Три хита сезона

Заканчивается 2007 год. В конце года принято подводить его итоги, выделять главные события, осмысливать произошедшее и пытаться заглянуть в будущее. Что нам запомнилось в уходящем году? С какими чувствами мы его провожаем и встречаем 2008 год? …Если попытаться одним словом охарактеризовать 2007 год, то это «кризис». Кризис политический, экономический, финансовый. Будут ли преодолены в наступающем году кризисные явления или же кризис станет углубляться?

Под сенью «Рахатгейта»

А ведь начинался 2007-й на оптимистической ноте. В январе мы получили 30-процентную надбавку к зарплате. 28 февраля глава государства озвучил свое ежегодное послание народу Казахстана «Новый Казахстан в новом мире». Президент торжественно заявил, что мы перестали быть государством третьего мира. Перед государственными органами была поставлена задача роста качества жизни казахстанцев, нового этапа казахстанского развития – ускорения всесторонней модернизации, нашего общеказахстанского проекта – ускоренного продвижения в сообщество пятидесяти наиболее конкурентоспособных стран мира, реализация дальнейших системных демократических реформ, своего «казахстанского пути» политического транзита. Многообещающие перспективы.

Что же получилось в реальности? В реальности перспективы натолкнулись на большие проблемы: «Рахатгейт», осенний всплеск цен на товары и услуги первой необходимости, трудности банков с ликвидностью и финансированием экономики, и многое другое. Суровые реалии жизни, определившие главные события 2007 года.

«Рахатгейт», несомненно, стал главным политическим событием 2007 года. Как сказал один из высокопоставленных фигурантов этого дела, «всю страну ведь на дыбы поставили с этим «Рахатгейтом». Справедливые слова, поскольку все главные события политического года прошли под сенью «Рахатгейта».

К сегодняшнему дню «Рахатгейт» настолько разросся, что в нем существуют и переплетаются несколько линий развития событий, которые вытекают из двух моментов. Первый: изгнание Рахата Алиева из Казахстана и его противостояние с президентом Назарбаевым. Второй: приписываемое экс-зятю прослушивание и обнародование телефонных разговоров влиятельных лиц Казахстана.

Если говорить о первом моменте, то он со всей убедительностью продемонстрировал нам кризис нынешнего политического режима, кризис самой его сердцевины – Семьи. Раньше мы только догадывались о планах Семьи на наследование власти. Теперь это уже не тайна, мы узнали об этом из первых уст. Причем разногласия в благородном семействе по поводу того, кто должен стоять у власти после 2012 года, и стали причиной публичного скандала.

Распечатки телефонных разговоров раскрыли нам тайные механизмы функционирования Семьи, понимаемой в широком смысле слова. Мы узнали новых персонажей, благодаря которым этот механизм функционирует. Сила постсоветского политического режима в его секретности, тайне. На поверхности он выглядит как обычная государственно-политическая машина. Но есть тайный, невидимый механизм этой машины, и «Рахатгейт» приоткрыл завесу тщательно и жестко охраняемой тайны.

Три хита сезона

Принятые в мае конституционные поправки с главной среди них, разрешившей нынешнему президенту не ограничивать сроки своего пребывания в верховной власти, несомненно, входят в число важнейших событий 2007 года. Отсюда начала раскручиваться спираль «Рахатгейта». Пожизненное президентство Назарбаева – один из главных хитов сезона, который Казахстан подарил миру.

Другой хит сезона, прозвучавший из Казахстана на весь мир, – парламентские выборы, подарившие нам однопартийный нуротановский парламент. Наша политическая система завоевывает в современном мире славу экстремальной: если президентство – то пожизненное, если парламент – то стопроцентно принадлежащий одной партии.

Третья новость из Казахстана – избрание страны председателем ОБСЕ на 2010 год. Усилия режима, включая Рахата Алиева, когда он был одной из его ключевых фигур, увенчались успехом. Как же нам реагировать на это событие? По этому поводу между различными политическими силами разгорелась нешуточная дискуссия. Мое мнение таково: успех режима может стать успехом страны, если режим в полном объеме выполнит те обещания, которые он дал международному сообществу в случае избрания его председателем ОБСЕ.

…А много ли надежд на это? Если исходить из того, что мы имеем на сегодняшний день, в частности, во взаимоотношениях власти со СМИ, то надежд таких режим фактически не дает. Здесь я выделяю два важных, с моей точки зрения, события. Первое: угроза закрытия независимых газет в конце октября – начале ноября. Второе: блокирование интернет-сайтов и попытка политического режима контроля над Интернетом.

Дамоклов меч над СМИ по-прежнему висит. Оба события связаны с «Рахатгейтом», поскольку репрессии против СМИ начались после публикации в газетах и в Интернете распечаток телефонных разговоров. Можно было объединить их поэтому в одно событие, но я намеренно выделил ситуацию с интернет-сайтами ввиду ее новизны для Казахстана.

К закрытию газет мы уже привыкли, а вот попытка накинуть узду на Интернет есть, по-моему, что-то новое для Казахстана. Режим, с одной стороны, ратует за расширение численности пользователей Интернета, а с другой стороны, указывает своим гражданам рамки дозволенного в пользовании мировой сетью. В современном мире таким действиям политического режима дается очень негативная оценка.

Тайное становится явным

Еще одним примечательным событием 2007 года под рубрикой «Тайное становится явным» стала развернувшаяся осенью ситуация вокруг захвата участков на Медео и в других природоохранных зонах вокруг Алматы (для краткости я назвал это «Медеогейт»). Все мы были прекрасно осведомлены о внутриэлитных разборках, подковерных схватках, в которых победители еще больше приближались к трону, а побежденных, что называется, выносили ногами вперед.

Осенью 2007 года внутриэлитная схватка неожиданно для всех приобрела публичный характер с привлечением СМИ и общественности. Хотя сказать, что это был полностью открытый политический процесс, нельзя, потому что многое в нем остается непонятным. «Медеогейт», как и «Рахатгейт», имеет перспективу на 2008 год и, по всей вероятности, на последующие годы.

В число главных событий 2007 года следует включить межэтнические столкновения в Чилике, Маловодном и Маятасе. Впрочем, для режима здесь нет межэтнических конфликтов, а есть только бытовые беспорядки. Употребление выражения «межэтнический конфликт», как и «экономический кризис», поставлено под запрет.

Но как же назвать массовые акции, противоборствующими сторонами в которых выступают этнические группы? Встает вопрос: почему люди, считающие себя пострадавшей стороной, пошли на самосуд, а не обратились к государству? Наверное, потому, что они попросту не доверяют государству. Они не видят в нем справедливого и беспристрастного арбитра, который руководствуется в своей деятельности идеей верховенства права и закона. Они видят только коррумпированных чиновников, судей и полицейских, которые примут сторону того, кто им больше заплатит.

Государствообразующий этнос не защищен своим же государством так же, как и другие этносы Казахстана. Получается, с одной стороны, что режим бросает все силы на укрепление межэтнической стабильности и согласия, а, с другой стороны, своей коррумпированностью и другими пороками провоцирует народ на межэтнические конфликты, способствуя перерастанию бытовых конфликтов в межэтнические.

Испытание терпения

Следующая группа событий 2007 года носит экономический характер. Хотя в наших условиях провести четкую грань между экономикой и политикой – задача не из простых. Например, могут сказать, что начавшийся осенью экономический кризис относится не к политическим, а к экономическим событиям 2007 года.

Но, извините, когда резко снижается уровень жизни людей из-за того, что хлеб, молоко и другие продукты питания подскакивают в цене на 40, 50 и 70 процентов, растительное масло вырастает в цене в разы; когда так же стремительно дорожают коммунальные услуги, а зарплата, пенсия, стипендия остаются на прежнем уровне, то экономический процесс начинает вполне отчетливо приобретать политические очертания. Какой сигнал в этой ситуации общество посылает политическому режиму? Очевидно, сигнал о помощи. Что оно слышит в ответ? «Кризиса нет».

По всей вероятности, в другой стране, где сильны политические партии, профсоюзы, СМИ и другие институты, опосредствующие взаимоотношения режима и общества, где общественное мнение имеет реальный вес, такой ответ политического режима вызвал бы сильнейший скандал и мог привести к его падению. Но ничего подобного в Казахстане нет: политические институты малочисленны и слабы, с общественным мнением никто не считается, поэтому режим продолжает испытывать свое население на терпение. Как долго это может продолжаться? Никто не скажет – политика непредсказуема.

Что касается второго события-процесса в рубрике «Испытание терпения народа продолжается», а именно ситуации со сносами домов и выкупом участков, то и здесь могут сказать, что мы имеем дело с экономическим, а не политическим событием. В принципе, если бы вопрос решался сторонами на основе консенсуса и компромисса, а государство выступало в роли беспристрастного арбитра, то ситуация действительно имела бы исключительно экономический характер.

На деле, однако, государство выступает в этой ситуации в роли заинтересованной стороны как административный ресурс строительных компаний. Что остается делать людям? Протестовать. В 2007 году жильцы сносимых домов и участков, недовольные малыми компенсациями и невозможностью найти справедливость, провели 8 голодовок, 22 пикета и митинга у акиматов и судов. 28 человек привлечены к различного вида ответственности. Один человек после несправедливого решения суда покончил жизнь самоубийством.

Эта статистика лучше всяких слов говорит о том, что данная ситуация не столько экономическая, сколько политическая. И она будет продолжаться и в следующем году, и в последующие годы. И ни у кого из нас нет уверенности, что мы не станем очередной жертвой «Алматыжера» и подобной ему организации.

Впрочем, строительная отрасль с осени сама находится в кризисе. И это тоже одно из событий 2007 года, причем со знаком минус. Потому что в последние годы строительная отрасль и финансовый сектор выступали локомотивами экономического роста Казахстана. Теперь оба локомотива, кстати, тесно связанные между собой и зависимые друг от друга, замедлили, приостановили свой ход.

Кризис строительной отрасли имеет мультипликативный эффект, ударяет по многим другим отраслям. С кризисом строительной отрасли остановился, замер в неопределенности рынок недвижимости. Начались невыплаты зарплаты строителям, а значит, забастовки и рост безработицы. Начались судебные иски дольшиков к строительным компаниям. Словом, общественный градус повышается.

Событием со знаком минус уходящего года является и финансовый кризис. Официально признанная инфляция составляет 18%. А каково ее реальное значение? Инфляция, рост цен ударили по основной массе населения. Структура семейных бюджетов возвращается к той, что была в 90-е годы, то есть основная часть дохода тратится на питание, коммунальные услуги и транспортные расходы. Семейные бюджеты опять становятся бюджетами выживания, а не развития.

Все меньшая часть доходов семей тратится на образование, приобретение книг, культурный досуг, заботу о своем здоровье и другие формы личностного развития. Нарождающийся средний класс опять уходит на дно общества. Происходит, иными словами, откат в третий мир.

Республика, 28 декабря 2007