует, но она не получила широкого применения, и многие лица продолжали содержаться под стражей до самого суда.

Задержанные, арестованные или обвиняемые в совершении преступления лица имеют право на помощь адвоката с момента задержания, ареста или предъявления обвинения, однако полиция по закону и на практике не обязана информировать задержанных о том, что они имеют право на адвоката. По словам наблюдателей от правозащитных организаций, сотрудники правоохранительных органов отговаривали задержанных от встречи с адвокатом, получали показания в ходе предварительного допроса до прибытия адвоката допрашиваемого, а в некоторых случаях использовали коррумпированных защитников для получения показаний. Законом устанавливается обязанность государства предоставить адвоката подозреваемому или обвиняемому, если у него не имеется на это средств, или если подозреваемый является несовершеннолетним, страдает физическими или умственными недостатками, или если ему предъявлены обвинения в тяжком преступлении.

В Докладе о соблюдении прав человека в 2005 году, опубликованном Комиссией по правам человека при Президенте, указывалось на широко распространенные случаи произвольных арестов и задержания граждан, когда их доставляли в полицию и незаконно удерживали в служебных помещениях. По сообщению Генеральной прокуратуры, за первую половину года незаконному содержанию под стражей в полицейских участках подверглось 375 человек. В первом полугодии прокуроры освободили 20 человек, которые незаконно содержались в следственных изоляторах; обвинения в уголовных преступлениях с них были сняты.

Власти арестовывали и заключали под стражу нескольких оппозиционеров и критиков правительства, иногда за мелкие нарушения закона, такие как несанкционированное собрание, и избирательно организовывали судебное преследование политических противников (см. разделы 1.e., 2.a. и 2.b.). Однако данных о продолжительном содержании под стражей за политические преступления не поступало.

27 мая около 15 членов оппозиционной молодежной организации «Социалистическое сопротивление» были задержаны полицией в Алматы и заключены под стражу на несколько часов. Полицейские сначала заявили, что принимали меры в ответ на жалобу о шуме, а затем сказали, что в этом районе было совершено вооруженное ограбление. Задержанные молодые люди сообщили, что сотрудники полиции и КНБ допрашивали их и пытались получить уличающие показания против их лидеров.

Амнистия

Минюст освободил 3445 заключенных по амнистии, еще 14300 осужденных были помилованы.

e. Отказ в справедливом публичном судебном разбирательстве

В законе нет достаточных положений, обеспечивающих независимость судебной системы. Независимость судебной системы ограничивалась исполнительной властью. Прокуроры выполняли квазисудебные функции, и им разрешалось откладывать исполнение судебных решений.

В судебной системе имеется три уровня: районные суды, областные суды и Верховный суд. Районные суды – это суды первой инстанции практически по всем уголовным делам. Областные суды рассматривают дела, связанные с более серьезными преступлениями, и могут также рассматривать дела в сельских районах, где нет местных судов. Решения районных судов могут быть обжалованы в областных судах, а решения областных судов – в Верховном суде. Существуют также военные суды. Юрисдикция военных судов распространяется на обвиняемых в уголовных преступлениях гражданских лиц, которые, как предполагается, связаны с военнослужащими, проходящими по уголовному делу, рассматриваемому в суде. Военные суды руководствуются тем же уголовным кодексом, что и гражданские суды.

Конституционный совет выносит решения по спорам в отношении результатов выборов или референдумов, трактует положения конституции и дает заключение о конституционности законов, принятых парламентом. Граждане не имеют права непосредственно обращаться в Конституционный совет.

Назначаемый президентом Высший судебный совет предлагает президенту кандидатуры членов Верховного суда, а он, в свою очередь, предлагает их Сенату для утверждения. Совет предлагает президенту кандидатуры судей областного уровня, но назначает их непосредственно президент. Президент по представлению Минюста и Квалификационной коллегии назначал судей судов нижнего уровня. Судьи назначаются пожизненно. Парламент может освободить от занимаемой должности судей Верховного суда по рекомендации президента, а президент может снимать с должности судей в судах более низкого уровня.

На всех этапах и уровнях судебного производства явно присутствуют признаки коррупции. Хотя судьи относятся к самым высокооплачиваемым категориям государственных служащих, юристы и наблюдатели от правозащитных организаций отмечали, что судьи, прокуроры и другие должностные лица вымогали взятки в обмен на благоприятные решения по большинству уголовных дел (см. раздел 3).

Судебные процедуры

Закон допускает слушание дел судом присяжных, но суды присяжных не предполагалось вводить до 2007 года. Судебные слушания были открытыми, за исключением тех случаев, когда существовала опасность раскрытия государственной тайны, или при необходимости соблюдения тайны личной жизни или по частным семейным соображениям граждан. Однако в течение года было несколько сообщений о том, что журналистов не допускали в зал суда, где проходили открытые судебные слушания. Обвиняемые по уголовным делам имеют право на адвоката, а при отсутствии у них средств для оплаты услуг адвоката, адвоката им должно предоставить государство. В соответствии с уголовно-процессуальным кодексом, обвиняемого должен представлять адвокат, если обвиняемый является несовершеннолетним, страдает умственными или физическими недостатками, не владеет языком, на котором ведется судебное разбирательство, или если ему грозит заключение сроком 10 или более лет. Как сообщалось, на практике адвокаты принимали участие только в половине всех уголовных дел, отчасти потому что у государства не хватало средств для оплаты их услуг. Закон также предоставляет обвиняемому право присутствовать в суде во время слушания его дела, быть выслушанным в суде и вызывать свидетелей защиты. Обвиняемые пользуются презумпцией невиновности, защитой от дачи показаний против самих себя и имеют право обжаловать решение в суде более высокой инстанции. Эти права, как правило, осуществлялись на практике, однако имели место сообщения об отдельных случаях их ущемления. Проблему представляло несоблюдение соответствующих процессуальных норм, особенно в политически мотивированных процессах и в случаях, когда имелись признаки ненадлежащего политического или финансового влияния.

Громкий процесс над подозреваемыми в убийстве лидера оппозиции Алтынбека Сарсенбайулы и двух его товарищей подвергся широкой критике за процессуальные недостатки, включая отказ разрешить защите допрос некоторых свидетелей, а также то, что сотрудники правоохранительных органов не провели расследования в отношении утверждений, что другие лица, в том числе высокопоставленные государственные чиновники, могли быть причастны к преступлению. Из-за того, что судебные слушания проводились в отдаленном районе, представителям общественности и средств массовой информации было трудно присутствовать на них (см. раздел 1.a.). Аналогичным образом, адвокаты, как со стороны подсудимых, так и со стороны родственников жертв, критически отзывались о том, как была проведена последующая процедура обжалования в Верховном суде. 7 декабря Верховный суд неожиданно прекратил рассмотрение апелляции, не вынеся решений по ряду ходатайств и не дав возможности представителям жертв выступить с заключительными заявлениями. 8 декабря суд оставил вердикты о виновности и вынесенные приговоры без изменений.

Политические заключенные и лица, содержащиеся под стражей по политическим мотивам

Сообщений о политических заключенных не поступало, однако имелись сообщения о лицах, оказавшихся в заключении после политически мотивированного уголовного преследования за неполитические преступления. 14 января бывший губернатор и лидер движения «Демократический выбор Казахстана» Галымжан Жакиянов был условно-досрочно освобожден из заключения. Жакиянов был осужден по обвинению в злоупотреблении служебными полномочиями и коррупции в 2002 году после судебного процесса, который, по утверждению международных наблюдателей, имел политическую мотивацию и характеризовался несоблюдением соответствующих процессуальных норм. В 2005 году в Таразе был арестован активный член политической оппозиции Алибек Жумабаев за то, что он якобы испортил плакат с изображением президента; ему были предъявлены обвинения в хулиганстве и оскорблении чести и достоинства президента. Лидеры оппозиции утверждали, что это дело имело политическую подоплеку, а студентов принудили дать показания против Жумабаева. Жумабаев подпадал под амнистию, но прокуратура выдвинула против него дополнительное обвинение в организации массовых беспорядков, что лишило его права воспользоваться амнистией. 15 мая Таразский городской суд приговорил его к пяти годам лишения свободы. 22 июня Таразский областной суд провел открытое и справедливое, с точки зрения процессуальных норм, слушание апелляции, но отклонил доводы Жумабаева без объяснения причин.

Гражданско-правовые процедуры и средства судебной защиты

Гражданские дела рассматриваются судьями экономических и общих судов. Законодательство и конституция предусматривают урегулирование гражданских споров в суде. На практике многие считают гражданские суды коррумпированными и ненадежными. Наблюдатели отмечают, что стороны по гражданскому разбирательству сталкивались с серьезными трудностями, пытаясь добиться исполнения судебного решения, особенно если они не соглашались платить процент администратору судов.

f. Произвольное нарушение неприкосновенности частной и семейной жизни, жилища и корреспонденции

Конституция и законодательство запрещают такие действия; тем не менее, власти время от времени нарушали эти права.

Законодательство наделяет прокуроров широкими полномочиями по ограничению конституционных прав граждан. КНБ, МВД, финансовая полиция и другие ведомства с санкции Генеральной прокуратуры могут нарушать тайну частной переписки и других видов связи и финансовых документов, а также неприкосновенность жилища. Суды могут рассмотреть заявление с опротестованием постановления прокуратуры, но не могут издать немедленного предписания прекратить нарушение. Уголовно-процессуальным кодексом допускается прослушивание и запись телефонных разговоров, а также отслеживание сообщений, в том числе сообщений по электронной почте и электронным средствам связи, без санкции только в экстренных случаях.

Оппозиционно настроенные по отношению к правительству лица и члены их семей продолжали сообщать о том, что государственные органы периодически отслеживают их передвижения и прослушивают телефонные разговоры.

Хотя по конституции жилище является неприкосновенным, и государство не может лишить граждан их жилья без решения суда, в алматинском микрорайоне «Бакай» власти снесли несколько сотен домов при сомнительных с юридической точки зрения обстоятельствах в рамках государственной кампании по сносу незаконных поселений. 7 июля представители властей появились в «Бакай» в сопровождении бульдозеров и 1500 бойцов ОПОНа и снесли дома, которые, по их утверждениям, были возведены незаконно. О планируемом выселении жителей предупредили лишь в последний момент, и 350-400 домов были снесены вместе с находившимися в них вещами граждан. Жители утверждали, что в большинстве случаев выселения не были юридически обоснованы, поскольку судебные исполнители предъявили судебные постановления только в отношении 29 домов.

Последующая попытка снести дома в микрорайоне «Шанырак» столкнулась с ожесточенным сопротивлением жильцов. 14 июля произошло жестокое столкновение между 2000 полицейскими и 1500 жителями. Многие получили ранения и были арестованы, а жители микрорайона захватили нескольких полицейских в заложники. Одного полицейского облили бензином и подожгли, позднее он скончался от полученных ожогов. По состоянию на конец года несколько жителей находились в заключении в ожидании суда. В конечном итоге, властям так и не удалось осуществить выселение и снос. 16 августа генеральный прокурор распорядился приостановить снос домов в микрорайоне «Шанырак», и власти согласились дать жителям время для подачи заявлений на легализацию их собственности.

21 ноября в районе Карасай в окрестностях Алматы власти снесли несколько домов в районе проживания общины кришнаитов, чтобы выселить владельцев. Несмотря на то, что представители властей предъявили судебные постановления, жители не были предупреждены о предстоящем сносе заранее, и многие принадлежавшие им вещи были повреждены или уничтожены (см. раздел 2.c.).

Раздел 2 Соблюдение гражданских свобод, в т.ч.:

a. Свободы слова и печати

Конституция и законодательство гарантируют свободу слова и печати; тем не менее, правительство использовало различные средства, в том числе законы, преследования, отзыв регистрации, а также обвинения в уголовных преступлениях и административных правонарушениях, чтобы контролировать средства массовой информации и ограничивать свободу слова. Судебные иски против журналистов и средств массовой информации, в том числе гражданские и уголовные дела о клевете, поданные государственными чиновниками, способствовали закрытию средств массовой информации и распространению самоцензуры.

Государство ограничивало возможности граждан критиковать руководство страны, а региональные руководители пытались ограничить критику в собственный адрес со стороны местных средств массовой информации. Законодательство предусматривает защиту достоинства президента и запрещает оскорблять президента и других высших должностных лиц. Как и в прошлые годы, государство активно использовало закон для того, чтобы наказывать средства массовой информации за критику президента, других должностных лиц и депутатов законодательного органа. Власти продолжали рассматривать распространение листовок членами “Хизб ут-Тахрир» (ХТ) в качестве подстрекательства в политических и террористических целях, находящегося за гранью гарантированной конституцией свободы слова. Официальные органы не опубликовали сведений о количестве арестованных за связи с ХТ, но в своем выступлении 22 декабря исполняющий обязанности председателя партии «Отан» Бахытжан Жумагулов сказал, что сотни сторонников ХТ в настоящее время отбывают сроки тюремного заключения.

В течение года министр культуры и информации Ермухамет Ертыбаев предпринимал шаги по укреплению государственного контроля над государственными телевизионными каналами, включая смену руководства государственной телекомпании «Казахстан-1» и консолидацию государственного пакета в телерадиовещательной компании «Хабар». Он также выступил с критикой иностранного участия в капитале средств массовой информации и пригрозил [отозвать] лицензию на вещание у частной телевизионной компании «Коммерческое телевидение Казахстана» (КТК) за то, что та якобы не соблюдает требование о минимальном объеме вещания на казахском языке, и за освещение убийства Сарсенбайулы. По состоянию на конец года канал КТК продолжал выходить в эфир.

5 июля президент подписал вызвавшие много споров новые поправки к закону о средствах массовой информации, несмотря на широко распространенную критику со стороны Казахстанских и международных защитников свободы СМИ. Поправки ужесточили государственный контроль за средствами массовой информации. Закон теперь требует, чтобы учредители СМИ проходили перерегистрацию при любой смене редактора, адреса или периодичности публикации; запрещает лицам, осужденным за клевету, занимать должность главного редактора в другом органе массовой информации; запрещает регистрацию органа массовой информации с использованием названия, похожего на название средства массовой информации, которое было закрыто по решению суда; и предусматривает штрафные санкции в отношении вещательных компаний, не соблюдающих уже установленное соотношение 50:50 между программами на казахском и русском языках. В интервью от 6 июля министр культуры и информации признал, что закон призван усилить государственный контроль за средствами массовой информации. Однако в течение года никакие средства массовой информации в соответствии с новым законом закрыты не были.

Согласно государственной статистике, 22 процента из 2479 средств массовой информации находятся в государственной собственности. Подавляющее большинство вещательных СМИ, считающихся независимыми, в том числе наиболее крупные из них, находились в собственности холдингов, которые, как предполагается, контролируются членами президентской семьи и узким кругом его ближайших друзей. Многие частные газеты и телекомпании получали государственные субсидии. Правительство контролировало практически все передающие мощности. В стране насчитывалось 177 телевизионных и 40 радиостанций. По мнению наблюдателей, отслеживающих ситуацию с СМИ, шесть из семи общенациональных телевизионных компаний полностью или частично принадлежат государству, одна номинально является независимой. Региональным органам власти принадлежало несколько частот, об использовании большинства из них договорились независимые вещательные компании.

В отличие от 2005 года, года президентских выборов, власти в течение этого года не делали попыток изьять оппозиционные газеты, и типографии не отказывались печатать оппозиционные издания. В отличие от прошлых лет, не было известно случаев, когда оппозиционным газетам было отказано в регистрации, в целом они сталкивались с меньшим количеством проблем.

Для всех СМИ требуется регистрация в Министерстве культуры и информации (МКИ), правда от этого требования были освобождены сайты в Интернет.

Система лицензирования является непрозрачной. В этом году конкурсов на получение новых лицензий не было.

Законодательство ограничивает объем ретрансляции программ зарубежного производства 20 процентами общего эфирного времени вещания станции. Это положение усложнило деятельность небольших, менее развитых региональных телевизионных каналов, не располагающих ресурсами для создания собственных программ, однако санкции в соответствии с этим положением ни к одному средству массовой информации применены не были.

Сохранялись проблемы с преследованиями журналистов и совершением в отношении них актов насилия, хотя было отмечено меньше таких случаев, чем в 2005 году, когда проходили президентские выборы. НПО «Фонд защиты свободы слова – Адил Соз» сообщил о 122 случаях преследования журналистов и совершения в отношении них актов насилия, имевших место в течение 11 месяцев года, по сравнению с 706 такими случаями за 11 месяцев предыдущего года.

Несколько журналистов были заключены под стражу на непродолжительный срок в Алматы 26 апреля, когда они освещали «акцию молчания» в память об Алтынбеке Сарсенбайулы (см. раздел 2.b.).

20 августа сотрудники ОПОНа помешали работе съемочной группы «31 канала», освещавшей митинг протеста в Актау. По свидетельствам журналистов, полицейские разбили телекамеру и ударили одного из телеоператоров по голове. Позднее губернатор Мангистауской области обвинил журналистов «31 канала» в том, что они находились в нетрезвом состоянии и спровоцировали беспорядки (см. раздел 2.b.).

В течение года были установлены личности и произведен арест четырех участников нападения на журналиста газеты «Алтын Гасыр» Азамата Доспанова. Суд снял с них обвинения после того, как обвиняемые выплатили компенсацию за нанесенный ущерб. Расследование по делу о нападении на главного редактора «Алтын Гасыр» в августе 2005 года не дало никаких результатов, и это дело никак не продвинулось.

В ноябре 2005 года неизвестные лица учинили погром в редакции газеты «Регион плюс» в Капчагае. Сотрудники газеты полагают, что нападение стало реакцией на их публикации. По сообщениям газеты, полиция провела расследование этого дела, но до конца года обвинения никому не были предъявлены.

Прокуратура до конца года не предприняла никаких действий по расследованию совершенного в 2004 году нападения на корреспонденток газеты «Ак Жаик» Тамару Сухомлинову и Гульжанат Исабаеву.

Журналисты, освещающие проблемы организованной преступности и коррупции, сообщали о фактах преследований и запугивания, как со стороны государственных чиновников, так и частных лиц. 17 августа министр культуры и информации обратился к средствам массовой информации с призывом начать полномасштабную борьбу с коррупцией в органах власти и обещал защитить журналистов, если представители властей попытаются оказать на них давление. Тем не менее, по сообщению НПО «Адил Соз», журналисты скептически отнеслись к поддержке министра и его способности заступиться за них.

Законодательство дает возможность властям ограничивать содержание сообщений СМИ в соответствии с поправками, которые запрещают подрыв государственной безопасности или пропаганду классового, социального, расового, национального или религиозного превосходства, или жестокости и насилия. Учредители, редакторы, распространители и журналисты могут привлекаться к гражданской и уголовной ответственности за содержание публикуемых материалов, независимо от источника получения информации, если только эта информация не была получена из официального источника. Официальные власти использовали это положение для ограничения свободы прессы. Принятое в 2005 году законодательство запрещает публикацию любых заявлений, которые пропагандируют или восхваляют «экстремизм», понятие, которые международные правовые эксперты сочли чрезмерно расплывчатым и просили официальные органы дать ему определение.

В некоторых случаях органы массовой информации, пожелавшие выступить с прямой критикой в адрес президента, подвергались запугиванию в форме правоохранительных акций или гражданских исков. Хотя эти события продолжали оказывать охлаждающее воздействие на все органы массовой информации, сообщения о критике политики правительства в течение года продолжали появляться.

В соответствии с законом о государственных секретах, опубликование любых сведений о состоянии здоровья, финансовых делах или частной жизни президента, а также экономической информации о стране, такой как имеющиеся в стране объемы запасов полезных ископаемых и сумма внешнего государственного долга, является уголовным преступлением. Во избежание возможных правовых проблем СМИ обычно практиковали самоцензуру в отношении информации о президенте и его семье.

Власти продолжали запугивание газет, которые публиковали материалы о продолжающемся в течение нескольких лет скандале в связи с предпринятым за рубежом расследованием дела о возможных незаконных выплатах, которые, якобы поступали от иностранных компаний высокопоставленным государственным чиновникам, включая Президента Назарбаева. Местные СМИ, когда сообщали об этом деле, неформально называли его «Казахгейтом». 8 февраля Алматинский городской суд принял постановление о закрытии газеты «Жума таймс – Дата недели» за оскорбление чести и достоинства президента. Газета часто публиковала статьи о Казахгейте и еще ранее решением закрытого заседания суда в октябре 2005 года была оштрафована за публикацию статьи «Казахгейт: история одного преступления». Газета вновь стала выходить под новыми названиями - «Тасжарган» и «Айна плюс». В начале апреля власти оштрафовали «Айна плюс» и на три месяца запретили выход газеты без извещения о проведении судебных слушаний. 23 апреля десять неизвестных жестоко избили журналиста «Айна плюс» Кенжегали Аитбакиева в ходе нападения, которое, по словам редактора газеты, было связано с опубликованными в газете материалами о Казахгейте. Председатель парламентского комитета по международным делам призвал прокуратуру привлечь нападавших к ответственности. В сентябре местная полиция попросила Аитбакиева указать в заявлении, что это было не нападение, а обычная драка; он отказался и с тех пор никаких сообщений от полиции по поводу нападения не получал.

Уголовные дела по обвинению в клевете могут быть заведены по заявлению частных лиц, выступающих от имени государства, и лицо, подавшее такое заявление, может возбудить еще и гражданский иск по тому же заявленному им факту. Государственные чиновники использовали ограничительные положения законодательства о клевете и дискредитации, чтобы удерживать СМИ от публикации нелестной информации. В уголовном и гражданском кодексах имеются статьи, которые устанавливают ответственность за клевету в широком смысле. Тот факт, что учредители, редакторы, распространители, издательства и журналисты привлекались к ответственности за содержание публикуемой информации и несли бремя доказательства ее достоверности, способствовал распространению самоцензуры на всех уровнях. Иногда за клевету взимались непомерно большие штрафы, и в предыдущие годы они приводили к банкротству небольших изданий.

31 мая председатель областного суда в Атырау инициировал уголовное дело против журналиста Лиона Гузикова за публикацию газетной статьи с критикой того, как в этом суде было рассмотрено дело об убийстве. 24 июня алматинское управление КНБ подало иск против оппозиционного журналиста Казиса Тогузбаева за оскорбление чести президента в опубликованной в Интернете 3 мая статье, в которой говорилось о якобы имевших место попытках скрыть некоторые обстоятельства убийства Сарсенбайулы во время расследования этого дела. 8 августа алматинское управление КНБ подало второй иск против Тогузбаева за опубликованную 2 апреля статью с критикой в адрес президента. По состоянию на конец года оба эти дела находились на рассмотрении в суде. 24 июля алматинский районный суд оштрафовал газету «Central Asia Monitor» на 5120000 тенге ($40000) за оскорбление чести законодателя Ерсаила Абылкасымова в статье, напечатанной в декабре 2005 года. Газета попыталась снизить сумму штрафа, подав апелляцию, но 9 октября суд апелляционной инстанции оставил ранее вынесенное решение без изменений.

31 июля власти приговорили независимого журналиста Жасарала Куанышалина к двум годам лишения свободы за «посягательство на честь и достоинство Президента» по Статье 318/2 Уголовного кодекса. Уголовное дело на Куанышалина было заведено за то, что он публично выступил с требованием привлечь Президента Назарбаева к ответственности за государственную измену. Наказание Куанышалина было в последующем смягчено после объявления амнистии.

Государство продолжало оказывать влияние на большинство типографских предприятий и организаций по распространению печатной продукции, а также субсидировать периодические издания, в том числе многие якобы независимые издания. Многие издательства находились в государственной собственности. По утверждению некоторых журналистов, КНБ и налоговая полиция угрожали издательствам, если они печатали оппозиционные издания; опасения по поводу возможности уголовного или гражданского преследования оказывала влияние на деятельность издательств. Доступ общественности к газетам, выступавшим с критикой правительства, был затруднен в виду небольшого тиража и ограниченного распространения этих газет; они тонули на фоне официальных и проправительственных изданий, которые доходят до большей части населения.

Свобода слова в Интернет-пространстве

Официальных государственных ограничений на доступ к Интернету не существовало, но независимые Интернет-издания сообщали о том, что государство отслеживает переписку по электронной почте и деятельность в Интернет-пространстве, блокирует и замедляет доступ к оппозиционным сайтам и материалам, критикующим Назарбаева или членов его семьи, а также размещает проправительственные пропагандистские материалы в чат-румах. Единственные в стране провайдеры Интернет-услуг - государственные компании Казтелеком и Нурсат, которые находятся в частной собственности, но регулируются государством - ввели технические средства контроля, такие как ограничение пропускной способности канала и блокирование доступа через прокси-серверы. По поводу содержания материалов, размещаемых на веб-сайтах, регулярно возбуждались гражданские и уголовные дела о клевете.

В 2005 году Агентство по информатизации и связи (АИС) издало, без обсуждения в парламенте, правила, контролирующие процесс регистрации доменных имен в домене .kz. АИС может приостановить или отозвать регистрацию при определенных обстоятельствах, в том числе, если серверы не расположены на территории страны. Наблюдатели подвергли критике процесс регистрации как необоснованно ограничительный и открывающий возможности для злоупотреблений. Представитель Организации по безопасности и сотрудничеству в Европе (ОБСЕ) по свободе СМИ обратился к правительству с просьбой отменить эти правила. В декабре 2005 года правительство сочло оскорбительным содержание материалов на сатирическом веб-сайте британского комика Саши Барона Коуэна, и аннулировало регистрацию домена .kz.

По различным оценкам, число регулярных пользователей Интернета в стране составляет от 100000 до 600000 человек (от 0,7 процента до 4 процентов населения), и практически все эти пользователи проживают в городских районах. Правительство распорядилось сократить в течение года стоимость доступа в несколько раз для расширения доступа в Интернет. Правительство сообщило, что число пользователей Интернета за первые девять месяцев этого года возросло на 50 процентов, и этот рост произошел благодаря сокращению расценок.

В течение года министр культуры и информации подчеркивал необходимость расширения доступа в Интернет для населения, но при этом неоднократно заявлял, что необходимо усилить контроль за Интернетом со стороны государства и положить конец распространению клеветы и лжи о государственных чиновниках.

Академические свободы и культурная жизнь

Государство в целом не ограничивало академические свободы; тем не менее, ученым, как и журналистам, нельзя было нарушать некоторые ограничения, например, критиковать президента и его семью.

b. Свобода ирных собраний и объединений

Свобода собраний

Законодательство предусматривает определенную свободу собраний, однако на практике это право значительно ограничивалось, и полиция применяла силовые методы для срыва мирных демонстраций. Несанкционированные собрания, публичные митинги, марши, демонстрации, незаконное пикетирование и забастовки, которые подрывают социальную и политическую стабильность, по закону квалифицируются как угроза национальной безопасности.

22 декабря президент подписал законодательный акт, отменяющий принятые в апреле 2005 года поправки к закону о выборах, в соответствии с которыми запрещались любые связанные с выборами демонстрации в период с окончания голосования до объявления официальных результатов Центральной избирательной комиссией (ЦИК).

Принятый в феврале 2005 года закон «Об экстремизме» запрещает «экстремизм» во время митингов и демонстраций. Закон не дает четкого определения понятию «экстремизм». Наблюдатели от правоохранительных организаций выражали озабоченность тем, что этот закон может использоваться как средство сдерживания критики, подавления оппозиции и ограничения свободы вероисповедания, хотя в течение года закон в этих целях не использовался.

В соответствии с законодательством, регулирующим проведение публичных собраний, организации обязаны обращаться к местным органам власти за получением разрешения на проведение демонстрации или публичного митинга, как минимум, за 10 дней, в противном случае мероприятие считается незаконным. Представители оппозиции и наблюдатели от правозащитных организаций жаловались, что сложность процедур и требование об уведомлении за 10 дней затрудняют проведение публичных митингов и демонстраций, и сообщали, что местные власти отказывают в удовлетворении большинства заявок на проведение демонстраций. Организаторов несанкционированных собраний, в том числе собраний политических партий, часто задерживали на непродолжительный срок и штрафовали (см. раздел 3). Оппозиционные партии иногда принимали решение о проведении несанкционированных митингов, за что их члены подвергались арестам, задержаниям и штрафам.

Власти разогнали несколько собраний в память убитого лидера оппозиции Алтынбека Сарсенбайулы (см. раздел 1.a.). 26 февраля алматинская полиция попыталась помешать примерно 4000 гражданам пройти маршем до Площади Республики для проведения митинга в память Сарсенбайулы и жертв политических репрессий. После митинга несколько организаторов и участников были задержаны и провели в местной тюрьме от 5 до 15 суток, несколько человек были оштрафованы на значительные суммы. Власти арестовали и оштрафовали участников аналогичных митингов 26 февраля в Астане, 5 марта в Кызыл-орде и 26 апреля в Алматы.

6 июня власти не разрешили представителям оппозиционной партии «Алга!» присутствовать на слушаниях в Верховном суде, где рассматривалась апелляция партии по поводу отказа ей в регистрации. Тогда несколько членов «Алга!» установили на ступенях здания аудиосистему. Полиция попыталась отобрать эту аудиосистему, но после того как столкнулась с сопротивлением, избила и задержала нескольких сторонников «Алга!», в том числе руководителя партии Асылбека Кожахметова, по обвинению в проведении несанкционированной демонстрации.

12 июля активисты оппозиционных движений «За справедливый Казахстан» и «Социалистическое сопротивление» попытались получить у акима города Актобе разрешение на проведение митинга. Власти дали ответ только накануне запланированного митинга, да и тот был расплывчатым. Организаторы были вынуждены отменить мероприятие.

20 августа несколько сотен жителей Актау собрались на центральной площади, чтобы потребовать отставки областного и городского акимов, которых собравшиеся обвиняли в коррупции и кумовстве. Организаторы заранее разрекламировали митинг, распространив листовки, взывающие к этническому национализму и резко критикующие акимов. Полиция разогнала митинг и арестовала около 20 участников. По сообщениям СМИ, полиция использовала дубинки и щиты, несколько митингующих получили ранения во время столкновений. На следующий день аким области выступил с заявлением для прессы, в котором охарактеризовал произошедшее как хулиганство, спровоцированное находившимися в нетрезвом состоянии репортерами информационной службы новостей «31 канала». Большинство сообщений СМИ опровергали информацию, содержащуюся в пресс-релизе (см. раздел 2.a.).

26 ноября примерно 100 владельцев автомобилей с правой рулевой колонкой провели в Алматы акцию протеста против предполагаемого запрета на их автомобили. Полиция разогнала манифестантов, лидер митингующих был арестован и оштрафован за проведение несанкционированного митинга.

Свобода объединений

Закон обеспечивает определенную свободу объединений, тем не менее, на практике имели место существенные ограничения в отношении реализации этого права. Любая общественная организация, созданная гражданами, включая религиозные группы, подлежит регистрации в Минюсте, а также в его управлениях в каждой области, где организация осуществляет свою деятельность. В отношении общественной или религиозной организации, деятельность которой выходит за рамки ее устава, могут быть приняты такие меры, как предупреждение, штраф, приостановка деятельности и, наконец, запрет на деятельность. Участие в незарегистрированных общественных организациях может повлечь за собой административную или уголовную ответственность, например в виде штрафов, роспуска, условного осуждения или лишения свободы. Запрет незарегистрированных организаций часто использовался властями как предлог для вмешательства в деятельность организаций. Общественная организация, в том числе религиозная группа, чтобы быть зарегистрированной на местном уровне, должна насчитывать 10 членов, а для регистрации на республиканском уровне - иметь отделения более чем в половине областей страны. Политические партии и профессиональные союзы считались общественными организациями, но в отношении их регистрации действовали особые дополнительные требования. Закон требует, чтобы в партии состояло не менее 50 тысяч членов, в том числе по одной тысяче членов в каждой области, и запрещает создавать партии по национальному, половому или религиозному принципу (см. раздел 3). Закон запрещает членство в профсоюзах или политических партиях для военнослужащих, сотрудников органов национальной безопасности и правоохранительных органов, а также судей.

По сообщениям НПО, процесс регистрации являлся достаточно упорядоченным, хотя нередко на различных стадиях регистрационного процесса имела место коррупция среди чиновников, что увеличивало стоимость регистрации. Многие организации для ускорения прохождения бюрократической процедуры регистрации нанимали юристов или других консультантов, что также увеличивало расходы на регистрацию. Размер официального регистрационного сбора был существенно сокращен в декабре 2005 года. В основном НПО и активисты гражданского общества сообщали о том, что периодичность государственных инспекций и проверок снизилась по сравнению с предыдущим годом. Однако НПО, занимающиеся правоохранной и политической деятельностью, сталкивались с более серьезными административными задержками и препятствиями (см. раздел 4). Алматинский Хельсинский комитет и Международное бюро по правам человека Казахстана сообщали, что несколько молодежных политических движений в течение года сталкивались с преследованиями и имели проблемы с регистрацией.

В соответствии с принятым в феврале 2005 года законом об экстремизме, членство в некоторых запрещенных организациях является уголовно наказуемым преступлением. По состоянию на конец года единственной организацией, запрещенной по этому закону, была исламистская политическая организация ХТ. В течение года несколько членов ХТ были привлечены к ответственности по обвинениям в экстремизме и терроризме. Хотя ХТ утверждала, что отвергает насилие, она пропагандировала ненависть и превозносила террористические акты. Издаваемая этой партией литература откровенно антисемитского и антизападного содержания призывала к свержению светских правительств, в том числе в Центральной Азии, и созданию вместо них всемирного исламского государства, так называемого «халифата».

c. Свобода вероисповедания

Конституция и законодательство гарантируют свободу вероисповедания, и большинство религиозных общин в основном исповедовали свою религию без какого-либо вмешательства со стороны официальных органов власти. Должностные лица более высокого уровня или суды обычно брали на себя роль посредника, чтобы исправить иногда имевшие место попытки местных должностных лиц ограничить отправление религиозных обрядов некоторыми нетрадиционными группами. Религиозные лидеры высоко отзывались о роли правительства в обеспечении их прав на мирное исповедование религиозных верований. Некоторые из них считают защитниками свободы вероисповедания во властных структурах бывшего руководителя секретариата Совета по связям с религиозными объединениями, а ныне заместителя руководителя недавно созданного Комитета по делам религий (КДР), и Управление Уполномоченного по правам человека.

Конституция и законодательство определяют страну как светское государство. Свободе вероисповедания способствовали в целом дружественные отношения между различными конфессиями в обществе. Страна является многонациональной и имеет давние традиции терпимости и секуляризма. Население, особенно в сельской местности, иногда настороженно относится к нетрадиционным религиям. Власти приглашали лидеров двух крупнейших конфессий - ислама и русской православной церкви - к совместному участию в ряде государственных мероприятий. Лидеры других конфессий также иногда участвовали в некоторых государственных мероприятиях. В сентябре Президент Назарбаев принимал в Астане второй Конгресс мировых религий, в котором участвовали самые различные религиозные группы, в том числе нетрадиционные. В ходе подготовки к конгрессу Назарбаев публично отметил и высоко оценил существующую в стране традицию межнациональной и межконфессиональной терпимости.

В июле 2005 года к закону о религии были приняты поправки, которые ограничили правовые гарантии свободы вероисповедания. В соответствии с этим законом, религиозные группы должны регистрироваться как в республиканских государственных органах, так и в тех областях, где у них имеются общины. Миссионеры должны проходить регистрацию ежегодно, при этом они должны иметь официальное приглашение от зарегистрированной религиозной организации. К заявлению на регистрацию должны прилагаться все предполагаемые к использованию материалы; использование материалов, не прошедших проверку во время процедуры регистрации, является незаконным. Только зарегистрированные организации могут выступать в качестве юридического лица при покупке или аренде недвижимости, найме сотрудников или вступлении в иные правовые отношения.

Большинство религиозных групп, в том числе представители религиозных меньшинств и нетрадиционных конфессий, сообщали, что на практике поправки существенно не отразились на религиозной деятельности. Однако незарегистрированные группы сообщали о возросшем количестве судебных исков против них и увеличении размера штрафов за отсутствие регистрации. Некоторые религиозные группы также критиковали излишнюю требовательность процедуры регистрации в части представления информации, когда от них требуют сообщать сведения о национальной принадлежности, семейном положении, религиозном образовании, месте работы и членстве в политических организациях. Часто помощь в решении проблем с регистрацией на местном уровне оказывал КДР.

Члены Совета церквей евангельских христиан-баптистов сообщали, что они подвергались притеснениям со стороны правоохранительных органов за отсутствие регистрации. Совет проводит политику необращения в официальные органы и неприятия регистрации в странах бывшего Советского Союза по религиозным соображениям, а также из-за преследований и притеснений со стороны официальных властей в советские времена. Хотя власти, как правило, не принимали мер, чтобы обеспечить исполнение судебных решений о получении регистрации или об уплате штрафов входящими в состав Совета общинами, был отмечен рост масштабов преследований, размеров штрафов и количества судебных дел. Имел место случай, когда власти поместили пастора под стражу на трое суток за неуплату штрафа. Кроме того, в течение года были случаи, когда местные представители КНБ или сотрудники полиции разгоняли собрания, проходившие в молельных или частных домах. В мае в Алматинской области была задержана и оштрафована группа из 10 пасторов за чтение проповедей и распространение религиозной литературы без регистрации.

По сообщениям СМИ, члены незарегистрированного движения “Таблиг Джамаат», исламской миссионерской группы, также задерживались и подвергались штрафам за религиозную деятельность без регистрации. В сентябре прокурор Актау выдвинул обвинения в административных правонарушениях против нескольких членов «Таблиг» за то, что они проповедовали свое вероучение в мечети в поселке Кызыл-Тобе. Каждый из пяти членов организации был оштрафован на 51500 тенге (400 долларов). В октябре полиция арестовала шестерых членов этой группы в городе Экибастуз за проведение теологической лекции в местной мечети. Лидер группы был оштрафован на 51500 тенге (400 долларов).

Хотя Духовное управление мусульман Казахстана (ДУМК), объединение мечетей и духовенства, номинально является независимым и не имеет официального статуса, поступали сообщения о том, что власти пытались заставить независимые мечети и мусульманское духовенство войти в эту группу, чтобы обеспечить единообразное соблюдение общепринятых обрядов богослужения. По сообщениям прессы, ДУМК само выступало с критикой небольших мусульманских групп, таких как Ахмади, Бахаи и Суфи, утверждая, что их учения противоречат принципам ислама.

У национального Религиозного центра Свидетелей Иеговы в целом складывались позитивные отношения с республиканскими органами власти, однако, по информации группы, в течение года имело место несколько случаев, когда она подвергалась преследованиям со стороны местных властей. Хотя организации Свидетелей Иеговы зарегистрированы на республиканском уровне, в Астане, Алматы и в тринадцати областях, Религиозный центр Свидетелей Иеговы с 2001 года неоднократно предпринимал попытки зарегистрироваться в Атырауской области, но безуспешно. Атырауская областная прокуратура утверждала, что группа постоянно не соблюдает требования законодательства о регистрации. В этом году группа не подавала заявления на регистрацию; в последний раз, когда группа подавала заявление в декабре 2005 года, ей отказали на том основании, что не был представлен полный комплект необходимых для регистрации материалов. По утверждению центра, местные чиновники иногда отказывали группе в разрешении арендовать стадионы и другие крупные общественные или частные объекты для проведения религиозных собраний. При этом центр сообщил также, что органы власти по-разному реагировали на эти обращения. Ни одно другое религиозное объединение не сообщало о фактах отказа в разрешении на проведение общественных собраний.

Руководство Карасайского района, расположенного неподалеку от Алматы, продолжало борьбу за право собственности на землю, используемую кришнаитской общиной. В апреле апелляционный суд оставил без изменения решение суда более низкой инстанции, предписывавшее возврат земли районным властям, поскольку фермер, у которого кришнаиты приобрели землю в 1999 году, не имел на нее свидетельства о собственности, и, следовательно, земля не была должным образом приватизирована. 25 апреля в коммуне появились местные чиновники, намеревавшиеся выселить кришнаитов. Последователи Харе Кришна оказали мирное сопротивление, а представители местных властей не стали прибегать к силовым методам. Кришнаиты подали апелляцию в Верховный суд. 24 августа Верховный суд отклонил апелляцию кришнаитов, никак не прокомментировав постановления судов более низкой инстанции.

После этого отказа КДР сформировал специальную комиссию для урегулирования этого вопроса и обещал, что никаких действий против коммуны больше предпринято не будет до тех пор, пока комиссия не закончит свою работу. По отзывам некоторых участников, комиссия была неорганизованной и субъективной; лидеры общины утверждали, что ее создали просто для того, чтобы не допустить критики правительства накануне Конгресса мировых религий, который проводился в стране в сентябре. 21 ноября, практически не известив жителей, в поселок прибыли представители органов власти Карасайского района с судебными постановлениями на руках и в сопровождении бульдозеров, грузовиков и ОПОНа. Представители властей перекрыли все доступы к поселку, отключили электричество и снесли несколько домов, уничтожив при этом личное имущество и оставив домовладельцам без крыши над головой и без компенсации. Полицейские избили нескольких кришнаитов и арестовали, как минимум, одного жителя поселка, который протестовал против их действий. Полиция попыталась не допустить к месту событий наблюдателей. Снос домов происходил без ведома КДР и до опубликования результатов работы специальной комиссии. 22 декабря комиссия опубликовала свое решение, однако до конца года ей не было предпринято никаких шагов по урегулированию ситуации. Представители властей утверждали в публичных комментариях после принятия этого решения, что кришнаиты нарушили различные законы о землепользовании и не являются жертвами дискриминации по принципу религиозной принадлежности. Хотя наблюдатели полагали, что действия карасайских властей были продиктованы главным образом финансовым интересом, связанным с земельным участком, кришнаиты утверждали, что местные власти выбрали их в качестве объекта своих действий из-за того, что они являются представителями нетрадиционной религиозной общины. Местные чиновники критиковали кришнаитов как незаконную и опасную религиозную группу, в телевизионном интервью от 25 апреля представитель карасайского акимата заявил, что кришнаиты опасны для страны, и кришнаизм «не признается в качестве религии».

23 октября городской административный суд Усть-Каменогорска признал иностранного гражданина виновным в нарушении целей въезда, указанных в его деловой визе, в связи с тем, что он выступил с лекцией в законно зарегистрированной протестантской церкви. Этот иностранный гражданин работал администратором в местном университете и посещал эту церковь в течение многих лет. Суд оштрафовал его на 41200 тенге (322 доллара) и принял решение о высылке из страны. 14 ноября суд апелляционной инстанции оставил в силе решение об административном штрафе, но отменил решение о высылке, при условии, что ответчик покинет страну добровольно.

По мнению наблюдателей, сотрудники службы безопасности неофициально вели наблюдение за некоторыми направлениями религиозной деятельности, в частности за проповедями мусульманских имамов; однако сообщений о том, что какое-то наблюдение привело затем к вмешательству или преследованиям, не поступало.

Общественные преследования и дискриминация

Еврейская община, составляющая менее 1 процента от численности населения, имеет синагоги в нескольких крупных городах, в том числе в Алматы, Астане и Павлодаре. Сообщений о проявлениях антисемитизма, помимо распространения антисемитской литературы запрещенной экстремистской исламистской политической организацией ХТ, не поступало. Главный раввин страны постоянно высоко отзывался об активной работе правительства по защите еврейской общины.

Органы власти предпринимали шаги по укреплению религиозной терпимости среди своих сотрудников. МВД проводит семинары для полицейских по вопросам уважительного отношения к представителям религиозных меньшинств. В программу обучения сотрудников правоохранительных органов по вопросам прав человека, организованного НПО совместно с правительством, также была включена информация о религиозных правах, предусмотренных законодательством.

Более подробная информация приводится в Докладе о соблюдении религиозных свобод в мире за 2006 год ( 2006 International Religious Freedom Report).

d. Свобода передвижения внутри страны, выезда за рубеж, эмиграции и возвращения на родину

Законодательство предусматривает эти права, но в отношении них имелись некоторые регулятивные ограничения. Граждане и иностранцы, находящиеся в стране свыше пяти дней, должны были регистрироваться в органах миграционной полиции. Иностранцы, въезжающие в страну, могут зарегистрироваться на определенных пограничных пунктах. Регистрация в большей части страны, как правило, носила характер обычной формальной процедуры, однако некоторые иностранные граждане сообщали, что местные власти систематически требовали взяток, чтобы оформить регистрацию. С лиц, проходящих в качестве подозреваемых по уголовным делам, часто требовалась дача подписки о невыезде. Граждан регулярно задерживали для выяснения личности без всякого подозрения в совершении уголовных преступлений (см. раздел 1.d.).

Хотя от граждан не требовалось получение разрешений на временный выезд за границу, сохранялись случаи, когда выезд из страны может быть запрещен, включая ситуации, когда в отношении выезжающего возбуждено уголовное или гражданское дело, когда он не отбыл срок заключения или не выполнил обязательную воинскую обязанность. В разрешении на выезд могло быть отказано тем, кто в ходе оформления выезда представил ложные документы; также осуществлялся контроль в отношении поездок военнослужащих, находящихся на действительной службе. В соответствии с законом о национальной безопасности, лица, имевшие доступ к государственным секретам, должны были получить разрешение на временный выезд из страны по месту их работы в государственном учреждении.

То, как суды трактовали ограничения, связанные с условным освобождением, и ограничения на совершение поездок, а МВД обеспечивало их соблюдение, создавало помехи для деятельности лидеров оппозиции. Лидер оппозиции Галымжан Жакиянов, который был освобожден из заключения 14 января (см. раздел 1.e.), 24 апреля был не допущен к посадке на рейс, следовавший в Брюссель, где он должен был выступать в Европейском Парламенте. По условиям его условно-досрочного освобождения, ему не требовалось получать разрешение на выезд, но МВД по согласованию с Павлодарским областным судом ввело такое условие задним числом для оправдания своих действий. 3 мая МВД отказало Жакиянову в разрешении отправиться из Алматы в Астану для участия в проходившем там 6 мая круглом столе с участием высокопоставленного иностранного должностного лица, а 26 мая ему было отказано в разрешении на поездку в Москву. Однако власти разрешали Жакиянову совершать поездки по территории страны в целях, не связанных с политикой. Заместителю председателя оппозиционной партии “Настоящий Ак Жол» Булату Абилову также запретили выезд в Брюссель 24 апреля. 23 апреля он был вызван полицией в Караганду по поводу якобы имевшего место в июле 2005 года уголовного эпизода и запретили ему выезжать из страны, пока не будет определена дата судебного заседания (см. раздел 3).

Законодательство запрещает принудительную высылку из страны, и власти не использовали эту меру.

Закон предусматривает право на эмиграцию и на возвращение на родину, и власти, как правило, обеспечивали реализацию этих прав на практике. Исключение составляет закон о национальной безопасности, согласно которому, лицам, имевшим доступ к государственным секретам, выезд на постоянное место жительства за рубеж разрешается только по истечении пяти лет после их ухода с государственной службы. Для эмиграции требовалось разрешение на выезд на постоянное место жительства; получение этого разрешения требовало прохождения проверки на наличие судимости в прошлом, наличие непогашенной задолженности и получения согласия от иждивенцев, что они не возражают против выдачи разрешения на выезд.

Для посещения некоторых районов в приграничной зоне по границе с Китаем или городов, расположенных в непосредственной близости к военным объектам, иностранцам требовалось предварительное разрешение. Власти продолжали объявлять определенные районы закрытыми для иностранцев, ввиду их близости к военным базам или к космодрому Байконур. На практике иностранцы могли посещать эти объекты, получив предварительное разрешение от МВД.

Государство проводило политику стимулирования возвращения в Казахстан всех этнических казахов, проживающих за рубежом, и оказания им содействия в этом. Для этнических казахов и их семей, которые бежали из страны в сталинские времена и хотели бы вернуться, обеспечивался особый иммиграционный режим. Эти репатрианты в принципе имеют право на получение гражданства и многие другие льготы. Другим лицам, в том числе и этническим казахам, которые не считаются беженцами сталинского периода, требовалось подать заявление для получения разрешения на возвращение. Для всех областей были установлены квоты на принятие репатриантов; за исключением Алматы и южных областей, граничащих с Узбекистаном, эти квоты остались невыбранными.

Защита беженцев

Законодательство предусматривает предоставление убежища или статуса беженца в соответствии с Конвенцией ООН “О статусе беженцев” 1951 года и дополнительным протоколом к ней от 1967 года, однако система обеспечения защиты беженцев создана не была. Отсутствие законодательства, обеспечивающего реализацию положений конвенции в полном объеме, давало возможность избирательно подходить к решению проблем беженцев, и оставляло неясными многие аспекты статуса беженцев, например, имеет ли беженец право на трудоустройство. На практике власти обычно обеспечивали определенную защиту от принудительной репатриации, т.е. возвращения беженцев в страну, где он опасается преследования. В отличие от 2005 года, в 2006 году ни одного случая принудительного возвращения беженцев в Узбекистан не было.

Власти обычно регистрировали обращающихся за убежищем лиц и определяли их статус на основе консультаций с Управлением Верховного комиссара ООН по делам беженцев (УВКБ), исключение составляли граждане стран Содружества Независимых Государств (СНГ) и Китая (см. ниже). Политическое убежище может предоставлять только Президент, но в течение года таких случаев не было. В некоторых случаях нуждающимся в убежище и беженцам разрешалось оставаться в стране до тех пор, пока УВКБ не найдет готовую их принять третью страну. Хотя власти регистрировали беженцев, уже находящихся в стране, никаких беженцев для переселения не принимали. Кроме этого, власти предоставляли временную защиту некоторым лицам, в том числе некоторым афганским беженцам, которые, возможно, не могут рассматриваться в качестве беженцев в соответствии с конвенцией 1951 года и протоколом 1967 года.

На практике статус беженцев или статус, связанный с предоставлением убежища, не предоставляется гражданам стран СНГ и Китая. Правительство заявляет, что гражданам стран СНГ статус беженца не может требоваться по определению ввиду свободы перемещения, которая обеспечивается безвизовым режимом в рамках СНГ. В отношении граждан СНГ применяются положения законодательства о миграции, в соответствии с которыми они получают определенный временный статус, который периодически продляется, но полная защита в соответствии со статусом беженцев не обеспечивается. Гражданам Китая никакого правового статуса не предоставляется, но неофициально к ним относятся терпимо. По сообщениям правозащитников, на практике многие беженцы из стран СНГ и Китая не обращаются за получением официального статуса. Те, кто обращался за защитой в УВКБ ООН, как правило, имели доступ к соответствующим процедурам, и власти в основном признавали удостоверения беженцев, выданные УВКБ ООН.

В течение года УВКБ сообщало о расширении сотрудничества с официальными органами в деле оказания содействия беженцам и лицам, обратившимся за политическим убежищем. Власти обычно предоставляли доступ сотрудникам УВКБ к задержанным иностранцам для выяснения, отвечают ли они требованиям, установленным для получения статуса беженцев. Власти обычно проявляли терпимость в обращении с находящимися в стране беженцами, за исключением нескольких граждан бывших советских республик. Часто власти не разрешали регистрировать беженцев без паспортов или тех из них, кто проник в страну нелегально, хотя УВКБ помогало в решении этих вопросов в отношении тех лиц, желавших получить политическое убежище, которые находились под мандатом УВКБ ООН.

Агентство по миграции было включено в состав Министерства труда и социальной защиты и переименовано в Комитет по миграции, который продолжал работать совместно с УВКБ и местным НПО “Правовая защита беженцев в Казахстане” по рассмотрению заявлений на получение статуса беженца. В соответствии с Минской конвенцией о миграции в СНГ, правительство не признавало чеченцев беженцами. Во взаимодействии с УВКБ и чеченскими организациями, власти предоставляли без указания срока действия, но, тем не менее, временный вид на жительство чеченцам, до того момента, пока они не смогут вернуться домой в безопасные условия. Несмотря на наличие процедуры временной регистрации чеченцев, стабильно поступали сообщения о том, что чеченцы не имели такого же доступа к регистрации, как остальные, и для получения регистрации часто прибегали к даче взяток местным чиновникам.

24 июня КНБ был задержан узбекский беженец Габдурафих Темирбаев в ответ на запрос об экстрадиции, полученный от Правительства Узбекистана. 15 августа власти освободили Темирбаева, передав его на попечение УВКБ. УВКБ опасалось, что по возвращении в Узбекистан его жизни будет угрожать опасность и высоко отозвалось о действиях правительства в отношении этого дела.

Правительство имело соглашение с Китаем о взаимном недопущении присутствия этнических сепаратистов на территории своих стран. Среди правозащитников сохранялась обеспокоенность по поводу тех последствий, которые это соглашение может иметь для проживающих в стране китайских уйгуров, и в течение года были сообщения о принудительной репатриации в Китай уйгуров, хотя никого из тех, у кого имелось удостоверение УВКБ, в Китай не депортировали. В июле власти задержали Аркина Ярмамата Сабирова, этнического уйгура и гражданина Китая, по неизвестным причинам. Его жена от его имени обратилась за предоставлением убежища, но ни семье, ни УВКБ не была предоставлена возможность встретиться с Сабировым в течение периода его содержания под стражей. 23 октября алматинский суд оправдал его, и он был выпущен на свободу. Он исчез сразу же после освобождения, и сотрудники УВКБ опасались, что он мог быть депортирован в Китай.

Раздел 3. Соблюдение политических прав: право граждан на смену власти

Конституция и законодательство предусматривают демократическую форму правления на основе всеобщего избирательного права для граждан старше 18 лет; на практике власти жестко ограничивали право граждан на смену власти в своей стране. В соответствии с Конституцией, власть сосредоточена в руках президента, которому предоставлены значительные возможности контролировать законодательную и судебную ветви власти, а также органы местного управления. Президент назначает и снимает с должности большинство высших должностных лиц в правительстве, в том числе премьер-министра, кабинет министров, генерального прокурора, председателя КНБ, а также председателя и членов Центризбиркома, который осуществляет контроль за проведением президентских и парламентских выборов. Парламент ни разу не отверг предложенную президентом кандидатуру. Внесение изменений или дополнений в Конституцию фактически требует согласия президента.

Выборы и политическое участие

В декабре 2005 года в стране прошли президентские выборы. По свидетельству ОБСЕ, несмотря на некоторое улучшение ситуации с организацией этих выборов в предвыборный период, президентские выборы декабря 2005 года не соответствовали ряду обязательств в рамках ОБСЕ и другим международным стандартам проведения демократических выборов. Оппозиция тоже отмечала, что в ходе президентских выборов были допущены многочисленные нарушения.

ОБСЕ в своем заключении отмечала несколько областей, в которых отмечаются улучшения по сравнению с проведением предыдущих президентских выборов, включая то, что до участия в выборах было допущено несколько кандидатов, работа ЦИК носила более прозрачный характер, и были исправлены недостатки в процедуре голосования, которые отмечались в ходе предыдущих выборов, государственные средства массовой информации, как правило, выполняли свои определенные законом обязанности по предоставлению бесплатного эфирного времени кандидатам, а ЦИК реагировала на жалобы кандидатов от оппозиции и независимых кандидатов об отказе в предоставлении доступа к каналам СМИ. Большинство членов низовых избирательных комиссий были должным образом подготовлены и имели все необходимое для проведения голосования, однако в составе этих комиссий были недостаточно представлены оппозиционные партии. ЦИК расширил сотрудничество с ОБСЕ и предоставил аккредитацию большому числу иностранных наблюдателей.

ОБСЕ отмечала, что ни одна из рекомендации ОБСЕ в отношении законодательной базы не была выполнена. ОБСЕ сообщала о необоснованном вмешательстве властей в ход избирательной кампании, серьезных ограничениях в отношении политических выступлений, которые запрещали критику президента, неравном доступе к средствам массовой информации для кандидатов от оппозиции и независимых кандидатов, отказе властей в большинстве случаев выдать оппозиции разрешение на проведение собраний, об ограничениях в отношении проведения митингов на улицах, о несоответствии требованиям мест для проведения голосования, недостаточном доступе к рекламе для оппозиционных и независимых кандидатов, а также об общей атмосфере запугивания. Часто поступали сообщения о срыве мероприятий оппозиции по предвыборной агитации с помощью организованных акций протеста, которые, как сообщалось, иногда приводили к столкновениям; сотрудники избирательных штабов оппозиции подвергались преследованиям, избиениям и арестам; членов оппозиции задерживали за несанкционированные собрания. Местные, международные и зарубежные НПО также подвергались пристальному контролю со стороны официальных властей в период проведения выборов. В оценке ОБСЕ отмечались явные улучшения в системе электронного голосования, которые произошли с момента ее внедрения в 2004 году, но критиковалось отсутствие механизма для проверки достоверности или контрольной проверки результатов выборов.

Из свыше 1000 случаев якобы имевших место нарушений, которые были переданы на рассмотрение в суды, лишь небольшая часть были признаны действительно имевшими место. Власти вынесли порицание более чем 50 должностным лицам, в основном местным администраторам выборов и членам участковых избирательных комиссий. В целом власти отвергли многие претензии по поводу нарушений в ходе избирательного процесса и не провели полномасштабного расследования по ним.

Несколько изменений, внесенных в законодательство в 2005 году, ограничили возможности оппозиции беспрепятственно вести предвыборную борьбу против действующего президента Нурсултана Назарбаева. Поправки запрещали проведение относящихся к выборам демонстраций и митингов в период с момента окончания голосования до опубликования Центризбиркомом официальных результатов выборов (см. раздел 2.b.), хотя 22 декабря власти отменили этот запрет. Поправки также ограничивают деятельность политических блоков, от которых требуется наличие координационного совета и письменного межпартийного соглашения. Поправки к закону о политических партиях, принятые в июле 2005 года, требуют присутствия не менее 1000 делегатов от двух третей областей страны, а также от городов Астана и Алматы, на учредительном съезде партии. Кроме того, партии должны собрать 50000 заверенных подписей и иметь, как минимум, 700 членов в каждой области и в городах Астана и Алматы, чтобы зарегистрироваться в ЦИК, а также зарегистрироваться в каждой областной избирательной комиссии для окончательного оформления регистрации. Поправки также запрещают политическим партиям иметь названия, которые похожи на названия ликвидированных политических партий. После президентских выборов ОБСЕ опубликовала окончательный вариант отчета, в котором было рекомендовано внести многочисленные изменения в законодательство для совершенствования законодательной базы проведения выборов. До конца года правительство приняло только одну из них – отменило запрет на проведение связанных с выборами демонстраций в течение периода после окончания голосования.

В июне президент издал указ о проведении экспериментальных выборов 30 процентов районных и городских акимов (глав районных администраций и мэров) сроком на четыре года. В соответствии с разработанными ЦИК правилами, областные акимы (губернаторы), которые назначаются президентом, имели исключительные полномочия по выдвижению кандидатов на должности глав администраций и мэров. Областные губернаторы должны были предложить, как минимум, двух кандидатов на каждую должность. Исключительное право голосовать за выдвинутых кандидатов предоставлялось избираемым прямым голосованием местным законодательным органам (маслихатам).

20 октября состоялись экспериментальные выборы. Маслихаты избрали 49 глав районных администраций и 10 мэров (представляющих почти 30 процентов существующих в стране административно-территориальных единиц). В некоторых случаях кандидатов на должности областных губернаторов рекомендовала президентская партия «Отан», и большинство участвовавших в выборах кандидатов были членами партии «Отан». Предвыборная агитация проводилась, но в основном она была направлена на формирование мнения членов маслихатов и широко не освещалась. ЦИК и наблюдатели сообщали, что выборы прошли без серьезных процедурных нарушений. Демократические активисты и лидеры оппозиции широко критиковали закрытый характер этого процесса, и не рассматривали это мероприятие как выборы.

Доминирующую роль в политической жизни играла партия «Отан» Президента Назарбаева, и с октября в парламенте был только один представитель оппозиции. Физические лица и зарегистрированные партии могли выдвигать кандидатов и участвовать в выборах, только если они соответствовали определенным критериям. Например, кандидаты на пост президента должны были представить финансовые отчеты, пройти тест на знание казахского языка и представить 85000 подписей в поддержку своей кандидатуры. На пост президента могли претендовать и независимые кандидаты. Политические партии должны регистрировать личные данные своих членов, включая дату и место рождения, адрес и место работы. Такое условие отбивало у многих граждан желание вступать в политические партии. Имелись заслуживающие доверия сообщения о том, что лиц, поступающих на государственную службу, в принудительном порядке обязывали вступать в пропрезидентскую партию «Отан».

По состоянию на конец года существовало девять зарегистрированных политических партий, в том числе оппозиционные партии «Ак Жол», «Настоящий Ак Жол» и Коммунистическая партия Казахстана. На конец года получения регистрации ожидали партии «Алга!», «Атамекен» и Национальная социал-демократическая партия. 17 марта Минюст зарегистрировал партию «Настоящий Ак Жол» после того, как один из ее сопредседателей, Сарсенбайулы, был убит. Минюст продолжал отказывать оппозиционной партии «Алга!» в регистрации, несмотря на предпринимаемые ей попытки зарегистрироваться. В сентябре, несмотря на активные, но безуспешные судебные разбирательства, партия вновь инициировала процедуру регистрации; по состоянию на конец года «Алга!» еще не была зарегистрирована. 22 декабря в рамках мер по консолидации пропрезидентских партий партии «Асар», «Гражданский альянс» и Аграрная партия объединились с президентской партией «Отан». Название партии поменялось на «Нур Отан».

Власти ограничивали деятельность политической оппозиции, требуя соблюдения обременительных положений о регистрации, усложняя процесс получения регистрации или отказывая партиям в регистрации, обвиняя критиков в клевете (см. раздел 2.a.), предъявляя обременительные требования по получению разрешений на проведение собраний, отказывая в выдаче таких разрешений, устраивая разгон митингов оппозиции (см. раздел 2.b.), арестовывая лидеров оппозиции по политически мотивированным обвинениям и не разрешая лидерам оппозиции совершать поездки (см. раздел 2.d.).

Законодательством запрещено создание партий по национальному, половому или религиозному принципу (см. раздел 3). Принятие незаконных пожертвований наказывается штрафом, административным арестом на срок до 15 суток и запрещением деятельности политической партии. Политические партии также могут быть оштрафованы, или их деятельность может быть приостановлена, если они не зарегистрируются, или не пройдут перерегистрацию или не представят ежегодный финансовый отчет.

24 июля Темиртауский городской суд признал виновным сопредседателя партии «Настоящий Ак Жол» Булата Абилова в нападении на лейтенанта полиции и оскорблении должностного лица во время проведения предвыборной агитации за кандидата от оппозиции Жармахана Туякбая в ходе президентских выборов 2005 года. Абилов и его сторонники утверждали, что обвинения были политически мотивированы. Суд приговорил его к трем годам лишения свободы условно с двухлетним испытательным сроком, и из-за этой судимости он не может зарегистрироваться в качестве кандидата на будущих выборах. В рамках отдельного дела его обвинили в мошенничестве и уклонении от налогов в связи с его прошлой предпринимательской деятельностью и не разрешили выезжать из страны, пока идет следствие. По состоянию на конец года, судебный процесс продолжался.

Из 39 мест в сенате женщины занимают два, и 8 из 77 депутатских мест в нижней палате парламента. Среди членов Правительства было четыре женщины. Традиции порой мешали женщинам занять высокие посты или играть активную роль в политической жизни (см. раздел 5), хотя закон никак не ограничивает участие женщин и представителей меньшинств в политике. В составе сената было 7 неказахов, и 14 неказаха - в нижней палате парламента. Среди членов Правительства было три неказаха.

Коррупция в государственных органах и их открытость

Коррупция оставалась серьезной проблемой, в том числе в органах исполнительной власти, в различных правоохранительных органах, местных администрациях, в системе образования и в судебной системе. Ответственность за борьбу с коррупцией возложена на МВД, финансовую полицию, КНБ и Дисциплинарную комиссию Агентства по делам государственной службы. Лидеры оппозиции обвиняли государственные органы в безудержном росте коррупции.

Правительство предпринимало определенные шаги по решению проблемы и уделяло ей повышенное внимание, проводя просветительские мероприятия и принимая меры по повышению информированности общественности. В соответствии с принятым в апреле 2005 указом, направленным на борьбу с коррупцией, были реструктурированы дисциплинарные советы во всех областях, им было предписано повысить степень подотчетности и открытости и сократить государственное вмешательство в предпринимательскую деятельность. Большинство дел о коррупции расследуются финансовой полицией и КНБ под надзором Генеральной прокуратуры.

Должностные лица нижнего и среднего звена, а также мелкие политические деятели привлекались к ответственности по обвинению в коррупции. Случаев привлечения к судебной ответственности высокопоставленных чиновников по обвинению в коррупции не было.

Законодательство обязывает государство, общественные организации, должностных лиц и средства массовой информации предоставлять гражданам информацию, которая затрагивает их права и интересы; на практике запросы граждан на предоставление информации своевременно не удовлетворялись.

Хотя парламент публиковал несколько законопроектов, отчетов о парламентских дебатах и иногда протоколы голосования, многие аспекты парламентской деятельности оставались вне поля зрения общественности. Аккредитованные журналисты и представители общественных организаций могут наблюдать за ходом некоторых парламентских заседаний по видеомониторам из отдельного помещения. Стенограммы парламентских заседаний общественности не предоставляются. В течение года парламентские обсуждения по спорным правовым актам были закрытыми для общественности и СМИ.

Раздел 4. Отношение властей к расследованиям международными и неправительственными организациями предполагаемых нарушений прав человека

Ряд местных и международных правозащитных групп, как правило, осуществляли деятельность эффективно, пользуясь относительной свободой в том, что касалось проведения расследований и опубликования результатов по фактам нарушения прав человека, однако власти ограничивали определенные виды деятельности большинства местных и международных правозащитных НПО. Международные правозащитные группы сообщали, что власти продолжали внимательно следить за деятельностью НПО, которые занимались деликатными темами, и отмечали случаи преследований, включая визиты полиции, произвольные налоговые расследования и наблюдение за офисами и сотрудниками НПО.

К числу наиболее активных правозащитных НПО, действующих в стране, относились Казахстанское международное бюро по правам человека (КМБПЧ), Алматинский Хельсинский комитет, Республиканская сеть независимых наблюдателей, Конфедерация НПО, международная организация по вопросам реформирования пенитенциарной системы «Penal Reform International» и Адил Соз. Вопросами гражданских свобод, прав человека и защиты меньшинств занимаются менее 10 процентов НПО; эти организации подвергаются наиболее жесткому государственному контролю, сталкиваясь, в частности, с трудностями при получении регистрации и приобретении помещений под офисы и технических средств, с периодическими налоговыми и финансовыми проверками, а также с ограничениями юридического характера. Сотрудники местных НПО часто подвергались преследованиям и запугиванию со стороны властей.

НПО сообщали о сокращении количества расследований и преследований со стороны официальных органов по сравнению с 2005 годом, годом президентских выборов, когда власти использовали налоговые, иммиграционные и другие административные расследования для проведения допросов международных и местных НПО по поводу их деятельности. НПО расценивали эти действия как попытку запугивания и ограничения их деятельности.

25 июля президент подписал указ «О концепции развития гражданского общества в Казахстане на», в котором изложил государственный взгляд на развитие гражданского общества в стране. Документ вызвал неоднозначную реакцию со стороны сообщества НПО и не оказал сколько-нибудь существенного влияния на развитие гражданского общества в течение года.

Как правило, официальные органы не препятствовали приезду в страну международных правозащитных НПО и международных организаций, занимающихся проблематикой прав человека, чтобы встретиться с местными правозащитными группами, а также с государственными должностными лицами. Правительство сотрудничало с ОБСЕ и ее миссией. ООН, Международная организация по миграции и Международное общество Красного Креста также свободно осуществляли свою деятельность в стране.

Законы о национальной безопасности, в том числе поправки к законодательству о национальной безопасности, внесенные в июле 2005 года, запрещают иностранным гражданам, международным организациям, НПО и другим некоммерческим организациям осуществлять политическую деятельность, например, агитировать за или против партий или кандидатов или пытаться оказать влияние на ход выборов. В соответствии с поправками к законодательству о национальной безопасности от июля 2005 года, некоммерческая организация (НКО) должна представлять в налоговые органы информацию о своих учредителях, деятельности и зарубежных источниках финансирования, а также сообщать о доходах, имуществе, расходах и предоставлять сведения о сотрудниках. Международным организациям запрещается финансировать незарегистрированные структуры. Наблюдатели критиковали эти положения законодательства за расплывчатость формулировок.

Генеральная прокуратура приостановила внепартийную деятельность зарубежных НПО по развитию политических партий на основании положений Конституции. К НПО, действующим в неполитической сфере, например, оказывающим поддержку женщинам и детям или занимающимся вопросами окружающей среды, власти, как правило, относились благосклонно.

Президентская комиссия по правам человека представляет собой консультативный и совещательный орган, в состав которого входит 22 члена из числа представителей общественности. Члены комиссии назначаются президентом. Комиссия рассматривает и расследует жалобы, готовит рекомендации, следит за соблюдением международных конвенций по правам человека и публикует ежегодные доклады о соблюдении прав человека. У комиссии нет юридических полномочий по принятию мер, направленных на пресечение нарушений прав человека или по реализации своих рекомендаций на практике. В мае 2005 года комиссией был опубликован доклад, в котором анализировалось 1500 жалоб по поводу нарушений прав человека и содержались рекомендации для государственных ведомств. Большинство жалоб касались решений судов, действий правоохранительных органов и нарушений прав человека в ходе проверок или расследований.

Расследования по жалобам граждан на нарушения их прав государственными органами проводит назначаемый президентом уполномоченный по правам человека (омбудсман). Он не уполномочен расследовать жалобы, касающиеся президента, руководителей государственных ведомств, парламента, правительства, конституционного совета, генеральной прокуратуры, ЦИК и судов. Управление Уполномоченного по правам человека имеет право обращаться к президенту, в правительство или парламент для решения вопросов, связанных с жалобами граждан, сотрудничать с международными правозащитными организациями и НПО, встречаться с государственными должностными лицами по вопросам нарушений прав человека, получать доступ на некоторые объекты, в частности посещать воинские части и исправительные учреждения, а также публиковать результаты расследований в средствах массовой информации. Уполномоченный по правам человека также публикует ежегодные доклады о соблюдении прав человека. В течение года Уполномоченный по правам человека регулярно проводил брифинги для прессы и публиковал регулярные доклады с анализом жалоб, по которым проводилось расследование. В течение года уполномоченный по правам человека получил 2613 жалоб и сообщил о восстановлении прав в 162 случаях. Многие из жалоб касались решений судов, в отношении которых у омбудсмана нет полномочий. Некоторые правозащитные НПО признавали заслуги Уполномоченного по правам человека, рассматривая его в качестве ценного защитника прав человека в структурах власти, другие же полагали, что омбудсман находится под влиянием властей и не проводит расследования достаточно энергично.

Наблюдатели из числа правозащитников внутри страны отмечали, что хотя определенная работа, заслуживающая признания, и была проделана теми, кто расследовал случаи нарушения прав человека, возможности Управления Уполномоченного по правам человека и Комиссии по правам человека по прекращению нарушений прав человека и принятию санкций в отношении нарушителей были ограничены. Несколько правозащитников критиковали создание многочисленных государственных комиссий, которые номинально занимаются проблемами прав человека, но ни одна из них не имеет независимых полномочий по возбуждению уголовных дел по факту нарушения прав человека или коррупции. 25 июля Конституционный совет отклонил проект поправок, которые позволили бы омбудсману принимать участие в рассмотрении судебных дел, связанных с правами человека.

20 марта президент подписал указ о создании Государственной комиссии по разработке и конкретизации программы демократических реформ (Комиссии по демократизации) в целях проведения общенационального диалога по вопросам реформирования политической системы и углубления демократических преобразований. Комиссию возглавляет президент, и в ее состав входят высокопоставленные должностные лица государства, законодатели и представители политических партий и общественных организаций. К участию в работе комиссии были приглашены и представители от оппозиционных партий, но многие из них отказались, высказав озабоченность по поводу структуры и истинной цели создания комиссии. В течение года комиссия проанализировала и обсудила ряд предложений, а также выступала в роли главного механизма государства для обсуждения демократических реформ в стране. Активисты правозащитных организаций и лидеры оппозиции критиковали подход «сверху» и характер диалога и процесса принятия решений под контролем властей, а также отсутствие конкретных изменений по результатам работы комиссии.

Раздел 5. Дискриминация, притеснения в обществе и торговля людьми

Законом запрещается дискриминация по признаку расы, пола, инвалидности, языка или социального положения, однако, правительство не обеспечивало эффективной реализации данного положения. Существовали проблемы насилия в отношении женщин, торговли людьми и дискриминации в отношении инвалидов, гомосексуалистов и лиц неказахской национальности в государственных органах.

Женщины

Проблему представляло насилие против женщин, в том числе бытовое насилие. Отдельного закона о бытовом насилии, но по таким преступлениям могут применяться статьи Уголовного кодекса об ответственности за побои и умышленное нанесение телесных повреждений. Максимальное наказание за избиение супруга составляет 10 лет лишения свободы, как и за любое умышленное нанесение тяжких телесных повреждений.

За первые девять месяцев этого года полицией было рассмотрено свыше 10 тысяч заявлений о бытовом насилии, и заведено 1157 уголовных дел. Кроме этого, по 4700 заявлениям приняты меры административного воздействия, включая штрафы. НПО сообщали, что фактическое количество преступлений, связанных с насилием в семье, намного превышает количество случаев, о которых сообщается в полицию.

Проблему представляло нежелание сотрудников правоохранительных органов заниматься расследованием случаев насилия в семье; полиция отказалась расследовать одну треть заявлений о насилии в семье, посчитав их семейными делами. Полиция вмешивалась только в тех случаях, когда считала, что насилие угрожало жизни. По оценкам НПО, полиция провела расследования только по 10 процентам заявлений о насилии в семье.

НПО сообщали, что женщины часто забирали свои заявления из-за экономической незащищенности. В тех случаях, когда жертвы все же настаивали на возбуждении уголовного дела по факту насилия в семье или супружеского изнасилования, полиция иногда пыталась убедить их этого не делать. В тех случаях, когда дела о насилии в семье доходили до суда, обвинение, как правило, предъявлялось в нанесении легких телесных повреждений, и виновные приговаривались к заключению в трудовой колонии с облегченным режимом или к минимальному сроку общественных работ - от 120 до 180 часов. Приговоры за более серьезные нанесения телесных повреждений, включая супружеские побои, составляли от трех месяцев до трех лет лишения свободы; максимальный срок лишения свободы, предусмотренный за избиение при отягчающих обстоятельствах, составляет 10 лет.

Наказание за изнасилование, включая супружеское изнасилование, составляет от 3 до 15 лет лишения свободы. Власти сообщали, что в течение первых семи месяцев года было возбуждено 892 уголовных дела по факту изнасилования, что на 7 процентов больше по сравнению с аналогичным периодом прошлого года. По результатам расследования, примерно 400 дел было передано в суд. НПО объясняют увеличение количества расследований возросшей осведомленностью женщин о своих законных правах. По закону, прокурор не может возбудить дело об изнасиловании при отсутствии отягчающих обстоятельств, таких как групповое изнасилование, если сама жертва не подаст заявление. После подачи заявления уголовное расследование по делу уже не может быть прекращено, если жертва отказывается от первоначальных показаний или от дальнейшей помощи следствию. Целью данного положения является стремление защитить жертву от принуждения. Имелись отдельные сообщения о нежелании полиции и суда предпринимать действия по делам об изнасиловании и супружеском изнасиловании.

По данным Союза кризисных центров Казахстана, в стране действует 22 кризисных центра, оказывающих помощь женщинам, а также ряд более мелких НПО, которые также оказывают определенную помощь. В четырех из этих кризисных центров также предоставляется приют жертвам насилия; еще два приюта финансируются правительством.

Проституция законом не запрещена, хотя проституция по принуждению, проституция, связанная с организованной преступностью, и действия, способствующие проституции, такие как содержание притона или организация преступной группы, занимающейся проституцией, являются противозаконными. В течение первых девяти месяцев года государственные органы сообщали о 241 уголовном деле по преступлениям, связанным с проституцией. Проституция являлась серьезной проблемой. НПО сообщали, что в состав преступных групп, занимавшихся организацией проституции, часто входили работники местных правоохранительных органов.

Торговля женщинами по-прежнему представляла проблему (см. раздел 5, Торговля людьми)

Сохранялась проблема сексуального домогательства. Закон запрещает только некоторые формы сексуального домогательства, и, по мнению экспертов по правовым и гендерным вопросам, законодательство не обеспечивает достаточных средств решения проблемы. Сообщения о случаях сексуального домогательства поступали, но ни по одному из этих случаев жертвам не предоставлялась защита в соответствии с законом, и не было сообщений о передаче каких-либо дел в суд.

Конституция и законодательство гарантируют мужчинам и женщинам равные права и свободы. Однако в течение года государственный уполномоченный по правам человека и президентская Комиссия по правам человека публично обращали внимание на проблему дискриминации в отношении женщин. По данным Управления Уполномоченного по правам человека, женщины в сельской местности сталкиваются с более серьезной дискриминацией, чем женщины, проживающие в городах, и с более частым проявлением насилия в семье, ограниченными возможностями по получению образования и трудоустройству, ограниченным доступом к информации и с дискриминацией в вопросах земельных и имущественных прав. Комиссия по правам человека при президенте разделяла эту озабоченность и сообщала об ухудшении возможностей по трудоустройству женщин.

Согласно официальным данным за 2005 год, размер оплаты труда женщин в среднем составлял 61,1 процента от зарплаты мужчин, а средняя заработная плата женщин в 2005 году была на 147,7 процентов выше, чем средняя зарплата женщин в 2003 году. Женщины пользовались неограниченным доступом к высшему образованию.

Дети

Правительство выполняло обязательства по защите прав детей, хотя ограниченность бюджетных средств и другие приоритеты серьезно ограничивали эффективность государственных органов в обеспечении благополучия детей. В январе правительство создало Комитет по защите прав ребенка при Министерстве образования и науки.

Образование до 16 лет включительно или в объеме девяти классов является обязательным; обучение в начальной школе начинается обычно в возрасте 6 лет. Начальное и среднее образование было бесплатным и всеобщим. Закон гарантирует мальчикам и девочкам равный доступ к образованию. По данным Министерства образования, в течение года школу посещало свыше 98% детей школьного возраста. Закон предусматривает доступность государственного образования для детей беженцев и нелегальных мигрантов. В некоторых случаях таким детям отказывали в возможности посещать школу, или их родители не пытались их туда определить, опасаясь выявления и депортации.

Закон предусматривает обеспечение медицинского обслуживания для всех детей независимо от пола, и медицинское обслуживание предоставлялось на практике.

Имелись сообщения о жестоком обращении с детьми, однако характерной социальной модели такого явления не просматривалось. В течение года МВД в 1137 случаях лишило родительских прав родителей, которые подвергали своих детей жестокому обращению.

Несовершеннолетние в возрасте 16 лет и старше имеют право напрямую обращаться в суд по вопросам, связанным с их интересами.

За первые пять месяцев года генеральная прокуратура сделала 218 официальных предупреждений, подала пять исков и инициировала три уголовных расследования по вопросам нарушения прав ребенка в детских домах, школах-интернатах и центрах временного содержания для несовершеннолетних правонарушителей. НПО сообщали о том, что все больше детей в этих учреждениях становятся жертвами насилия.

Существовала проблема торговли девочками (см. раздел 5, Торговля людьми).

Существовали проблемы детского труда, детской проституции и порнографии (см. раздел 6.d.).

Торговля людьми

Торговля людьми запрещена законом, но проблема продолжала существовать. Свидетельств о систематической причастности государственных чиновников к торговле людьми не было, хотя коррупция среди работников правоохранительных органов имела широкое распространение.

2 марта правительство приняло комплекс поправок к законодательству с целью расширения своих возможностей по проведению расследований в отношении торговцев людьми, их преследования в судебном порядке и признания виновными. Эти поправки также включают положения, направленные на увеличение объема ресурсов, выделяемых на защиту жертв и превентивные меры. До принятия новых поправок был утвержден Национальный план действий на , призванный обеспечить координацию действий Минюста, Министерства внутренних дел (МВД), Министерства иностранных дел (МИД), Министерства труда и социальной защиты, Министерства образования и науки, Министерства культуры, информации и спорта, КНБ, Национальной комиссии по делам семьи и женщин и Генеральной прокуратуры – всех ведомств, которые в той или иной степени отвечают за борьбу с торговлей людьми. В процессе разработки этого законодательства правительство также тесно сотрудничало с международными организациями и местными НПО. Торговля людьми теперь наказывается лишением свободы на срок до 7 лет. То же деяние в отношении несовершеннолетнего влечет за собой лишение свободы на срок до 10 лет. В случае вывоза жертвы за рубеж максимальное наказание увеличивается до 10 лет, или до 12 лет в том случае, если жертвой является несовершеннолетнее лицо. Максимальный срок лишения свободы составляет 15 лет применительно к случаям, когда преступление совершается организованной преступной группой, если преступные деяния привели к смерти жертвы или к другим «тяжким последствиям» в отношении жертвы.

Казахстан являлся страной-источником, страной транзита и страной назначения в целях незаконной торговли людьми. Существовала также проблема торговли людьми внутри страны. Достоверных данных о ежегодном количестве жертв не имелось, но по оценкам НПО эта цифра составляла несколько тысяч. Многие НПО сообщали о росте показателей выявления жертв за последний год, что можно объяснить более широкой информированностью о проблеме. По оценкам Международной организации по миграции (МОМ), тысячи граждан ежегодно становились объектами торговли, при этом отмечалась тенденция к росту числа иностранных граждан, ввозимых в страну для трудовой эксплуатации. Людей вывозили в Объединенные Арабские Эмираты (ОАЭ), Турцию, Израиль, Южную Корею, Грецию, Россию и Западную Европу. Попадали они в страну из Кыргызской Республики, Узбекистана, Таджикистана и Южной Азии.

Основным объектом торговли с целью сексуальной эксплуатации были молодые девушки в подростковом возрасте и в возрасте 20 с лишним лет. По сведениям МОМ, большинство женщин было завербовано с помощью обещаний хорошей работы или замужества за границей. Туристические фирмы, агентства по трудоустройству и брачные агентства часто вербовали жертв по объявлениям, обещая высокооплачиваемую работу за границей. Также использовались предложения принять участие в международных конкурсах красоты. Имелись сообщения, что новых жертв вербовали женщины, которые ранее сами стали жертвами трафика. Многие жертвы, по-видимому, знали или, по крайней мере, подозревали, что будут работать проститутками, но не предполагали, что придется работать в рабских условиях. Большинство таких лиц попадали в страну назначения по поддельным паспортам, которые они получали из-за рубежа, чаще всего из России или Кыргызской Республики.

Наиболее подвержены риску стать жертвами торговли были молодые люди из числа воспитанников детских домов, независимо от пола, и жители сельских и экономически неблагополучных районов.

В страну с целью трудовой эксплуатации незаконно ввозились мужчины и женщины; также незаконно ввозились дети для использования на сельскохозяйственных работах. По данным МОМ, количество ввезенных в страну людей для принудительного труда в течение года возросло. Должностные лица обычно не проводили различия между незаконными трудовыми мигрантами и жертвами торговли людьми. Поступали заслуживающие доверия сообщения о том, что организованные преступные группировки торговцев людьми поставляли в Астану и в другие города рабочих-строителей. Работодатели и соучастники торговли людьми обычно держали у себя паспорта ввезенных рабочих во время их пребывания в стране. Жертвы сообщали о том, что торговцы людьми, чтобы заставить их работать, использовали долговую зависимость, насилие или угрозы насилия.

По подозрениям НПО, во все формы торговли людьми, по всей вероятности, вовлечена организованная преступность.

Несмотря на то, что в течение года было принято более жесткое законодательство, некоторые НПО продолжали критически отзываться о том количестве дел, которое возбуждается по факту торговли людьми. Преследования в судебном порядке за торговлю людьми возбуждались редко.

По сообщениям Минюста, в течение первых восьми месяцев года было возбуждено 18 уголовных расследований, но только пять были переданы в суд. В 2005 году власти расследовали 29 дел, по результатам которых предстали перед судом и были признаны виновными 13 торговцев людьми. Однако признанные виновными торговцы обычно получают условные приговоры и срок в тюрьме не отбывают. Несколько арестов и расследований освещались в прессе.

Власти стремились наладить сотрудничество с официальными органами как в странах назначения, куда торговцы отправляли их граждан, так и в странах-источниках, откуда жертвы ввозились в Казахстан. Посольства в зарубежных странах оказывали помощь жертвам торговли людьми; в 2005 году Министерство иностранных дел (МИД) оказало содействие в возвращении на родину 22 граждан, что меньше, чем в 2004 году, когда таких случаев было 36.

Свидетельств о систематической причастности государственных чиновников к торговле людьми не было, хотя коррупция среди работников правоохранительных органов, в том числе в миграционной и пограничной службе, имела широкое распространение и способствовала торговле людьми.

В феврале было принято законодательство, в соответствии с которым жертвам торговли людьми предоставлялся временный вид на жительство, чтобы обеспечить их безопасное возвращение на родину или участие в судебном деле против торговцев. Жертвы торговли людьми уже не рассматривались по законодательству как незаконные мигранты и не подвергались депортации или другим санкциям в качестве таковых. НПО, работающие с иностранцами-жертвами торговли людьми, сообщали о том, что власти оказывали содействие, обеспечивая административную поддержку при возвращении на родину установленных жертв торговли людьми.

Государство активизировало свои усилия по обеспечению защиты жертв и оказанию им содействия, хотя существуют значительные пробелы в том, что касается уровня помощи, необходимого жертвам. НПО организовывали работу кризисных центров, которые предоставляли правовую и материальную помощь и консультации в соответствии с официальной договоренностью с правительством. В некоторых случаях власти предоставляли НПО скидки с арендной платы и оказывали иную поддержку. Как правило, НПО сообщали о качественном сотрудничестве с государственными должностными лицами по вопросам координации оказания помощи жертвам торговли людьми.

МОМ совместно с 19 НПО по всей стране продолжали вести информационную кампанию об опасностях торговли людьми; для жертв торговли людьми действовали горячие линии. У Минюста также действовали отдельные горячие линии, которыми жертвы торговли людьми могли воспользоваться для сообщения о преступлениях или получения информации. Власти организовывали специальное обучение для сотрудников правоохранительных и других государственных органов с целью совершенствования навыков по распознаванию, расследованию случаев торговли людьми и расширения возможностей по возбуждению уголовных дел. МВД продолжало обучение сотрудников миграционной полиции в рамках комплексной образовательной программы по вопросам противодействия торговле людьми на базе Учебного центра подготовки специалистов по борьбе с незаконной миграцией и торговле людьми, созданного в августе 2005 года.

Генеральная прокуратура осуществляла контроль за обязательным лицензированием туристических агентств и проводила в течение года их инспектирование с целью выявления агентств, причастных к торговле людьми.

В течение года власти поощряли публикацию в СМИ сообщений о предпринимаемых ими усилиях по борьбе с торговлей людьми. Государство продолжало выпускать в эфир социальную рекламу, предоставляемую международными организациями на русском и казахском языках. Государственным и частным средствам массовой информации вменялось в обязанность предоставлять эфир для этих материалов.

Министерство образования сообщало, что учебная программа во всех средних школах и колледжах включала темы, посвященные проблеме торговли людьми. По сведениям Министерства образования, в большинстве высших учебных заведений имелись информационно-аналитические центры, занимавшиеся вопросами повышения информированности о торговле людьми, наряду с другими темами. В рамках нового Национального плана действий, в программу преподавания права в высшей школе был включен раздел, посвященный торговле людьми.

Лица с ограниченными способностями

Закон запрещает дискриминацию в отношении лиц с ограниченными способностями в вопросах трудоустройства, образования, доступа к медицинскому обслуживанию и получения других государственных услуг. Однако имелись сообщения о том, что дискриминация в этих областях представляла проблему. Закон предусматривает обязательное обеспечение инвалидам доступа в здания, хотя власти не обеспечивали соблюдения этого требования. В сентябре правительство приняло новый закон, который разрешал инспекторам проверять здания на соответствие требованиям законодательства об обеспечении доступа инвалидам и взимать значительные штрафы за несоблюдение этих требований; закон вступает в силу в 2007 году.

Граждане с умственными недостатками могли быть помещены в государственные учреждения без их согласия и судебной проверки. Правда, на практике их туда помещали, как правило, в молодом возрасте родственники. Учреждения находились в плохом состоянии и финансировались недостаточно. Имелись сообщения о том, что детские дома для детей с задержкой физического и умственного развития переполнены и находятся в антисанитарном состоянии, при нехватке работников для обеспечения необходимого ухода за детьми. По наблюдениям КМБПЧ, государство почти совсем не заботилось о лицах с ограниченными умственными способностями из-за отсутствия средств.

Государство не ограничивало право голоса для лиц с ограниченными способностями и обеспечивало возможность проголосовать на дому для тех, кто не мог прийти на избирательный участок из-за инвалидности. Главным государственным ведомством, отвечающим за защиту прав людей с ограниченными способностями, является Министерство труда и социальной защиты; содействие в этом деле также оказывают Министерство здравоохранения и Министерство образования.

Национальные/расовые/этнические меньшинства

Власти продолжали отдавать предпочтение этническим казахам при назначении на высшие государственные должности (см. Раздел 3).

Казахский язык является официальным государственным языком, хотя организации и органы местного самоуправления могут официально использовать русский язык наравне с казахским. Большинство этнических русских считали, что русскому языку следует придать статус второго государственного языка. Законом о языках предполагалось расширить использование казахского языка без ущемления прав граждан на использование других языков. В действительности, у государства не хватало средств, чтобы сделать образование на казахском языке всеобщим.

Другие притеснения в обществе и дискриминация

Хотя в прессе не сообщалось о дискриминации по признаку половой ориентации, и официальной статистики об этом не имелось, сообщения о такой дискриминации поступали. Представители международных организаций сообщали, что, учитывая отношение общества к маргинальным группам, включая гомосексуалистов, эти группы не желали открыто о себе заявлять, что затрудняло их доступ к программам борьбы с ВИЧ/СПИД. Законодательство запрещает дискриминацию в отношении ВИЧ-инфицированных и больных СПИДом, однако наблюдатели отмечают, что существующее в силу культурных традиций неприязненное отношение к пользователям наркотиков и другим группам риска продолжает сказываться на общем доступе к информации, услугам, лечению и уходу.

Раздел 6. Права работников

a. Право на объединение

Законом предусмотрено право на свободу организации и создания союзов. На практике власти ограничивали осуществление этого права, в результате чего большинство работников не могли вступать в профсоюзы или создавать их по своему усмотрению. Власти оказывали значительное влияние на профсоюзные организации и более благосклонно относились к связанным с государством профсоюзам, чем к независимым. Самое крупное профсоюзное объединение – Федерация профсоюзов, преемник бывших организаций трудящихся советской эпохи, которые в то время активно поддерживались государством, остается и теперь связанной с государством на практике. Как минимум, одна треть работников состояла в профсоюзах.

Для получения юридического статуса, профсоюз должен был подать заявление на регистрацию в Минюст. Процедура регистрации во многом схожа с процедурой, предусмотренной для других общественных организаций (см. Раздел 2.b.).

Закон запрещает деятельность иностранных профсоюзов и запрещает финансирование союзов иностранными юридическими или физическими лицами, иностранными государствами и международными организациями.

Законодательство гарантирует работникам защиту от направленной против профсоюзов дискриминации, но на практике имелись нарушения этого права. Членов некоторых профсоюзов увольняли, переводили на низкооплачиваемую работу или понижали в должности, в отношении них имели место угрозы и запугивания. Лидеры профсоюзов сообщали, что некоторые работники, увольняемые якобы по другим причинам, на самом деле, увольнялись в наказание за их профсоюзную деятельность. В течение года исков в суд на таком основании не подавалось. Руководители профсоюзов также сообщали о случаях, когда крупные работодатели создавали условия, неблагоприятные для создания профсоюзов и ведения переговоров о заключении коллективного договора.

b. Право на организацию и заключение коллективного договора

Закон защищает права профсоюзов на осуществление своей деятельности без вмешательства. В действительности же имели место сообщения о давлении со стороны властей на представителей профсоюзов в ходе трехсторонних переговоров. Закон разрешает вести коллективные переговоры и заключать коллективные договоры; профсоюзы и их объединения на практике вели переговоры о заключении коллективных договоров. Коллективные договоры разрешались при условии, что они не снижали степень защиты работников, предусмотренную для них в индивидуальных контрактах или в законодательстве. По данным Федерации профсоюзов, примерно 75 процентов предприятий, где существуют профсоюзы, имели коллективные договоры.

Требования профсоюзов, неприемлемые для администрации, могли быть переданы на рассмотрение трехсторонней комиссии, в состав которой входят представители правительства, объединения работодателей и профсоюзов. Трехсторонняя комиссия отвечает за подготовку и подписание ежегодных коллективных договоров, регулирующих примерно 80% аспектов трудовых отношений. Трудовое законодательство предусматривает заключение индивидуального контракта между работодателями и каждым работником.

Закон предусматривает право на забастовку, но реализация этого права сопровождается многочисленными правовыми ограничениями; государство определяло перечень отраслей и предприятий, предоставляющих услуги первой необходимости, забастовки на которых запрещались. По закону, работники могут объявить забастовку, только если трудовой спор не был разрешен через существующие обязательные процедуры арбитража. Забастовщики должны в обязательном порядке уведомить работодателей за 15 дней до забастовки. Закон не разрешает и не запрещает увольнения сотрудников за участие в незаконной забастовке. На практике имели место сообщения о том, что работодатели на произвольных основаниях увольняли сотрудников, пытавшихся организовать забастовку.

В конце сентября работники угольных шахт и металлургических комбинатов крупного международного конгломерата в Карагандинской области провели серию забастовок после того, как 20 сентября в результате взрыва в шахте погиб 41 шахтер. Эти забастовки, в которых в конечном итоге приняли участие тысячи рабочих, закончились примерно 5 октября после того, как компания согласилась значительно повысить заработную плату, улучшить безопасность труда и выплатить значительные денежные компенсации семьям жертв несчастного случая. Хотя эти забастовки и не соответствовали требованиям законодательства, никаких санкций за участие в забастовке против рабочих не последовало.

Зон переработки беспошлинного сырья на экспорт не существует.

c. Запрещение принудительного или насильственного труда

Законом запрещается использование принудительного или насильственного труда, в том числе детей, за исключением случаев его использования по приговору суда или в условиях чрезвычайного или военного положения, однако поступали сообщения о том, что такая практика существует (см. Раздел 5).

d. Запрещение детского труда и минимальный возраст для трудоустройства

Закон защищает детей от эксплуатации на рабочем месте. Минимальный возраст для найма на работу составляет 16 лет; детям в возрасте от 14 до 16 лет разрешалось выполнять легкую работу, которая не причиняет вреда здоровью и не нарушает учебный процесс, и только с разрешения родителей. Государство проводило проверки условий труда для обеспечения соблюдения требований о минимальном возрасте для трудоустройства, но меры по обеспечению соблюдения норм не всегда осуществлялись успешно, учитывая нехватку ресурсов для проведения проверок, обширную территорию страны и неблагополучную экономическую ситуацию в сельских районах.

Правительство не вело статистику в отношении детского труда. НПО и активисты сообщали, что детский труд систематически используется в сельскохозяйственных районах, особенно в период уборки урожая. В городских районах становление все более формализованного рынка труда в стране привело к тому, что сократились масштабы использования многих форм детского труда. Однако имели место сообщения о детях, занимающихся попрошайничеством, разгрузкой грузов, доставкой товаров на рынках, мойкой машин и работающих на автозаправочных станциях. Также поступали сообщения об использовании детей в проституции и порнографии. За соблюдение законодательства о детском труде и за административные правонарушения, наказываемые штрафом, отвечает Министерство труда (Минтруда); за расследование уголовных преступлений отвечает МВД. За первые девять месяцев года Минтруда сообщил о 94 уголовных делах, связанных с использованием детского труда. В 2005 году правительство приступило к реализации трехлетней программы Международной организации труда по ликвидации детского труда. В рамках реализации этой программы в июне правительство провело 12-дневную национальную кампанию по привлечению внимания к проблеме детского труда и сосредоточению внимания на его предотвращении. В течение года правительство также сотрудничало с профсоюзами, работодателями и НПО по вопросам информирования и обеспечения межведомственного взаимодействия в деле ликвидации детского труда.

Существовала проблема торговли детьми (см. Раздел 5).

e. Приемлемые условия труда

Минимальная заработная плата в стране составляла 9200 тенге ($72,40), что не обеспечивало достойного уровня жизни для работника и его семьи, правда, в рабочих семьях, как правило, было более одного работающего, и большинство работников в городских районах получали зарплату выше минимальной. Прожиточный минимум составляет $70,10 (8912 тенге). В течение первой половины этого года средняя месячная заработная плата составляла $297,20 (37769 тенге).

По закону нормальная продолжительность рабочей недели не должна превышать 40 часов, а тяжелая физическая или опасная работа не должна превышать 36 часов в неделю. В соответствии с законодательством, сверхурочное время работы не может превышать 2 часов в календарный день или один час в день в случае тяжелой физической работы, при этом оплата сверхурочных работ должна производиться по ставкам, как минимум, в полтора раза превышающим обычную ставку. При опасных условиях использовать сверхурочные работы запрещено. Закон предусматривает, что продолжительность рабочего времени, выходные дни, праздники и ежегодный оплачиваемый отпуск могут оговариваться в индивидуальных трудовых соглашениях с каждым работником.

Министерство труда обеспечивало соблюдение норм трудового законодательства в отношении минимальной зарплаты, продолжительности рабочего дня и сверхурочных работ. Инспекторы Министерства труда проводили выборочные проверки работодателей с целью обеспечения выполнения всех законов и положений в пределах своей компетенции. Несмотря на такие выборочные проверки, как сообщали профсоюзные активисты, некоторые работодатели регулярно нарушали эти законы.

Закон предусматривает право на безопасные и здоровые условия труда. В действительности условия труда и безопасности в промышленности, сельском хозяйстве и строительстве часто оказывались ниже стандартных требований. Рабочие на фабриках обычно не имели защитной одежды, защитных очков, касок, и работали в условиях плохой видимости и вентиляции.

Руководство предприятий в основном игнорировало требования законодательства в отношении охраны жизни и здоровья работников, исполнение которых не контролировалось Министерством труда должным образом. За первую половину года, по сообщениям министерства, было проведено 11900 проверок, в ходе которых выявлено 70000 нарушений. В дополнение к проверкам, проводимым министерством, на предприятиях, где существуют профсоюзные организации, проверки также проводились профсоюзами. По закону работодатели должны останавливать работы, которые могут поставить под угрозу жизнь или здоровье работающих, и предупреждать рабочих о любых вредных или опасных условиях труда, а также об опасности возникновения любых профессиональных заболеваний. Хотя в законе конкретно не оговорено право рабочих отказываться от выполнения работ, представляющих угрозу их здоровью или безопасности, без ущерба сохранению рабочего места, считается, что это право подразумевается общими правовыми положениями об охране труда; на практике не возникало проблем с тем, чтобы рабочие не могли отказаться от выполнения работ, если условия труда были небезопасными.

Источник:     http://www.usembassy.kz/documents/hrr-2006-kazakhstan-ru.html