Власти Казахстана пытаются отбить нападки

в отношении поправок в закон о свободе вероисповедания

Андрей Гришин, Voice of Freedom, Алматы, Казахстан

«Правда о казахстанской реформе в области закона о религиях, подвергшейся беспочвенной клевете». Текст под таким заголовком распространило в конце декабря прошлого года посольство Казахстана в Соединенных Штатах среди официальных лиц, средств массовой информации и неправительственных организаций. Таким образом официальная Астана в очередной раз пытается оправдать свою позицию в отношении противоречивых поправок в законодательные акты, касающиеся свободы вероисповедания и религиозных объединений.

Проект закона об изменениях и дополнениях в некоторые законодательные акты по вопросам свободы вероисповедания и религиозных объединений был принят на рассмотрение парламента 2 апреля 2008 года; сейчас он прошел через обе палаты парламента и был направлен на подписание президенту страны. Накануне Конституционный совет Казахстана сообщил, что глава государства направил им документ для проверки на соответствие Основному закону страны.

Вместе с тем с критикой в отношении нововведений выступили все казахстанские правозащитные организации, множество зарубежных НПО и религиозных объединений, посольство США в Казахстане и ОБСЕ. Для самих казахстанских религиозных объединений, не относящихся к главенствующим религиям, принятие закона чревато прекращением их существования.

Нинель Фокина, председатель Алматинского Хельсинкского комитета, высказала свои опасения, что «через два года, в случае его принятия, в стране останется только четыре основных религиозных конфессии – суннитский ислам, русская православная церковь, католики и иудеи. Все остальные будут выдавлены из правового поля через простые процедуры».

Надо признать справедливость ее заключения, поскольку новый закон существенно ужесточает деятельность нетрадиционных религиозных групп и предусматривает ряд дополнительных ограничений, с помощью которых объединение может быть закрыто. Эксперты и заинтересованные лица насчитали около пятнадцати таких пунктов, на основе которых деятельность религиозных объединений столкнется с новыми трудностями.

Не просто так глава лютеранской церкви Казахстана назвал этот законопроект «законом о Не-свободе совести». Известный казахстанский правозащитники Евгений Жовтис на этапе обсуждения законопроекта отметил, что его принятие означает, что Казахстан «делает огромный шаг в сторону, противоположную своим обязательствам в рамках ОБСЕ и Международного пакта о гражданских правах, который был ратифицирован государством».

«Правительство Казахстана было выставлено в демонизированном облике безнравственного притеснителя, осознанно дискриминирующим религиозные группы и подавляющим в стране религиозные свободы», - пишет в своем пресс-релизе казахстанское посольство. - Если судить по критически настроенным НПО или некоторым журналистским отчетам, правительство Казахстана может показаться в своих действиях безумцем с раздвоением личности: поддерживающим и взращивающим межконфессиональный диалог и толерантность – с одной стороны, и грубо подавляя все это – с другой…»

Не совсем дипломатический тон заявления далее переходит в «факты, вынесенные на суд наших читателей».

Правда, факты изложены в весьма размытой форме – «были отмечены случаи, когда ученики не посещали обязательные школьные занятия по религиозным причинам», «отмечены многочисленные случаи распада семей на почве нетрадиционных верований одного из супругов», «известны сотни случаев, когда молодые люди незаконно уклонялись от обязательной воинской службы, ссылаясь на свое членство в определенных религиозных группах без каких-либо попыток найти обоюдоприемлемое решение».

С другой стороны, пресс-релиз рассказывает об открытых и прозрачных дискуссиях в парламенте, о совместной работе с ОБСЕ и различными религиозными объединениями, чьи предложения нашли свое отражение в новом законе.

При этом, посольство не удержалось, чтобы не вставить собственные (или  продиктованные из Астаны) соображения о работе самой ОБСЕ: «ОБСЕ представило свою оценку первой, не прошедшей обсуждения, черновой версии закона только 17 июня 2008 года, со значительным опозданием… Тем не менее, БДИПЧ/ОБСЕ принимает во внимание первую, не прошедшую обсуждения, версию... В течение всего процесса эксперты БДИПЧ/ОБСЕ продемонстрировали недостаточные знания казахстанского законодательства и улучшений, внесенных парламентариями в черновой вариант после обсуждения на местном уровне. Более того, БДИПЧ/ОБСЕ с опозданием отреагировало на приглашение министра иностранных дел РК посетить Казахстан с целью обсуждения улучшенного варианта» - пишется в пресс-релизе.

К тому же, Казахстан, «уступив ОБСЕ», исключил 16 поправок, «якобы противоречащих международным стандартам в области прав человека». Так что, по мнению составителей текста, ОБСЕ и противникам нового закона остается только радоваться, поскольку эти 16 нововведений на самом деле еще больше бы усложнили жизнь последователям «неосновных» религий. В целом, как пишется в пресс-релизе, Казахстан выполнил 60% рекомендаций ОБСЕ.

Далее дипломаты пытаются по пунктам «разбить» все обвинения, переходя к конкретным спорным случаям в области свободы вероисповедания, вызвавшим самую неоднозначную реакцию в мире - это, в частности, ситуация с кришнаитами, баптистами и Свидетелями Иеговы, то есть теми, кто за последний год-два становились главными ньюсмейкерами для местных и зарубежных правозащитников в области соблюдения Казахстаном свободы совести.

Так, согласно посольству, кришнаиты лишились своих незаконно возведенных построек по решению суда; некоторые лидеры Евангельских христиан-баптистов сознательно уклоняются от предписанной законодательством регистрации, ссылаясь на свои религиозные взгляды; а Свидетели Иеговы, как выяснилось, столкнулись с произволом лишь единожды – в южном Казахстане суд отменил их регистрацию, однако прокуратура, как и полагается такого рода органу, оперативно отреагировала и внесла протест, так что законность восстановлена.

«В высшей степени Казахстан верит, что предлагаемые поправки помогут обеспечить лучшую защиту религиозных правах граждан, и в то же время наша страна остается открытой для дальнейших дискуссий и предложений», - отмечается в пресс-релизе. Также дипломаты поведали о других достижениях в области религиозной толерантности, о том, что следующий III Конгресс лидеров мировых и традиционных религий состоится в Астане в июле 2009 года, и заверили о готовности Казахстана всегда выступать против любых форм подавления религиозных свобод и в то же время быть открытым для любого диалога с кем бы то ни было, «включая ОБСЕ».

Отповедь, данная посольством Казахстана, в чем-то перекликается с декабрьскими обвинениями в адрес правозащитников, которые «в своих отчетах иностранных грантодателям порой откровенно лгут», высказанные официальными лицами республики и солидарными с их точкой зрения представителями официального духовенства.

«Иностранцам, ну я не знаю, просто намеренно, скорее всего, это делается, я так думаю, предоставляют искаженную информацию», - высказала свою точку зрения в интервью «31 каналу» Гульжан Нурланова, эксперт Комитета по религиям министерства юстиции Казахстана.

Отец Александр Ивлев, представитель Русской Православной Епархии Астаны и Алматы, в комментарии, данным Форуму 18, пояснил: «Действующий закон разрешил сектантам распространиться по стране. Но находятся такие, кто критикует и действующий закон. Предлагаемые поправки нисколько не ограничивают права религиозных организаций. Те, кто так говорит, просто лгут».

Евгений Жовтис, директор Казахстанского международного бюро по правам человека и соблюдению законности прокомментировал для Voice of Freedom замечания в адрес БДИПЧ/ОБСЕ:

«Честно говоря, это полнейшая глупость по той причине, что, к сожалению, как наши власти действуют, ну и посольство в данном случае, - это определенная интерпретация фактов, а иногда и просто подмена понятий. Начнем с того, что ОБСЕ само ничего не делает. Оно может делать те или иные заключения по запросу правительства. Ведь что такое ОБСЕ? ОБСЕ – это эксперты, то есть, те, кто могут сделать заключения по закону об изменении изменений и дополнений в законодательство о свободе вероисповедания – это группа экспертов, называется она – Консультативный совет по свободе совести, религии и вероисповедания. Он состоит из нескольких экспертов. Туда, помимо экспертов западных, входит один из авторов комментария к Конституции Республики Казахстан, профессор Подопригора. Ну, обвинить господина Подопригору в некомпетентности, неграмотности и незнании Конституции, с учетом того, что он один из авторов комментария к ней, мягко говоря, несерьезно, а грубо говоря – полная ерунда!»

Далее правозащитник подробней остановился на механизме написания заключений, принятый в ОБСЕ и как все происходило в связи с проектом спорного закона:

«Консультативный совет принимается для того, чтобы делать заключение по тому или иному проекту закона по просьбе правительства. Для того чтобы они написали заключение или свое юридическое мнение, они должны иметь не просто проект этого закона, а они должны иметь проект этого закона, переведенный на английский язык. Время занимает как само получение проекта закона, потом его перевод на английский язык. Когда они получили первый вариант проекта этого закона – а это было в конце весны - начале лета этого года – они написали первое заключение на основании того проекта закона, который они получили. Это заключение было направлено казахстанскому правительству, и казахстанское правительство отказалось это заключение публиковать. И поэтому, к сожалению, у международной общественности, у экспертов, у казахстанского общества, этого заключения не было. Нам удалось его получить только неформальным путем, через свои какие-то каналы. После того как это заключение было написано, а потом переведено на русский язык (потому что кто у нас работает в Министерстве юстиции, там мало кто владеет английским языком в той степени, в которой они могли бы ознакомиться с заключением – а заключение было написано на английском языке). Потом оно было переведено в обратную сторону. И в результате появился ответ Комитета по делам религии Министерства юстиции на заключение ОБСЕ. Это была где-то середина лета. После этого появился ответ ОБСЕ на замечания Комитета по делам религий. Все они на 20, 30 а то и 40 страницах. И там они ответили на все то, о чем пишет сейчас посольство, якобы, как некомпетентность экспертов. Да, в заключении ОБСЕ было несколько моментов, которые собственно при неправильном переводе создавали впечатления, что они не совсем верны с точки зрения интерпретации нашего законодательства. И фактологически там к одному-двум местам можно было бы предъявить претензии. Но это были абсолютнейшие частности, которые не касались основных, базовых вещей. В самом деле, первое заключение ОБСЕ и ответ на комментарий Комитета по делам религий Министерства юстиции были крайне отрицательные. То есть, они говорили, что проект этого закона полностью противоречит международным стандартам, международным принципам. Причем членами этого Консультативного совета являются уважаемые в мире специалисты в области права на свободу совести, юристы, конституционные эксперты и так далее, причем постоянно действующие, это постоянно действующий Совет. Еще ни разу я не слышал, чтобы кто-то ставил под сомнение их компетентность. Поэтому я понимаю желание казахстанского правительства, и в частности посольства, выдать желаемое за действительное и ответить по принципу «сам дурак», и если уж не удается контраргументировать, то просто сказать – глупые эксперты. Но я не думаю, что профессора Подопригору, госпожу Фокину и вашего покорного слугу (то бишь, меня) можно обвинить в незнании казахстанского законодательства и казахстанской Конституции. И не думаю, что нас можно обвинить в некомпетентности. Так вот, наше заключение, написанное задолго до того, как мы получили возможность ознакомиться с  тем заключением, которое сделало БДИПЧ, слово в слово повторяет то заключение, которое сделало БДИПЧ/ОБСЕ и этот Консультативный совет. Где точно таким же образом объясняется: почему то, что проводится нашим проектом закона в жизнь, противоречит международным обязательствам, международным стандартам, да и с точки зрения нашей Конституции. И мы, и эксперты ОБСЕ готовы сесть и по пунктам объяснить нашу позицию. Моя позиция очень проста: я не хочу слышать голословные обвинения от кого-то в некомпетентности, я хочу услышать ответы на каждый довод по обвинениям в заключение БДИПЧ/ОБСЕ и, особенно, в наш. Все очень просто».

Пока же идут споры о принятии противоречивого закона в Казахстане продолжаются нападки на представителей нетрадиционных конфессий. Под «раздачей» только за последние полгода оказались более десятка групп, как правило, – протестантов и баптистов. В одних случаях дело ограничивалось административными мерами, в других – возбуждением уголовных дел. Те же, кришнаиты, упомянутые в посольском пресс-релизе, вместо того, чтобы добровольно отказаться от своей собственности в живописном уголке в 50-ти километрах от Алматы и перебраться в голую степь, где власти им выделили «равноценные» земли, ожидают новых претензий уже в начале этого года.

Кстати, газета «Республика» привела отрывок из стенограммы совещания по внутренней политике, прошедшее в сентябре прошлого года. В нем заместитель главы администрации президента Маулен Ашимбаев сообщил: «Ряд организаций нужно закрыть, ряд организаций – поддержать. Но здесь нужно будет проводить очень гибкую, очень аккуратную, очень скоординированную, без шума, работу. Все нужно координировать из центра. Представители Комитета по делам религии должны выехать во все регионы и взять все это на личный контроль».

Одним из тех, чей голос может повлиять на решение президента, стал Папа Римский Бенедикт XIV, который, принимая верительные грамоты у нового посла Казахстана в Ватикане, политкорректно отметил: «Многие внимательно присматриваются к Казахстану и к его новому пути по управлению отношений между религией и государством, извлекая из этого урок. Вашей стране дан шанс сделать ее лучше, надо воспользоваться им и не упустить его». Если отбросить дипломатический язык (не всегда доступный казахстанским дипломатам) и, зная, что произносилось это накануне принятия поправок в законодательство в области религии, то можно воспринять сказанное в качестве конкретной рекомендации.

«Казахстан, который на мировой арене, для мирового сообщества считается неким, пусть не эталоном, но успешной страной по поддержанию межэтнического и межконфессионального согласия, вдруг оказывается под жесточайшей критикой. Нет ни одной стороны, которая поддержала бы проект этого закона. Я так понимаю, что из коридоров Ак орды появилось указание – ответить. Ну, пианист играет - как умеет. Посольство вот так ответило. Как-то оценивать это – достаточно смешно», – скептически замечает Е. Жовтис.

Надо полагать, что когда Казахстан возглавит ОБСЕ, все эксперты будут компетентны, все временные сроки аристократически соблюдены, а правозащитники перестанут «лгать в отчетах своим грантодателям». По крайней мере, посольство Казахстана в США в это верит.

Источник - Vof.kg, 9 января 2009